Лена Тулинова – Чернильный факультет (страница 6)

– Вы просто рано пришли, – сказала она. – Недомерки-шмедомерки пострадать не успели. Фингалочка была недостаточно быстрой сегодня!

И, подув на палец, прижала его к ссадине на скуле. Ссадина исчезла. При этом дан Гизберт снова посмотрел на полуорчиху, уже с возросшим интересом. Он, видимо, не знал, что у неё мама ведьма. Так-то магически одарённых от природы орков встретишь нечасто, и то в основном артефакторов или шаманов. Орчиха-ведьма – это нонсенс, ну, если речь не о Фиалочке. Та вообще чудо из чудес.

Следом за весёлым дядькой Гизбертом и строгой секретаршей, которая старательно не обращала внимания на его шуточки, мы поднялись на третий этаж, свернули в стеклянный переход и добрались до башенки ректора. Дааа, тут ректор явно обитала с размахом. Хоромы были знатные, уже по входу стало ясно, что тут не хухры-мухры какие-то происходят, а ректорша Полмер принимает. Золотая табличка у входа оповещала: «Ректор АПТиС академик Фрегонда Беллигара Полмер, профессор Магических Искусств, почетный член Сообщества Магов Объединённых Миров, почетный член Совета Варкарна» – я не успела дочитать ещё пару строчек, но неважно. Обилие заглавных букв, почетных членов, академиков и профессоров меня впечатлило. Но и не только! Я постепенно всё больше проникалась к Кевину Полмеру сочувствием. В конце концов, ему с матерью не повезло ещё больше, чем мне.

Впрочем, сочувствие мое продержалось ровно до той секунды, когда Кевин повернулся ко мне и сказал:

– Ну всё, прощай. Не довелось мне тебя поизводить, Ромашка.

Я не успела спросить, почему он так сказал, потому что дан Гизберт постучался и, услышав суровое краткое «Да входите уже!» – распахнул перед нами всеми дверь.

Первой секретарша втащила в кабинет ректора Дейю, изо всех сил изображавшую безмерную слабость. Этакая птичка с подбитым крылышком. Если не знать, что её лишь слегка щёлкнуло парой разрядов маленьких шаровых молний, можно подумать, полукровка серьёзно пострадала и здоровье её под угрозой. На то, видимо, и был расчёт. Затем вошли громила и Фиалка, усердно тесня друг друга могучими плечами. Если б Фрегонда Полмер с той стороны не махнула палочкой, отчего проём расширился, они или застряли бы, или снесли бы косяки напрочь.

Ну и потом уже Кевин сделал ехидно-приглашающий жест, чтобы вошла я. И завершили торжественную процессию Гизберт и полуректор.

«Сейчас разбираться будем! – подумала я. – Наверное, придется попросить звонок адво… то есть папе!» Но от этой мысли совсем стало тягомотно на душе. Выходило, что я без поддержки отца и дня не протянула, что ли? Обидно же! И я решила сражаться до последнего.

Фрегонда Полмер, опередив нас на пару минут, успела выгодно расположиться за огромным письменным столом. Ох, и шикарный же у неё был стол! А уж какая коллекция письменных приборов! И целый ряд телепатошариков разных размеров и цветов. Даже чёрный, абсолютно непрозрачный – только вмятинка накопителя радужно отсвечивала, будто бензиновая пленочка на луже.

А ещё большой красивый снежный шар, где и без встряски кружился снежок, укрывая крошечный домик и маленькую ёлочку рядом. Такие шары я и сама обожала, так что очень захотелось его потрогать.

– Итак, – сказала Фрегонда, поправляя на носу маленькие очки с прямоугольными стеклами.

Её серые глаза за ними казались тусклыми и невыразительными. Вообще ректор была весьма представительной дамой, но не сказать, чтоб особо шикарной. Просто чуть полноватая тетенька, каких полным-полно в каждом мире и каждом городе! Строго поджатые губы, выщипанные и чётко очерченные карандашиком, приподнятые брови, завитые волосы, крашенные в синеватый цвет.

– Итак, – сказала она, – не успели вас принять, а вы уже безобразничаете. Ну ладно девочки со стороны, они понятия не имеют, как себя вести. Но вы-то, дана Вержина? И вы, дан Полмер!

Гизберт за нашими спинами хмыкнул.

– По-моему, именно дана Вержина и не умеет себя вести, Фрегонда, – сказал он. – Я уж молчу о вашем сынишке.

– Молчите, Рик Гизберт, – Фрегонда хлопнула ладошкой по столу. – Не портите мне педагогический момент!

– Ну, вы развлекаетесь как можете, я тоже хочу, – не остался в долгу Гизберт. – Всегда интересно посмотреть на показательную порку младенцев.

– Это кто тут младенец-шмладенец? – возмутилась Фиалочка. – Если хотите знать, ли ректор, гоппу устроили не мы, а вот этот здоровый дюк и его подпевалочка. И знаете, что? Таким, как она, порядочными маммами не бывать. Кто без предупреждения в драку-шмаку лезет – тому и голову долой.

