Леонид Карпов – Блокбастер по цене чашки кофе (страница 1)
Леонид Карпов
Блокбастер по цене чашки кофе
Писатель Василий сел за ноутбук с решимостью человека, который только что взломал систему мироздания.
«Киношники – несчастные люди, – думал он, потирая руки. – Тратят двести миллионов долларов на графику воды в "Аватаре". А я сейчас напишу фразу "Океан размером с галактику переливался всеми цветами радуги, которых не существует в природе" – и это не будет стоить мне ни копейки! Даже за электричество не переплачу».
Василий решил написать Мега-Блокбастер. Чтобы на каждой странице – бюджет небольшого европейского государства.
Василий перечитал. Сердце радостно екнуло. В Голливуде за одну эту сцену продюсер бы застрелился от невозможности составить смету. А Василий просто нажал «Enter».
К середине второй страницы Василий вошел в кураж. Он взорвал Солнце (бесплатно), вызвал дух Наполеона в доспехах из темной материи (гонорар – 0 рублей) и заставил героиню переодеваться в новое платье от кутюр в каждом абзаце (ноль затрат на костюмеров).
Через час рассказ был готов. Василий выложил его на литературный форум под заголовком: «САМЫЙ ДОРОГОЙ СЮЖЕТ В ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА».
Первый комментарий пришел через пять минут:
Второй комментарий добил:
Василий посмотрел на свой монитор. Там горела фраза:
Он вздохнул, удалил абзац про оперных певцов и медленно напечатал:
Под этим постом через минуту поставили десять лайков и написали: «Жиза! Глубоко берешь, автор!»
Василий понял: в литературе спецэффекты бесплатные, но вот сопереживание стоит дороже, чем все алмазные небоскребы мира. Впрочем, идея с тираннозаврами в стразах была слишком соблазнительной, чтобы от нее отказаться. Это был его шанс объединить «высокую драму» и «безумный бюджет».
Василий вытер пот со лба. Вот оно! Психологизм! Конфликт! Глобальный масштаб через призму бытовой трагедии!
Он обновил страницу форума. Комментарии посыпались как из рога изобилия:
User77: «Автор, ты гений! На моменте с голосом Моргана Фримена я прямо услышал этот бархатный тембр. Это же сколько бы стоило в кино?!»
LiteraryCritic: «Метафора дырявого носка как прорехи в мироздании, которую пытается залатать доисторический монстр… Глубоко. Постмодернизм в чистом виде».
Anonymous: «А почему тираннозавр в стразах? Это отсылка к обществу потребления, которое пожирает нашу идентичность?»
Василий ликовал. Он понял главный секрет: в книге масштаб измеряется не количеством пикселей, а глубиной раны. Ты можешь взорвать галактику, и читатель зевнет, но опиши, как одинокая слеза катится по щеке тираннозавра, и у тебя в кармане – «Золотая пальмовая ветвь». Декорации стоят копейки, если ты умеешь продать зрителю чувство сопричастности.
Василий снова открыл рукопись и добавил:
Знакомьтесь, это Арнольд. Арнольд не просто пасюк, он – Светская Крыса.
В то время как его сородичи штурмовали мусорные баки в поисках вчерашней шаурмы, Арнольд обитал в вентиляции пятизвездочного отеля «Гранд-Престиж». Его диета состояла исключительно из обрезков камамбера, крошек трюфельного багета и капель выдохшегося «Клико», которые он слизывал с забытых на столиках бокалов.
Арнольд был чертовски элегантен. Свои усы он закручивал с помощью капельки воска для волос, украденного из люкса №402, а вместо банального серого меха носил ауру превосходства и легкий аромат парфюма Oud & Bergamot.
В тот вечер в главном зале давали благотворительный бал. Арнольд, поправив воображаемую бабочку, занял стратегическую позицию за тяжелой бархатной шторой.
– Боже, – пропищал он, наблюдая за гостями. – Посмотрите на мадам в розовом. Этот оттенок так же уместен в феврале, как дохлая кошка в вентиляции. Вкуса – ноль, зато амбиций – на целый элеватор зерна.
