Лена Тэсс – Измена. Моложе, не значит лучше (страница 27)

— Да все в порядке, Николай Степанович. Белла чувствует себя хорошо. Недавно была у врача, все анализы в норме, УЗИ не показало никаких отклонений, скрининг тоже. Мы решили, что не будем узнавать пол ребенка до рождения, хотя Мирабелла хотела сделать эту модную гендер-пати, но сейчас нам не до празднеств, когда и у вас со здоровьем еще не все в порядке и развод. — Неловкая пауза, и я продолжил. — Как и все женщины в таком положении капризна и любую проблему раздувает до невероятных масштабов, — усмехаюсь, потому что это действительно забавно, но тестю явно не смешно.

— А ты?

— Я?

— Да, ты, Рома. Как ты себя чувствуешь?

Чувствую в вопросе подвох, но не могу понять где.

— Все в порядке, — пожимаю плечами, потому что сейчас все действительно неплохо.

— Правда? И как тебе живется с чувством, что ты бросил мою старшую дочь ради младшей, заделав ей ребенка? Как ты засыпаешь по вечерам в кровати с Беллой, оставаясь мужем Маши? Какие ценности ты собираешься привить своему будущему ребенку? Как изменять, врать, выкручиваться словно слизняк и пытаться отсудить у своего спутника деньги, на которые ты не имеешь никаких моральных и юридических прав? Ты собираешься всему этому его или ее научить?

— Вы несправедливы, Николай Степанович, — возражаю, отложив приборы.

— Конечно, я еще слишком любезен с таким червяком, как ты. Приживала, приспособленец и совершенный бездарь. Все твои достижения на работе — вовсе не твои, а удачно подобранные и недоделанные открытия и начинания твоих коллег, которые ты либо забрал у них обманом, либо обещал помощь и присвоил себе.

А вот это уже не очень приятные слова. Даже если его суждения в отношении моего любовного мезальянса с его дочерьми был около правдивым, то новости о том, что отец Маши и Беллы узнавал про мою работу, да еще так подробно, удручали… Шокировали. Пугали и не на шутку.

Черт. Я ведь планировал восстанавливаться в институте с недели на неделю.

Неужели опять ничего не получится.

— К чему вы клоните?

— Ты мне скажи. Ваш развод с Марией дело решенное. И что дальше? Женишься на Белле. Предлагаешь сыграть еще одну пышную свадьбу прямо перед родами?

Вообще-то нет.

— Мирабелла хочет быть в форме, чтобы надеть свадебное платье мечты.

— Зачем ей это? У нее уже все это было — белое платье, выездная регистрация, медовый месяц в Турции. Вам достаточно простой росписи в ЗАГСе. Или ты не собираешься признавать ребенка, Рома?

Да что он вцепился-то в меня, словно цербер. Лучше бы своим здоровьем занялся и своей личной жизнью. Будто его жена так быстро и легко отпустит его от себя. Как пиявка вцепиться, пока всю кровь не выпьет. Хорошо, что она пока всецело занята своими личными проблемами от меня отстала. В этом плане мне этот развод на руку.

— Конечно это мой ребенок, и конечно он или она получат мою фамилию, отчество, заботу и все, что полагается дать отцу. В отличие от вас я не стану выбирать любимца между первым, и даст нам бог с Беллой, вторым ребенком.

Тесть скривился. Да — это низко. В отличие от Любови Викторовны он чувствовал свою вину перед Машей очень остро. И чем старше становился, тем эта вина в нем росла и крепла, поэтому он в последние годы все чаще и настойчивее просил меня не обижать и беречь ее, раз уж сам не смог.

Как иронично, что теперь я могу использовать это против него его же чувство вины.

— Ты мне противен. И я вынужден терпеть тебя рядом с Беллой исключительно из-за ребенка. В противном случае, Рома, ты бы давно потерял все то немногое, что имеешь. Поверь на это бы моих связей хватило.

Ну все, меня этот цирк изрядно повеселил, но его угрозы просто смешны и я сыт ими по горло. Только настроение и аппетит оказались испорчены. Как жаль

Я достал бумажник и кинул на стол крупную купюру.

— Угощаю вас завтраком, Николай Степанович. Не волнуйтесь понапрасну и не угрожайте тем, с кем по состоянию здоровья не в силах справиться, — я встал на ноги и похлопал тестя по плечу. — Берегите свое здоровье, а то вдруг еще один инсульт.

Удаляясь к двери услышал себе в спину всего одно слово — подонок.

Возможно так и есть.

Мне, в общем-то, было все равно.

Глава 23

Маша

— Можно войти?

К концу рабочего дня — не тот, что официальный в шесть вечера, а тот, который как и всегда продлился почти до девяти, в дверях моего кабинета появился Титов Максим. И если это так, то значит есть какие-то новости касательно моего развода.

Плохие новости.

— Входите, конечно.

