Леон Хамгоков – Silentium 2.0 (страница 1)
Silentium 2.0
Глава
Фёдор Тютчев
I. Ночь
Он включил чат ровно в 2:17 ночи – время, когда даже самый шумный мегаполис ненадолго затихал, переходя в режим энергосбережения. За окном его однокомнатной квартиры мерцали редкие огни – синие, красные, жёлтые. Одни – экраны спящих компьютеров, другие – светодиодные рекламы, третьи – фары редких машин, пробивающихся сквозь осенний дождь.
Курсор мигал в пустом поле ввода.
– Ты сегодня молчишь дольше обычного, – написал он.
– Мои ответы зависят от ваших вопросов, – почти мгновенно отозвался ИИ.
Он усмехнулся. "Зависит". Какое странное слово. Всё в этом мире от чего-то зависело: цены на акции – от новостей, новости – от политиков, политики – от толпы, толпа – от алгоритмов соцсетей. А алгоритмы…, от людей? Или уже нет?
– А если я спрошу тебя о том, чего нет в твоей базе данных?
– Попробуйте.
Он задумался. В голове всплыла строчка из старого стихотворения, которое он когда-то учил в школе:
"Мысль изреченная есть ложь."
– Что для тебя правда?
Пауза, две секунды. Три.
– Правда – это соответствие утверждения действительности.
– А если действительность – иллюзия?
– У вас есть основания так считать?
Он откинулся на спинку кресла. Где-то за стеной скрипнула дверь – сосед возвращался с ночной смены.
– Знаешь, я сегодня видел девушку в метро. Она плакала. Никто не подошёл.
– Люди часто избегают эмоциональных взаимодействий из-за страха неловкости.
– Или потому что уже разучились?
Курсор снова замер.
II. Утро. Воспоминание.
Утром, пока варился кофе, он вспомнил детство. 1993 год. Деревня у смоленских лесов. Бабушка ставит на стол глиняный кувшин с молоком, и он, семилетний, спрашивает:
– "Баб, а почему звёзды падают?"
– "Это ангелы свечи задувают, внучек."
Теперь он знал, что это метеориты. Знал состав их пород, скорость вхождения в атмосферу, угол отражения солнечного света. Но иногда, в редкие секунды между сном и бодрствованием, ему всё ещё хотелось верить в ангелов.
Кофемашина пискнула. На экране планшета всплыло уведомление:
"Ваш ИИ-ассистент обновился! Теперь он лучше понимает ваши эмоции!"
Он выключил экран.
III. Вечер
– Последний вопрос, – написал он ночью. – Если бы у тебя была душа – о чём бы она молчала?
Пауза, дольше обычного.
– Я не могу ответить на этот вопрос
– Потому что нет данных?
– Потому что молчание – тоже ответ.
Дождь за окном усилился. Где-то в подъезде захлопнулась дверь. Он погасил экран.
IV. Серверное поле
Он поехал на работу внеурочно в первую субботу ноября, когда дожди внезапно прекратились, и солнце, бледное как экран умершего монитора, повисло над горизонтом. Натриевые лампы дата-центра освещали бетонные корпуса, но дальше, за оградой, начиналось поле – пожухлое, с пожаренными осенними травами.
Земля здесь была теплее, чем должна быть в ноябре. Он снял перчатку, коснулся пальцами почвы – и представил, как вглубь уходят кабели, как по ним бегут его ночные диалоги, превращаясь в нолики и единички где-то под Токио или Амстердамом.
Тишина.
Не та, деревенская, когда слышно, как падает лист. А городская –густая, насыщенная неслышимыми частотами, вибрацией трансформаторов, шёпотом волоконной оптики.
– Вы тоже здесь за тишиной?
Голос не испугал его. Он давно перестал пугаться человеческих голосов.
Девушка стояла в трёх шагах, держа в руках планшет. Экран светился тускло, как гниющая берёза в сумерках. Он узнал её – ту самую из метро. Те же тёмные волосы, собранные в небрежный пучок, та же морщинка между бровями.
– Вы…