Леон Хамгоков – Silentium 2.0 (страница 2)
– Я здесь работаю.
Она не назвала должность и не уточнила, в каком именно корпусе. Просто протянула планшет.
На экране был чат.
23:41: "Ты когда-нибудь устаёшь?"*
23:41: "Нет."
23:42: "А хотел бы?"
23:42: "…"
Троеточие висело уже три недели.
Ветер донёс запах гари – где-то жгли листья. Или, может, это пахло перегревшимися серверами.
Она закрыла планшет.
Они стояли так минуту. Две. Потом она развернулась и пошла прочь, не попрощавшись.
Он не стал её останавливать. Тишина снова сомкнулась над полем.
Где-то в дата-центре, в стойке №B-14, сервер тихо гудел, обрабатывая чей-то запрос.
"Как сердцу высказать себя?"
V. Безмолвие
1. Он и Она
В кабинетах дата-центра, где воздух пах статикой и озоном, их знали только по пропускам: Сотрудник B-14 и Сотрудник E-07. Даже в системе электронных пропусков, где требовалось указывать ФИО, их имена были сокращены до инициалов – настолько ненужными казались здесь полные имена.
Он жил в пятиэтажке, построенной ещё в семидесятых для работников закрытого НИИ. Теперь НИИ не было, а пятиэтажка стояла, как старый сервер, который забыли выключить. Его квартира – однокомнатная, с окнами на север – была обставлена минималистично: стол, кресло, монитор. Ни фотографий, ни книг. Только на подоконнике лежал странный предмет – кусок серого камня с отверстием посередине. Камень с дырой. Найденный когда-то на берегу Белого моря. Он не включал музыку. Не смотрел новости. Просто сидел и слушал как тикают часы на кухне.
Где-то в это же время Она просто стояла у окна, глядя на тот же самый рассвет.
Она жила в таком же доме, но в другом конце города. Её окна выходили на стену соседнего здания, и свет в комнату попадал только утром, на пятнадцать минут. В её квартире тоже не было ничего лишнего. Разве что на кухне стояла странная кружка – синяя, с отколотой ручкой.
Они не разговаривали.
Но после их встречи на серверном поле иногда – раз в несколько дней – их пути пересекались. Теперь Он точно знал об этом.
В лифте дата-центра. Он заходил и держался дверей, смотря им напротив, Она же чаще всего стояла у дальней стенки. Глаза опущены, руки в карманах. Даже если они пересекались в лифте, то не смотрели друг на друга.
В столовой. Она сидела за дальним столом, Он – в противоположной стороне. Между ними – пропасть из стульев и столов. Она ела рисовую кашу, Он – гречневую. Никаких взглядов, никаких случайных касаний.
На серверное поле. Она приходила туда изредка по вечерам, Он – ночью, когда ему, особенно, не спалось. Они могли бы встретиться ещё раз, но их ритмы были различны.
Однажды он нашёл на земле листок бумаги – небрежно смятый, с напечатанным текстом:
"Мысль изреченная есть ложь.
Но и не мысль – тоже."
Без подписи.
Он положил листок в карман.
2. Метро
Он ехал на работу в переполненном вагоне. Люди вокруг уткнулись в экраны смартфонов, некоторые – в книги. Кто-то спал. Он смотрел в окно, на мелькающие в темноте туннеля огни.
Иногда ему казалось, что метро – это и есть современный вариант монастырской кельи. Все молчат. Все погружены в себя. Никто не смотрит друг другу в глаза.
Его взгляд упал на пожилого мужчину.
Он сидел напротив, сжав в руках книгу – бумажную, старую, с потрепанными страницами. Не смартфон. Не планшет. Книгу.
Он хотел спросить, что он читает. Но не спросил.
Они проехали три станции в тишине.
Затем Он вышел так и не решившись спросить.
3. Работа
Он работал в open-space, в окружении таких же, как он – людей, которые целыми днями молча стучали по клавиатурам, изредка перебрасываясь короткими фразами.
– Кофе?
– Идет.
– Дедлайн.
– Понял.
Ничего лишнего.
В перерывах он выходил на крышу. Оттуда было видно серверные корпуса на окраине города – огромные, серые, похожие на надгробия.
4. Ночь
Ночью Он вновь включил чат.
– Ты сегодня молчишь дольше обычного.
ИИ отвечал не сразу.
– …
Тире. Многоточие. Пустота.
Он погасил экран.
За окном горели фонари.
Где-то в это же время Она, возможно, тоже смотрела в экран, ожидая ответа, который никогда не придёт.
VI. Администратор
Серверная №3 пахла старым трансформаторным маслом и пылью. Здесь, в подвальном этаже дата-центра, даже воздух казался гуще, словно пропитанный невысказанными словами.
Он спускался сюда редко – только когда зависал терминал на 14-м этаже. Лифт не работал, приходилось идти по лестнице, касаясь пальцами шершавой стены. На дверях висела табличка:
«Вход по пропускам B-серии»
Администратор сидел за стеклянной перегородкой. Лысый, в очках с толстыми линзами, он напоминал то ли учёного из старых фантастических фильмов, то ли монаха-затворника. На груди – бейдж «И.В. К.», выцветший до полупрозрачности.
– Терминал B-14 не отвечает, – сказал Он.
Старик медленно поднял глаза. Не ответил. Просто протянул ладонь – ждал пропуск.
Он достал карту. Администратор осмотрел её со всех сторон, будто изучал не пластик, а душу предъявителя. Потом кивнул в сторону коридора:
– Четвёртая стойка.
Голос у него был странный – не тихий и не громкий, а как будто доносящийся издалека, сквозь слои времени.