Лео Сухов – Вечные Пески. Том 3 (страница 11)

Спустившись в лёжку, я принялся будить своих.

— Вставайте, — сказал в темноту. — Пора.

Вокруг зашуршали, просыпаясь. Я время даром терять не стал. Проверил, легко ли выходит топор из петлицы. Нашарил масляную лампу: маленькую, глиняную, с фитилём. Перевесил её на пояс. Зажигать пока было рано.

— Слушайте приказ, — объявил, когда шуршание прекратилось. — Выходим, бежим к складу. Снаружи темно. Лампы не зажигать. Я веду. Буду повторять: «За мной». Чтобы вы слышали, куда идти. Возьмите доски с собой. Разбейтесь на пары. Каждая пара берёт по доске. Те, что лаз прикрывали, сверху. Они нам понадобятся.

— Зачем? — спросил Дудох.

— Дверь чем держать будем? — вопросом на вопрос ответил я. — Виссария сказала, там есть петли для засова.

Я полез к выходу первым. Наверху было холодно, со стороны Илоса неслись звуки очередного отчаянного боя.

— За мной, — бросил я.

И, убедившись, что все выбрались, побежал.

Сто шагов. Песок вязкий, ноги утопают, но бежать можно. Сзади сопели мои люди, тяжело дыша, но не отставая. У двери я остановился, перестав каждые семь-восемь ударов сердца повторять «За мной!».

Прислушался.

Тишина. Нехорошая. Такая, когда знаешь: внутри кто-то есть. И этот кто-то знает, что ты здесь.

— Там кто-то есть! — выдохнул Акшур, подбегая и держась за бок: физические нагрузки давались ему нелегко. — Внутри. Сильный!..

— Знаю, — ответил я. — Готовьтесь держать дверь.

Пока Тавр и его бойцы зажигали лампы, я провёл пальцами по лезвию. Привычно шепнул правильные слова, которым учил когда-то отец. Топор отозвался теплом и дрожью, будто просыпаясь.

— Ещё раз для всех. Вас должна заботить только дверь на склад. Как зайдём, не отвлекайтесь больше ни на что. С тем, кто ждёт нас внутри, разберусь сам. Внутрь заходим на счёт три! — сказал я. — Раз…

Небо на востоке светлело.

— Два…

Где-то далеко на стене раздались крики.

— Три!

Я толкнул дверь и ворвался внутрь.

Свет ламп заметался по стенам, выхватывая из темноты ряды глиняных полок. Пустых. Мешки, ящики, бочки — всё это было где-то дальше, в глубине. А прямо перед входом, в пяти шагах, стояла настолько отвратительная тварь, что даже у меня ужин к горлу подкатил. А я ведь разных демонов навидался в Кечуне.

Человеческая фигура ростом под три метра. Пятно света выхватывало уродливую морду, отдалённо напоминавшую человеческое лицо.

Он смотрел на нас. И улыбался.

— Наконец-то, — сказал он. Голос был скрежещущий, как металл по стеклу. — Я уж думал, вы не придёте… Глупые люди!

Демон шагнул к нам.

Глава 58

Демоны бывают разные… Низшие, которые подняты из песка Диким Шёпотом — самые слабые. Они слабы, они тупы. Они лишь смазка для настоящих сил орды. Высшие — те, что подняты на основе людских тел, намного хитрее и умнее. Однако нет ни одного демона, неуязвимого для человека.

Ни одного.

Будто какая-то сила установила незыблемые правила. И Дикий Шёпот не смеет их нарушать. Все демоны обязательно имеют слабое место. Даже если кажется, что они защищены целиком, снизу доверху.

Ближе всего к неуязвимости подбираются, конечно же, тотемы. Но это долгий путь, который у них занимает не одну десидолю. И, несмотря на то, что каждый тотем силён сам по себе, есть среди высших демонов те, кто сильнее изначально.

Никто не знает, почему тот или иной демон становится тотемом. Это остаётся тайной, которую людям только предстоит раскрыть — если такое вообще возможно. Однако и тотемы всегда имеют уязвимость.

Демон передо мной был силён. Определённо силён. Рост — почти четыре скачка. По всему телу –тёмная броня псевдоплоти. Твёрдая, блестящая, она почти не оставляла места для фиолетовой плоти.

Однако и он был уязвим. Надо было лишь понять, где ударить. И сделать это вышло бы лишь в бою. Поэтому я не стал говорить с ним. Нет глупее затеи, чем разговаривать с демоном.