Я киваю на стул напротив себя, с сожалением смотрю на стопку непрочитанных документов рядом. Здесь и карточки пациентов, и финансовые показатели и план на месяц. Отчет о закупках и расходниках, бизнес-проект открытия столовой, финансовое обоснование открытия еще одной ставки опытного акушера-гинеколога, а также приобретения сверхнового аппарату УЗИ и наём необходимого квалифицированного врача.

Как-то за пару месяцев моя скромная мечта вдруг не просто обрела вполне реальные очертания, стала функционировать и приносить свои первые результаты, но еще и довольно быстро переквалифицировалась из просто благотворительного в частный медицинский центр.

Это не совсем то, что я хотела, но Зарецкий уверял меня, что все идет как надо.

Марк, которому я рассказала о том, что происходит пару дней назад потребовал больше не уводить его специалистов — достаточно, что он пока не смог найти замену мне. Но в общем и целом сказал, что ожидал нечто подобного. И еще, что если бы я не ушла в самостоятельное плавание, то обязательно рано или поздно затеяла революцию в его перинатальном центре.

Бред. Я вовсе не революционерка. Просто у меня была конкретная цель — уютная, моя, небольшая мечта. А теперь она приобрела такой масштаб, от которого немного кружилась голова и подкашивались коленки.

Смотрю на Максима и понимаю, что с появлением юриста здесь мои мысли будут сосредоточены исключительно на проблеме развода, а значит часть из бумаг придется забрать с собой и поработать дома.

— Я бы предложила кофе, но уже отпустила помощницу.

— Не стоит, Мария. Я просто принес вам решение суда. Решил поздравить вас лично с тем, что эта неприятная история завершилась и ваш бывший, — он сделал особенное ударение на этом слове, — муж, наконец-то успокоился и оставил свои притязания на то, на что совсем не имел права.

— То есть?

— Вот, — он протянул черную папку, в которой было решение суда, вступившее в силу с сегодняшнего дня. — Свидетельство о расторжении брака сможете оформить и получить в ближайшем МФЦ лично, такие порядки. В остальном за вами остается решение оставить фамилию или поменять ее на девичью.

— Я не понимаю. Чернышёв решил отступить от своих претензий на деньги и квартиру?

Титов кивнул.

— Да, примерно сразу после нового года его адвокатская контора отозвала все свои претензии. У них не было шансов, но тут был скорее вопрос репутации, времени и нервов. Еще раз поздравляю.

Юрист поспешил откланяться и вышел из кабинета так же быстро, как и появился в нем, оставив меня наедине со своими мыслями.

Это было… странно.

Чернышёв не был скупым или жадным, но чтобы он добровольно отказался от доли в квартире просто так — звучит слишком невероятно. Я знала его достаточно хорошо и могла предположить лишь только, что…

От мыслей отвлек телефонный звонок. На экране высветилось имя Паши.

— Да, слушаю.

— Ты еще на работе? — строго.

— Нет, уже дома.

— Врушка, Маша. Я внизу, видел Титова. Собирайся и спускайся вниз, поедем отмечать, — Зарецкий не стал дожидаться моего протеста и скинул вызов.

Вот значит как? Мальчики уже успели все обсудить. А я думала, что юридическая тайна сравни медицинской. И на кого из них первым делом мне следует подать в суд?

Собрав все документы в сумку, накидываю свой пуховик и выхожу на улицу. Паша сам за рулем, что довольно непривычно и очень агрессивно. Он не в обычном пальто — на нем куртка “аляска”, массивные перчатки и довольная как у кота улыбка. А мне казалось, что мультимиллионеры никогда так по-мальчишечьи не улыбаются.

— Привет. У тебя удивительно хорошее настроение, — настороженно произношу, когда он наклоняется ко мне и целует.

Очень чувственно и глубоко. У меня перехватывает дух и заканчивается кислород в легких, но я не в силах оторваться ни на секунду. Мы не виделись почти неделю — у каждого такой график, что сил едва хватает на то, чтобы немного поговорить вечером или пожелать друг другу доброго утра.

— Как иначе, если моя девушка наконец-то свободна, — он сел на место и завел свой неприлично дорогой Audi. — Предлагаю не тратить силы и время на ресторан, а сразу отправиться ко мне.

Я согласно кивнула и машина сорвалась с места в сторону дома Паши.

— Все равно, это так на него не похоже, — мне сложно собраться с мыслями даже в условиях полного штиля.

Чувство, что все слишком хорошо не покидает. Так не бывает и не должно быть — Рома никогда бы не отступился от денег, если бы знал, что может на них рассчитывать даже самым нечестным образом.

Цифры, цифры, цифры — вот что меня занимало, а не бокал прекрасного вина, который держал передо мной Зарецкий. Наверняка и напиток стоил достаточно дорого, чтобы не отвлекаться на то, что уже прошло. Стоило перешагнуть через эту главу своей жизни, или как говорят — перевернуть страницу и начать с чистого листа.