Высказавшись так, она сложила могучие руки на груди. Громила посмотрел на Фиалку с обожанием и добавил:

– Ыть! Прекрасная дама сказала хорошо. Был зол, погорячился. Прощенья прошу.

– Ваши родители, Кром Вырвиглаз, дали мне понять, что вы будете примерным учеником на факультете сервиса. А вы устраиваете, как это сказала абитуриентка? Драку-шмаку, – махнула рукой ректорша.

И стало понятно, что она уже гораздо меньше сердится.

– Итак. Всем пойти в библиотеку, найди там дану Тикер и взять у неё правила поведения в нашей Академии. К завтрашнему дню знать назубок. Вступительные испытания начнутся завтра с десяти утра, расписание на первом этаже на доске напротив главного входа. Сразу после испытаний подойдёте к ли Сканнинг, – тут Фрегонда Полмер величаво указала на секретаршу, – и она проведёт опрос по усвоенным правилам. Кто не усвоил, может на второе испытание не рассчитывать. Даже в том случае, если первое испытание пройдёт дважды отлично!

При этих словах Кевин Полмер встрепенулся и радостно посмотрел на мать. Она ответила ему поистине любящей улыбкой.

– Вас, дан Полмер, я задержу ещё на минутку. Чтоб вы понимали, что относительно вас у меня серьёзные планы.

Кевин поник.

Фиалочка похлопала его по плечу, а я сказала:

– И не забудь рассказать мамаше, как ты торговал входом в приемную комиссию, получеловек-полуректор.

Гизберт тихонечко, но явственно фыркнул.

– Идемте, – сказал он, – провожу вас в библиотеку.

Определенно мне нравился этот загадочный препод со шрамом. Или он не препод?

Идя стеклянным переходом в соседнее здание, я думала, как бы половчее спросить, чтоб не нарушить невзначай какое-то ещё правило, но Дейя Вержина опередила меня.

– А вы вообще кто? – спросила она нагло.

В её интонациях так и сквозило «ну давай, порази меня, королевну такую!» – я аж чуть не захохотала в голос от того, сколько гонора вложила эта полуволчица в свой вопрос. Интересно, кто она на самом деле, что секретарша ли Сканнинг (не дана, заметьте, то есть её ранг уже был нам ясен!) так трепетала и преклонялась перед этой миниатюрной стервой?

– Я вообще декан факультета разведки иных пространств, – улыбнулся Гизберт.

Шрам слегка перетянул его улыбку, и правый глаз остался грустным (а я шла именно справа, вот и заметила). Но в голосе не слышалось горечи или досады. Этот человек определённо умел улыбаться не покалеченным лицом, а всей душой.

– Ооо, то есть все три мальчиковых отделения, – с ноткой зависти протянула Дейя. – Сервиса, развития туризма и разведки!

– Ага, – кивнул Гизберт. – Это всё моё.

– А почему вы девочек туда не берёте? – спросила я.

– У девочек есть свои задачи, – ответил декан, – на данный момент мы больше нуждаемся в обслуживании, чем в разведке тех миров, куда спокойно можно отпустить студенток и выпускниц. Но, закончив любой из факультетов, вы можете подать заявление на перепрофилирование.

– Но зачем-шмачем такие сложности? Фиалка не любит сложностей, – проворчала моя лучшая подруга.

– Фиалке вообще лучше сразу идти на сервисное, – мило улыбнулась Дейя, – орков, гномов, огров и прочую шелупонь на другие и не берут.

Кром заворчал, но ничего не сказал. Ворчание серого в яблоках напоминало разминку грома перед грозой, но Дейя не уловила угрозы в этом звуке. Хотя должна бы понимать настроения своего дружка!

– Фиалка хочет факультет разведки, – отчеканила полуорчиха.

– Ыть, – одобрил Кром. – Тогда туда хочу. Не на сервис.

– Но вы, в отличие от Фиалки, не владеете магией, – сказал Гизберт, – так что, дан Вырвиглаз, ваш выбор ограничивается вашими способностями. И кстати, мы пришли.

Двери в библиотеку были тёмные, почти чёрные, резные и огроменные. Две высоченные створки такой высоты и ширины, что могли бы впустить в зал даже горного великана, а они ведь метров десять ростом, если не больше. Или дракона! Святые паучьи ноги! Я едва не взвизгнула от волнения. Что, если этакая громада и вовсе не откроется? Ведь это сколько же силищи надо, чтобы заставить такую створочку податься под твоим нажимом? А если она на меня хлопнется? Ох, много ли надо, чтобы ощутить себя ничтожной, маленькой и слабой? Всего-навсего дверь…

Но Гизберт коснулся резного дерева, и обе створки сами распахнулись перед нами. Дейя вошла первой, не испытывая, казалось, ни малейшего стеснения или трепета. Недалеко от входа стоял рабочий библиотекарский стол, весь в полочках и ящичках. Он был высок, так что за ним нормально было бы и стоять. А за ним, на высоком стуле, сдвинув очки на кончик носа, восседала седая библиотекарша. Она посмотрела на нас поверх очков, затем сняла их, протерла стекла и посмотрела сквозь них. После чего водрузила очки на переносицу и окинула нас третьим взглядом.