Лео Любавич – Координаты лжи (страница 5)

Эта фраза ударила Лару под дых. Точно, жестко, в самое сердце. Она судорожно вздохнула. Как этот пляжный бездельник смог прочитать её за две минуты?

– Ты философ, Алекс? – спросила она, пытаясь вернуть контроль над разговором.

– Я наблюдатель, Лара. Просто наблюдатель.

Ее имя прозвучало буднично. Легко. Как будто они были знакомы вечность.

Лара застыла. Пальцы, сжимавшие бутылку, побелели. Внутри все сжалось в ледяной комок. Она ведь не называла ему своего настоящего имени. Для пилота она была «грузом», для администратора в бунгало – «Ева».

Он знает. Он не серфер. Он кто-то другой.

Алекс почувствовал перемену мгновенно. Воздух между ними наэлектризовался. Её зрачки расширились, мышцы шеи напряглись. «Рано, – подумал он. – Слишком рано нажал».

– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – её голос упал до шепота, в котором звенела сталь. Рука Лары незаметно скользнула со стола к сумочке, где лежал перцовый баллончик – единственное её оружие.

Алекс не шелохнулся. Он медленно, чтобы не спровоцировать её, полез в карман шорт.

– Тише, тише, – примирительно сказал он. – Не нужно паранойи. Я не из тех парней, о которых ты подумала.

– Откуда. Ты. Знаешь. Имя. – отчеканила она.

Вместо ответа Алекс достал смартфон. Экран ярко вспыхнул в полумраке бара, высвечивая его лицо с той самой слащавой, обезоруживающей улыбкой. Он развернул телефон к ней.

На экране был открыт новостной агрегатор. Крупный заголовок кричал жирным шрифтом:

«ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ВЕКА: ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР KRONOS GROUP ЛАРА ВАЙС ПРОПАЛА БЕЗ ВЕСТИ. АКЦИИ КОМПАНИИ РУХНУЛИ НА 15%».

Ниже была её фотография. Официальная, глянцевая, где она смотрела на мир как хищник. Полная противоположность той испуганной женщине, что сидела сейчас перед ним в баре «Ржавый Якорь».

– Ты звезда, милая, – насмешливо констатировал Алекс, убирая телефон. – Твое лицо сейчас на каждом экране от Токио до Нью-Йорка. Сложно оставаться инкогнито, когда ты стоишь сто миллиардов долларов.

Лара выдохнула, чувствуя, как адреналин медленно отступает, сменяясь стыдом и новой волной страха. Он не шпион, не сотрудник безопасности её компании. А она просто беглянка, которую нашел первый встречный серфер с доступом в интернет.

– Значит, теперь ты знаешь, сколько я стою, – горько усмехнулась она. – Собираешься продать информацию папарацци?

Алекс откинулся на спинку стула, и его глаза на секунду перестали быть веселыми. В них мелькнул холодный расчет бывшего оперативника, который Лара, впрочем, приняла за игру света.

– Пока нет, – ответил он. – Пиво еще не закончилось.

Вечерний бриз приносил запах жасмина и гниющих водорослей – сладкий и тошнотворный одновременно, как сама ложь. Они сидели за шатким бамбуковым столиком в баре на краю пляжа. Единственная лампочка, раскачиваясь, отбрасывала длинные, пляшущие тени.

Лара сделала глоток, поморщившись от резкого запаха сивушных масел. Дешевый местный ром обжигал гортань, словно жидкий наждак, но лед хотя бы немного притуплял этот вкус. Это было спасением по сравнению с тем, с чего они начали. Пиво, которое она купила, оказалось теплым и кислым, больше напоминая застоявшуюся в ржавых трубах воду. Когда Алекс, заметив её позеленевшее лицо, предложил перейти на крепкое, она не стала спорить. Этот ром был отвратителен, но, по крайней мере, честен в своей грубости. Алкоголь обжег горло, но немного притупил ту звенящую тревогу, что преследовала ее с момента побега. Она смотрела на Алекса. Спутанные соленой водой волосы, выгоревшая футболка, расслабленная поза человека, у которого впереди вечность. Он казался полной противоположностью тому миру «акул», из которого она вырвалась. И это подкупало.

– Ты все еще сканируешь периметр, – заметил Алекс, крутя в пальцах монетку. – Расслабься. Здесь тебя никто не найдет, если ты сама не захочешь быть найденной.

– Привычка, – сухо ответила Лара, поправляя манжету блузки, которая теперь казалась нелепой броней. – В моем бизнесе расслабиться – значит умереть.

– А в моем – это способ выжить. Океан не любит напряженных. Он их ломает.

Разговор потек лениво, как патока. Они говорили о климате, о странностях местной кухни. Лара почувствовала, как плечи, наконец, опускаются. Маска «железной леди» дала трещину. Ей захотелось поверить, что этот парень – просто случайный попутчик, серфер, ищущий идеальную волну, а не очередная угроза.

Но вдруг Алекс перестал крутить монетку. Он накрыл ее ладонью, и звук удара металла о дерево прозвучал неестественно громко. Он подался вперед. Веселые искорки в его глазах погасли, уступив место чему-то темному, глубокому, почти одержимому.

– Знаешь, я ведь соврал тебе, Лара. Я здесь не ради серфинга.