Арнольд считал себя главным критиком вечера. Когда официант проносил поднос с тарталетками, крыс профессиональным взглядом оценивал прожарку утки.
– Суховата, – ворчал он, потирая лапки. – Шеф-повар явно в депрессии. Наверняка опять проиграл в покер тухлую сельдь.
Беда пришла в образе чихуахуа по кличке Пикси. Пикси была похожа на нервное насекомое в стразах и обладала обонянием, которое не смог перебить даже Oud & Bergamot.
– Тяв! – пискнула Пикси, обнаружив Арнольда.
Арнольд даже не вздрогнул. Он медленно вышел из тени, выпрямился во весь рост и сложил лапки на груди.
– Мадемуазель, – холодно произнес он на крысином. – Ваше поведение столь же вульгарно, как и ваш ошейник от Сваровски. Это же прошлый сезон. И закройте рот, у вас кариес.
Пикси, не привыкшая к такому интеллектуальному отпору, икнула и спряталась за туфлю хозяйки.
В разгар вечера на середину зала вышел мэр. В наступившей тишине Арнольд решил, что пришло время для грандиозного финала. Он заметил, что у жены посла из сумочки выпала жемчужная сережка.
«Стиль требует жертв, но честность – это новый тренд», – подумал Арнольд.
Он подхватил жемчужину и, эффектно лавируя между лакированными туфлями и шпильками, выкатил ее на центр паркета. Зал ахнул. Дамы повскакивали на стулья, мужчины схватились за бокалы.
Арнольд замер в свете софитов. Он не убегал. Он медленно поклонился, поправил ус и, дождавшись, пока жена посла поднимет украшение, вальяжной походкой направился к выходу.
– Кто это был?! – прошептал кто-то из гостей.
– Это был Арнольд, – ответил старый швейцар, который тайно подкармливал его пармезаном. – Единственный в этом зале, кто по-настоящему знает толк в манерах.
Той ночью Арнольд допивал остатки «Шато Марго» и думал о том, что завтрашний фуршет у консула будет ужасно скучным.
«Опять подадут осетрину… – вздохнул он. – Никакого полета фантазии. Пожалуй, стоит заглянуть в оперу. Говорят, там в буфете подают изумительные эклеры».
*
Арнольд уже собирался отойти ко сну в своем уютном гнезде из измельченных чеков из Duty Free, когда путь к вентиляции преградила тень. Тень была огромной, пушистой и пахла дорогим кондиционером для шерсти и бездельем.
Это был Иннокентий, персидский кот владельца отеля. Иннокентий не ловил мышей – он считал это занятие «физическим трудом для низших сословий».
– Арнольд, голубчик, – промурлыкал кот, лениво помахивая хвостом, который напоминал перо из боа дивы. – Опять выставляете напоказ свою плебейскую честность? Жемчуг, реверансы… Как это мелко.
Арнольд замер, не теряя достоинства:
– Иннокентий, ваша шерсть сегодня лишена блеска. Опять ели этот сублимированный корм из пластиковой миски?
Кот поморщился, словно от зубной боли:
– Увы. Мой антропоморфный прислужник впал в меланхолию и забыл купить паштет из кролика с розмарином. Я пришел к вам с деловым предложением. В номере 505 поселился кулинарный критик. У него в саквояже – головка редчайшего сыра «Эпуас», вонючего настолько, что горничные падают в обморок.
Арнольд оживился. «Эпуас» был его запретной мечтой.
– И какова моя роль в этом гастрономическом преступлении?
– Я отвлекаю критика, изображая экзистенциальный кризис на его коленях, – Иннокентий изящно зевнул. – А вы, со своей врожденной ловкостью и отсутствием моральных принципов, изымаете деликатес. Делим по-братски: мне – пятьдесят процентов, вам – гастрит и вечная слава.
Арнольд прищурился:
– Я даже согласен на сорок процентов, Иннокентий. И вы достанете мне тот шелковый шнурок от шторы, который я присмотрел для своего нового интерьера.