К тому же, не стоит ждать, когда тот ударит. Бей первым. Этому меня научили улицы Кечуна.

Мой топор пел в руке. Тягуче, горячо. Древние слова по-прежнему жгли металл. Демон стоял в нескольких шагах. И я преодолел их раньше, чем он ещё раз ступил мне навстречу.

Удар.

В ответ лапа с длинными чёрными когтями описала дугу, целя в голову. Я ушёл вниз, скользя коленями по камню, и подставил щит. Удар пришёлся в самую середину. Когти скользнули по металлу и коже. Дерево затрещало, но выдержало. Меня швырнуло вбок, я прокатился по земляному полу, взметая пыль. И всё же, пролетая рядом с ногой врага, извернулся и рубанул топором.

Коленный сустав. Я целил туда, где псевдоплоть должна быть тоньше, где чёрная масса сходится в складки, прикрывая сгиб. Где мелькает отвратительное фиолетовое мясо, питаемое чёрной кровью.

Топор вошёл глубоко. Я почувствовал, как лезвие рвёт что-то плотное, упругое. Как скрежещет по кости — или тому, что у демонов вместо костей. Мой противник взревел. Не как зверь. Как осыпающаяся скала. Как ветер в пустыне, усиленный в тысячу раз.

Я откатился, вскакивая на ноги.

Зарубка осталась. Глубокая, чёрная. Из неё сочилась какая-то жижа, но псевдоплоть не прорвалась до конца. Демон повернулся ко мне, и я, наконец, рассмотрел его как следует.

Однозначно, тотем.

Я видел таких раньше, но мельком. Тогда один из них стоял далеко в пустыне, и даже на расстоянии от него веяло такой силой, что волосы на затылке вставали дыбом.

А этот был совсем рядом.

Огромный, вдвое выше человека. Человекоподобный, но собранный из чего попало. Псевдоплоть — чёрная, блестящая, как смола — обтекала тело. Местами сквозь неё проступали кости. Много костей. Человеческих, нечеловеческих, переломанных, перекрученных. Сплавленных в один чудовищный каркас.

Кое-где из этой массы торчали куски мяса. Тоже чужого, тоже мёртвого, в этой не-жизни получившего отвратительный фиолетовый цвет.

Глаза — два алых угля в глубоких провалах — смотрели на меня. С едва ли не человеческим любопытством. У этой твари определённо был интеллект.

— Топор… — проскрежетал он. — Тёплый… Сильный…

Голос шёл отовсюду и ниоткуда. Казалось, сам воздух, вибрируя, издаёт звуки.

Сзади зашумели:

— Ишер! Дверь!

Я скосил взгляд. Тавр с парнями вставлял доску, прихваченную с собой, в массивные скобы. Получался своего рода самодельный засов.

Очень вовремя.

Дверь содрогнулась от удара с той стороны. Ещё удар. Ещё один. В щели брызнул песок, доска жалобно скрипнула, но не треснула.

— Держать! — проорал Тавр, уперевшись в дверь так, что забугрились мышцы.

Я уже отвернулся. Там, за дверью, были песчаные люди. Может быть, и ещё кто-то. Мои бойцы справятся или погибнут. Моё дело было здесь. Мне предстояло убить тотема. И только на него я должен был смотреть. Иначе он убьёт всех до единого. Если не повезёт, наши тела станут частью этой чёрно-фиолетовой массы.

Демон шагнул ко мне. Он хромал. Мой удар по колену не прошёл даром. Нога тотема теперь гнулась плохо. Значит, суставы у него всё-таки уязвимы.

Выходит, я был прав.

— Сильный… — повторил тотем, и в голосе послышалось что-то, близкое к наслаждению. — Убью… Разорву… Съем… Сила останется… Вкусно…

— Попробуй, — просто сказал я.

И снова бросился в атаку.

Удар лапой. Я нырнул под неё, пропуская над головой. Когти просвистели у макушки, зацепив лишь воздух. Удар второй лапы я принял на щит. И снова треск, и снова руку до плеча прострелила боль. Но я уже заходил слева, целя всё в тот же сустав.

Тотем оказался быстрее, чем я думал. Нога — чудовищная, составленная из нескольких человеческих, обмотанных псевдоплотью — взметнулась вверх. Я уходил от этого удара, но не успевал. Краем глаза увидел, как ступня летит в живот. И в последний момент метнулся в сторону.

Удар пришёлся по касательной. Он сбил меня с ног, отбросив влево. Глиняная полка треснула, когда я врезался в неё спиной. Чудом не сломал позвоночник. Однако топора не выпустил.