Лара напряглась, инстинктивно отодвигаясь.

– О чем ты?

– Я ищу ответы. Истории, которые прячутся под слоем песка и туристических буклетов.

Алекс понизил голос. Теперь он звучал не как пляжный бездельник, а как человек, прикоснувшийся к тайне.

– Местные старики шепотом называют это место Banyu-Lama, – продолжил он, глядя ей прямо в глаза. – Но в старых, полусгнивших картах испанских конкистадоров, оно значится иначе. Город Шепчущих Ветров.

Лара почувствовала, как волоски на руках встают дыбом. Название отозвалось в ней странным, болезненным эхом.

– Красивая сказка для приезжих, – попыталась усмехнуться она, но голос дрогнул.

– Не сказка, – отрезал Алекс. – Легенда гласит, что в центре джунглей, там, где компасы сходят с ума, спрятан храм. А в нем – механизм. Не из золота или камня, а из чего-то, что не поддается анализу. Говорят, он способен менять направление ветров… или времени. Конкистадоры верили, что тот, кто запустит его, сможет переписать историю. Вернуть погибшие корабли. Или исправить ошибки прошлого.

Лара замерла. Ее пальцы сжались на мокром стекле стакана с такой силой, что костяшки побелели, став похожими на мрамор. Кровь отхлынула от лица.

Мир вокруг – шум прибоя, музыка из динамиков, стрекот цикад – исчез.

Вспышка памяти.

Она снова в кабинете деда. Запах старой кожи и пыли. Дрожащие руки листают пожелтевшие страницы дневника.

Она видит тот самый абзац. Чернила местами выцвели, но нажим ручки был яростным, почти рвущим бумагу.

«Шепчущие Ветры – это не метафора, Лара. Это предупреждение. Если ты услышишь это название – беги. Они ищут ключ к управлению хаосом. Это не миф. Это конец всего».

Лара моргнула, возвращаясь в реальность. Алекс внимательно следил за ней, словно хищник, ожидающий, когда жертва сделает неверный шаг. Он заметил ее реакцию. Он знал, что наживка проглочена.

– Ты веришь в возможность исправить прошлое, Лара? – тихо спросил он.

– Я верю, что за прошлое всегда приходится платить, – прошептала она, не в силах разжать пальцы на стакане и глядя на Алекса в упор. – Иногда – жизнью.

Он казался сошедшей с экрана иллюстрацией идеального курортного романа: выгоревшие на солнце пряди, ослепительная улыбка и майка, которая скорее обнажала, чем скрывала его бронзовый, литой торс. Легкая небритость лишь подчеркивала исходящий от него пьянящий шлейф чистой маскулинности, от которого сладко кружилась голова. Но его глаза… В них не было той расслабленной пустоты, свойственной местным бездельникам. Они сканировали ее, словно тепловизор.

– Ты правда знаешь, где искать? – спросила Лара, стараясь, чтобы голос звучал ровно, по-деловому. Как на совете директоров, только ставки теперь были выше денег.

Алекс лениво покрутил в пальцах зажигалку, откинувшись на спинку плетеного стула.

– Скажем так, у меня есть лодка, которая держится на воде честным словом и эпоксидной смолой. У меня есть карта, которую я выиграл в покер у одного одноглазого контрабандиста. И есть пара догадок.

Он сделал паузу, наблюдая за ее реакцией. Лара молчала, ожидая продолжения.

– Но у меня нет напарника, – продолжил он, чуть подавшись вперед. – Того, кто умеет читать древние диалекты, а не просто таращиться на символы, как баран на новые ворота. Мне нужен переводчик с мертвого языка на язык координат.

– И ты решил, что я подхожу на эту роль? – усмехнулась Лара, хотя внутри все сжалось. Она слишком привыкла, что мужчины видят в ней либо кошелек, либо красивый трофей.

– Я видел твою книгу сегодня на пляже, – Алекс кивнул на холщовую сумку, лежащую у ее ног. – «Этимология австроазиатских языков». Серьезное чтиво для девушки в отпуске. Большинство дамочек здесь интересуются только составом «Май Тай» и загаром. Мне плевать на твои длинные ноги, принцесса. Мне нужен твой мозг. Интеллект в этих краях дефицитнее пресной воды.

Лара почувствала, как щеки заливает краска. Не от смущения – от удовлетворения. Он купился. Он видит в ней умную, богатую туристку, сбежавшую от скуки. И он только что предложил ей именно то, что нужно – транспорт и алиби.

Она сделала глоток обжигающего рома, принимая решение. В ее мире эмоции – это слабость, а люди – ресурсы. Этот серфер станет ее проводником. Ее инструментом.

– Покажи мне свою лодку, – твердо сказала она, глядя ему прямо в глаза. – Завтра. На рассвете. И если она действительно держится на воде, мы обсудим условия.

– Заметано, – Алекс салютовал ей бокалом. – Только не надевай каблуки. Океан не прощает пафоса.

– Я быстро учусь, – бросила она, поднимаясь из-за стола.

Лара растворилась в густой тропической ночи, чувствуя странную легкость. Впервые за долгие годы она шла навстречу неизвестности не по графику, а по зову сердца. Возбуждение от предстоящей игры кружило голову сильнее алкоголя. Она вела свою партию. Она контролировала ситуацию.