Лео Малтори – Виг (страница 8)
«Если барьеры поднимутся вовремя, у машин колонны, движущихся на полной скорости, не останется выбора, кроме как тормозить или свернуть с дороги», – он погладил подбородок и достал сигарету из кармана. – «Вопрос лишь в том, где будет в конвое находиться машина СМИ. Пятьдесят одна секунда, чёртовы пятьдесят одна секунда».
Единственный обитатель гостиницы замяукал, но Кан не обратил на него внимания. Он сделал несколько шагов, затем начал на глаз оценивать расстояние.
«Железный барьер должен подняться за одну-две машины до фургона СМИ. Тачки столкнутся друг с другом, и фургон, потеряв управление, вместо торможения свернёт в сторону завода, прямо к повреждённому автомобилю внутри».
Этот план всё ещё ему нравилась, и поэтому он начал искать слабое место в нём. Представив, что авария уже произошла, и всё идёт по его задумке, он медленно зашёл на территорию завода и раскинул руки, указывая на примерное место аварии.
«Здесь стоит фургон, а я нахожусь за сценой, и начинается обратный отсчёт – пятьдесят одна секунда».
Дошёл до сцены, остановился и опустился на колени, мысленно представив фургон перед собой.
– Пятьдесят одна секунда, – прошептал под нос.
Посчитал время между началом торможения и моментом столкновения, вычел около пяти секунд. Представил, что в машине будет семь-восемь человек, и вычел по секунде на каждого.
«Тридцать восемь».
Подсчитав секунды, чтобы подойти к фургону, взять девушку и отойти, он понял, что буферной времени, которое в Бахраке называли «зелёной зоной», не остаётся.
«Плохо», – подумал он, но тут его лицо просветлело, – «Не надо бежать из завода. Мы будем ждать внутри, пока они не разойдутся».
Вспомнил, что нужно было ещё подготовить отвлекающий манёвр, и быстро направился к пикапу, как всегда начиная шаг с левой ноги. Открыл багажник и, достав из-под вещей кусок фольги, который обычно использовал для укрытия машины, когда парковался не в гараже, сунул его под мышку. Достал телефон и набрал Билли. Через несколько гудков раздался голос:
– Слушаю.
– Билл, помнишь, почему мы опоздали на концерт Гекена?
– Э-м-м… – вопрос наверняка застал его врасплох. – Ну, я залез под водяной диван и, хе-хе, заснул, а потом, когда ты сделал дырку в нём…
– Не это, придурок. Что было потом?
– Потом? – Билл на мгновение задумался. – А, понял! Ха-ха-ха. Да понял я, понял.
– Так вот, смотри, я нашёл здесь нечто подобное, но не знаю, как это включить, – Кан положил кусок фольги под ржавую сцену. – Техника старая, но кажется, всё ещё работает.
– Ага, понял, – раздался звук клавиш.
– Если решишь эту проблему, я займусь другой, – Кан подошёл к чугунным барьерам.
Они были спрятаны в асфальт, но если бы поднялись, то остановили бы даже гусеничную технику.
– Далеко не уходи, оставайся рядом с этим и продолжай.
– У меня ещё остались те очки с прошлого дела, хочу сейчас тоже реконструировать пару сцен, – Кан выбросил сигарету и прислонился к машине.
– Понял, понял, – проговорил Билли, растягивая слова. – Немного подожди, не-мно-го по-до…
– Ты же знаком с игрушками, которые нам отправили на факсе, да? Теперь мне нужно, чтобы они с определённой скоростью прошли мимо меня, чтобы понять…
– Да всё я понял. Надень очки и подожди несколько секунд. Сейчас увидим, где ты находишься.
Кан надел очки, ожидая, что голограммы машин из колонны проедут перед ним. Потом Билли попробует ещё несколько раз, и он почти поймёт, как это будет выглядеть послезавтра. В очках будут видны только контуры машин, ярко окрашенные и движущиеся почти с реальной скоростью.
– Видишь их?
– Слышу тебя.
– Они приближаются к тебе.
– В этот раз ты что-то быстро сделал.
– Нет, я имею в виду… – голос Билла заглушился. – Сейчас машина движется прямо к тебе. Всё это время рядом с тобой был дрон или камера. Твою мать, Кан, чёрт, чёрт, чёрт.
Кан напрягся и попытался проверить ближайшие источники электричества с помощью часов, но потом замер. Машина появилась на горизонте, и бежать от неё не имело смысла. Он посмотрел на кота, который вышел из гостиницы. Тот мяукнул, и в его чёрных глазах засверкали неоны.
Часть шестая
– Господин?
– Кэмпбелл, Кан, – не было смысла лгать: вместо дронов они использовали животных, и узнать его имя было не так уж сложно.
– Кан Кэмпбелл, – повторил собеседник себе под нос и ухватился за водительское кресло. – Поехали, Лазло.
