Лена Тулинова – Хрустальный детектив. Сезон 2. Домик у моря (страница 8)

– Так узнайте у своего комиссара Верньера, – раздражённо сказал редактор, показывая этим, что не пропустил ни слова из беседы Этьена с Арлен. – А то взяли моду! Знаете что, мы не помогаем тем, кто любит всё разнюхивать в обход полиции. И не помогаем частным сыщикам!

– Я не частный сыщик, – сказал Этьен.

– А я не про вас, инспектор, – ответила женщина. – Сегодня одна дамочка уже втиралась в доверие к журналистам и отделу объявлений, однако мсье Шнайдер быстро вывел её на чистую воду и из нашего здания.

– Вот как, – сказал Этьен. – А вы не заявили на неё в полицию?

– Этим инцидентом занимался мсье Шнайдер, – сказал мэтр Люка. – И вам, инспектор, я никаких адресов не дам. Мы сотрудничаем с полицией, а больше ни с кем. Вы можете быть частным сыщиком или засланным из другой газеты человеком, мне всё равно.

– Послушайте, я ищу женщин. И хочу предотвратить возможную пропажу других… – начал Этьен.

– Поиском пропавших занимается полиция. Насколько известно редакции, заявлений туда не поступало. Этих женщин никто не ищет, – сурово сказал Люка.

– Кроме частных сыщиков, очевидно, – язвительно вставила мадемуазель Арлен.

– А с частными сыщиками, увы, мы не дружим, – заключил мэтр Люка. – Ни за какие деньги.

– Я бы на вашем месте сперва разузнал, какие деньги я готов заплатить за информацию, – сказал Этьен и достал из кармана бумажник – слова о деньгах пришлись кстати и вернули его к задуманному плану.

Во взгляде Арлен появился интерес, но мэтр Люка, кажется, его не разделял. Он принялся настаивать на том, чтобы Ленуар покинул буфет, редакцию, здание и даже улицу, на которой оно находилось.

Однако у выхода детектива догнала мадемуазель Арлен, снова похожая на соблазнительное яблочко. Как будто даже прихорошилась! Но её эмоции всё ещё были цепкие, кошачьи.

– Инспектор Ленуар, – сказала она. – Постойте, мсье Ленуар. Меня интересует этот ваш другой способ. Я хочу вам кое-что дать.

Этьен достал из бумажника купюру в пять жюке. Вопреки его ожиданиям, глаза мадемуазель Арлен вовсе не засверкали алчностью. Более того, ей было явно неловко.

– У вас какие-то проблемы, – сказал Этьен.

– У меня долги, и я вынужденно делаю что-то вопреки желанию начальства, – кривовато улыбнулась Арлен. – Инспектор, мэтр Люка имеет основания скрывать кое-что, но я должна сказать. Обе пропавшие женщины публиковали объявления в колонке знакомств. Первая – пять раз, другая – дважды. Вот копии этих объявлений. То, что выделено красным карандашом – это информация не для печати. И тут вы видите имена и адреса. А вот сами объявления. Видите что-то интересное?

Этьену хватило даже беглого взгляда.

– Они сбавили себе лет, – сказал он. – В объявлениях указан возраст: тридцать шесть первой пропавшей и тридцать восемь второй. А здесь написано – тридцать.

– Знакомиться предпочитают с теми, кто помоложе, – словно извиняясь за такое мошенничество, сказала мадемуазель Арлен.

– А почему мэтр Люка хочет скрыть эту связь? – уточнил Этьен.

– Потому что если полиция или частный сыск займётся расследованием, – ответила Арлен, – интерес к объявлениям через газету может сильно упасть. А это как-никак значительная статья дохода. Вы знаете, сколько сейчас одиноких людей? И сколько из них еженедельно подаёт в газету объявления?

Копии упомянутых объявлений стоили по два жюке каждое, но там была очень ценная информация – имена и адреса. Этьен взял эти листки бумаги, радуясь не тому, что победил, а тому, что можно начать поиск женщин.

Даже если их уже нет в живых – как знать, вдруг он сумеет предотвратить ещё одно похищение?

Ну, а теперь пора была возвращаться и узнать, как там проигравшая Бланш. Наверняка расстроена!

ГЛАВА 7. Бланш

Ей не довелось попасть на встречу журналистов с главным редактором, потому что настырная и въедливая Куку взялась прочесть статью про губную помаду. И подняла скандал.

– Это же неслыханно! – бушевала Куку.

– Кларисса, прошу тебя, – гудел толстяк Бувье. – Подумаешь, пара ошибок.

– Да какая пара! В жизни не видела столь безграмотного текста! Даже Лулу себе такого не позволяет! Тут не только ошибки, тут – мой бог! – настолько криво построенные предложения, что у меня язык не поворачивается назвать это статьей! И даже заметкой!