Между Каном и его собеседником сидела девушка, на вид лет девятнадцати-двадцати. Она не переставала дергать ногой и смотрела прямо в глаза Кана. Сквозь дождевик можно было разглядеть её нижнее бельё, а изо рта исходил дым, несмотря на отсутствие сигареты. Татуировки покрывали всю видимую часть тела девушки. Лазло вел машину медленно, как будто показывал туристам достопримечательности своего района. Человек рядом с ним был полностью погружён в свой ноутбук, не отрываясь от клавиатуры.
– Кан, вы случайно не родственник Роуз Кэмпбелл? – спросил человек, сидящий рядом с девушкой.
Седые волосы пожилого мужчины были зачесаны назад, его запонки блестели под звёздным потолком автомобиля, а запах духов напоминал тропические фрукты.
– Как бы я ни был похож на её сына, но, к сожалению, нет, – Кан слегка улыбнулся. – Мы не родственники.
– Жаль, – вздохнул тот. – Я влюбился в Роуз с её первой роли.
Кан промолчал, а мимо них вновь раздался хлопок жвачки, которую продолжала чавкать молодая девушка.
– Говорили, что Роуз – одна из редких звёзд, кто умерла от старости, а не от яростных фанатов или наркотиков. С её уходом умер и целый жанр. – сказал мужчина.
– «Ложь за решёткой», «Где ночь – там я и ты», «В архивах непрожитых лет», – Лазло начал перечислять фильмы, и все улыбнулись. – «Страховка для нас двоих», «Животные не стареют».
– «Животные не стареют», – повторил старик, закурив сигару. – Ах, какие были времена. Поверишь ли, что через пару дней мне исполняется шестьдесят два?
Этот вопрос удивил Кана. Он взглянул на девушку, как будто ожидал подтверждения. Жвачка снова громко лопнула, и она рассмеялась резким, пронзительным смехом. Кан уже встречал людей, перенесших такие операции, когда в лёгкие вставляли приборы, напоминающие мундштуки. После приёма специальных ароматических таблеток оставалось лишь глубоко вдохнуть и выпустить дым – без сигареты или сигары в зубах.
– Вейду через пару дней исполняется шестьдесят два. – сказала она, выпуская дым, который наполнил надувной зелёный шарик из жвачки.
Кан нехотя улыбнулся. На секунду ему показалось, что сигара Вейда уже во рту у молодой девушки, а жвачку жует сам старик, которому скоро стукнет шестьдесят два.
«С днём рождения, ублюдок», – мысленно поздравил его.
– Уже больше сорока лет я туда-сюда в этих краях, – продолжил тот. – Дай бог мне ещё столько же, чтобы спокойно уйти к своим.
– Даст, даст, – пробормотал тот, кто сидел за ноутбуком, продолжая стучать по клавишам.
Девушка с татуировками нахмурила брови, издала мяукающий звук и положила голову на плечо Вейда. Кан подумал, что они отпразднуют его день рождения и сегодня ночью, и завтра, и, возможно, послезавтра. Лазло сделал полный круг вокруг Модус Операнди Авиашоу. Ветер поднял пыль и грязь.
– Господин Кэмпбелл, я хочу, чтобы мы были честны друг с другом, – старик погладил побритую голову девушки. – По факту, вы находитесь на нашей территории, и мы осведомлены о каждом движении здесь. Нас предупреждают о гостях, и мы принимаем их с распростёртыми объятиями. Но когда они приходят без предупреждения, мы начинаем… ну, так сказать… выяснять цель их визита.
«Время, чтобы он сказал «но» и продолжил», – подумал Кан.
– Но бывают и гости, которые приходят в твой дом, роются в вещах, и ты не знаешь, как с ними поступить. Вот вы, что бы вы сделали, если кто-то ворвался к вам и начал копаться в вещах, а мистер Кан?
– Вейд, я знаю, что господина Тарквемады сейчас нет на месте, и связаться с ним сложно.
Тот внимательно слушал каждое слово Кана, прежде чем ответить.
– Клементе Тарквемада – пожилой человек, мистер Кэмпбелл. Он сейчас на лечении, и, кроме того, у него уже есть правнук. Но в его доме всё ещё есть люди из семьи.
Кан выбрал неправильный момент, чтобы замолчать.
«С днём рождения, дерьмо, жуй свою жвачку и глотай слюну», – мысленно снова отметил годовщину.
– Ладно, – кончик сигары покраснел. – Давай считать, что я в хорошем настроение, и исходя из моей гостеприимности, я даю тебе возможность сделать следующий шаг.
– Меня нанимают, Вейд, – резко заговорил Кан. – Нанимают, чтобы я похищал людей для них.
– Очень хорошо, – коротко ответил собеседник.
Человек, сидевший напротив Кана, уже успел перерыть все доступные данные, и Кан снова понял, что врать не имеет смысла.