Всё-таки, видимо, стоило доверить Этьену хотя бы взглянуть на текст.

– Ну вот я и не была уверена, думала, может, мне всё же больше подошёл бы отдел объявлений, – лепетала Бланш, отступая.

– Чтобы у нас все объявления выходили с грамматическими ошибками и альтернативной пунктуацией? Да как вы можете, Бланш, претендовать тут на место хотя бы поломойки?

Вообще-то Бланш уже жалела, что не подумала наняться уборщицей. Это была не такая уж плохая идея, учитывая доступ ко всем помещениям.

– А я сразу почуяла неладное, – заявила Лулу. – Она наверняка из частных сыщиков. Я чуяла это своим сердцем!

Бувье с интересом посмотрел на область сердца, когда Лулу прижала руки под грудью. Впрочем, Бланш подумала, что толстяку куда интереснее были выпуклости, которые тут же чётко обозначились под строгой блузкой.

– Дамы, дамы, ну что вы набросились на барышню? Она ведь новенькая, ещё не обвыклась, – добродушно уговаривал сердитых женщин Габри.

Но только Лулу это не успокоило. Наоборот! Её лицо исказилось и она понесла какой-то бред про мужчин, которым только одного и надо. Видимо, смуглый красавчик Габри нравился молодой симпатичной журналистке.

Поднявшийся гвалт привлёк внимание Густава. Альбиносу не дали толком вникнуть в причину скандала, у всех были свои версии. Бувье утверждал, что Кларисса-Куку снова давит на новеньких, сама Куку утверждала, что Бланш заслали конкуренты, чтобы при помощи безграмотной журналистки уронить репутацию «Утреннего Сен-Фило». Людевин-Лулу горячо обвиняла Бланш в том, что та на самом деле и не журналистка вовсе.

– Может быть, она всё-таки частный сыщик? – выдвинул предположение Габри.

– Сыщиков тут не любят, – в наступившей тишине сказал Бувье.

– Ха! Сыщиков никто не любит, – сказал Густав.

– Послушайте, мсье Шнайдер, – пробормотала Бланш, которую практически вывели на чистую воду, – это всё недоразумение. Взгляните, пожалуйста, на начало моей новой заметки…

Он взглянул. И взял новенькую под локоток.

– Вам придётся уйти, – заявил он. – На нас уже из других отделов смотрят, и даже, кажется, заместительница шефа…

И быстренько вывел Бланш из кабинета, а затем и вовсе из здания. Тут он огляделся по сторонам и завёл свою новую знакомую за угол.

– Вы правда знаете, как вернуть Мануку? – спросил он. – И что вы хотите?

– Мне нужны адреса двух пропавших женщин, – твёрдо сказала Бланш. – Взамен я сведу вас с Манукой снова.

– Как?

– Это уже моё дело, – ответила Бланш, у которой было приблизительно полторы идеи.

Ну или даже одна с четвертью!

– Всего-навсего адреса? – уточил Густав.

– Всего-навсего! – сказала Бланш.

– Если вы обманете, мадам Паради…

– Мой бог! Для чего мне обманывать? Умоляю, сходите в отдел объявлений и раздобудьте для меня то, что я прошу. Это очень важно!

– Всё-таки вы сыщица, – огорчился Густав. – Точно обманете.

– Вас обманывали сыщики? – удивилась Бланш.

– Вы не представляете, сколько раз, – ответил Густав. – К примеру, один частный сыщик неделю ходил по пятам за мсье Габри в надежде найти компромат.

– О, – сказала Бланш. – Супружеская измена?

– Вовсе нет! Оказалось, что Габри хотел, чтобы его уволил наш мэтр. Тогда его бы взяли в журнал, – вздохнул Шнайдер. – А однажды мадемуазель Луазо повезло найти эксклюзив, из-за которого её едва не убили! И всё по наводке детектива. Впрочем, тот отказался изрядным жуликом…

– Ужас какой, – сказала Бланш. – Клянусь вам – я не из таких!

Но не стала уточнять, из каких именно.

Густав, однако, увлёкся. Тут, в тени деревьев и стен, было уютно и довольно уединённо – что, очевидно, располагало Шнайдера к откровениям.

– Ох, да это ещё что! Однажды нас едва не закрыли!

– Из-за частных сыщиков? – на всякий случай ужаснулась Бланш.

– Не совсем. Скорее, из-за журналиста, который провёл дерзкое расследование. Это давно было, года три назад. Может, помните… Это было довольно громкое дело в суде. А после нас обвинили в клевете на человека, который то ли убивал, то ли не убивал…