Лена Коваленко – неСчастливая дочь (страница 5)
– Спасибо! Этот центр много для меня значит!
– Я заметила. Ты здесь как рыба в воде. Хотя и в школе не теряешься. – Маргарита с удивлением смотрит на меня. Так, будто первый раз видит. Ну да, я персонаж сложный, нетипичный. Не даю её аналитическому уму разгуляться и перевожу тему.
– Как пообщалась с Никитой Фёдоровичем? – я сбежала на консультацию сразу, как сдала Маргариту с рук на руки юристу. Вчера не успела пообщаться с новенькими девочками в центре, сегодня пришлось компенсировать. Поэтому подробностей общения Маргариты с адвокатом не знаю.
– Честно говоря, я не ожидала много от общения с юристом в каком-то провинциальном центре. – О! Вот сейчас это Маргарита Антоновна, а не Маргарита. Сурова, собрана, высокомерна. – Была сильно удивлена. В общем, не буду мучить тебя подробностями. Мне дали контакты отличного московского юриста, у которого есть контора и здесь. Он как раз специализируется на сложных «женских» делах. Первично ты оказалась права, по условиям завещания отца, если я погибаю или перестаю быть дееспособной, то управление наследством Тиграна переходит к его опекуну. А наследство у Тиграши… приличное.
– Что делать планируешь дальше?
– Всё как мы и говорили вчера. Юрист будет не местный, психолога пройду здесь у вас. Самое сложное – психиатр. Надо из другой организации, но не купленный. – Взгляд Маргариты становится задумчивым.
– О! Это вообще не проблема! – Встаю и иду к рабочему столу, где в ящике спрятан, на время консультаций, мой телефон. Набираю контакт психиатра, с которым отработала, пожалуй, дольше всего.
– Татьян Всеволодовна, здравствуйте. – Радостно здороваюсь, когда буквально на третий гудок слышу бодрый голос этой боевой старушки. – Как ваши дела?
– Здравствуй, Инночка. Потихоньку акклиматизируюсь вот на новом месте. – Вслед за детьми и внуками она прошлым летом перебралась в Сочи.
– Всё? Вы с концами перебрались на юга? – уточняю на всякий случай.
– Да, дорогая. Здоровье уже не то. Да и внуки здесь. А ты на терапию опять? Так, у меня есть для тебя чудесная девочка. Софья Михайловна. Она докторскую у вас на базе больницы защищает. – В голосе врача звучит искренняя заинтересованность. Последние два года именно она вела меня. Её очень расстраивало, что добиться каких-то существенных результатов в решение моей проблемы не получалось. А я, похоже, уже смирилась.
– Ну… Надо, конечно, но это не главное. Мне для девушки хорошей, освидетельствование пройти. Так, чтобы ни один суд не докопался. Подскажите специалиста?
– Ммм, – задумчиво тянет Татьяна Всеволодовна, замолкая на пару минут, – а давай-ка тогда к двум разным. Вот Софья Михайловна. Она и тебе может помочь, я думаю. Я ведь для тебя за последние два года сделала всё, что в моих силах. Нужен свежий взгляд. Так… в общем, вот к ней иди и сама, и с девочкой своей. Ещё вот. Сергей Константинович – спец именно по освидетельствованиям. Все контакты сейчас пришлю.
– О, спасибо большое! – искренне благодарю. Софью я не знаю, это кто-то из молодых да свежих, а вот Константинович знакомый персонаж. Он делает документы для судов уже много лет. – Нам надо, чтобы вот вообще без вопросов было.
– Ну чтоб вообще без вопросов, дай и мои контакты, я онлайн проконсультирую и курьером справочку пришлю. И к ребяткам, когда пойдёте, на меня ссылайтесь. Всё сделают в лучшем виде.
– Ох, Татьяна Всеволодовна, спасибо вам огромное!
– Не за что, дорогая моя. Ты сама тоже не откладывай. С Сонечкой у тебя все шансы получить прорыв.
– Вы так уговариваете, буду пробовать. – Улыбаюсь в трубку. Пожалуй, можно и попробовать ещё разок. Крайний.
Прощаюсь со своим бывшим психиатром и перекидываю все данные Маргарите.
– Я правильно понимаю, что ты вот сейчас мило щебетала по телефону с Багрицкой? – я киваю. – Той самой, у которой есть весь набор народных премий: и «Выбор пациентов», и «Призвание»? – опять киваю. – Той, которую по телевизору раз в полгода показывают? – и снова киваю. – Обалдеть.
Тихонько смеюсь. Ну не объяснять же всех моих тараканов. Прощаюсь с Маргаритой, которая пошла сдаваться к моей коллеге на консультацию. Сама же переодеваюсь и иду к своему железному коню. Скоро уже закрытие сезона, надо выбраться в выходные на турбазу. Там традиционная тусовка байкеров и просто любителей мотоциклов.
Еду домой и наслаждаюсь вечерним городом. На улицах уже горят фонари, образуя причудливый узор на дорожном полотне и автомобилях. Ветер пока ещё обнимает меня, а не пробирает до костей, как будет уже совсем скоро, как только температура упадёт ниже 5 градусов. Ловлю ритм мегаполиса, что сливается с двигателем моей Пчёлки. Воздух пахнет осенью и городом: сырость и кофе, опавшая листва и булочки из пекарни, смолистый запах елей из парков и аромат жареного мяса из ресторанов. Дорога петляет по улочкам центра, а я будто чувствую само сердце этого места, оставаясь при этом наедине с самой собой.
Глава 4
«Очень сложно искать работу мечты, когда твоя мечта – не работать».
Глава 4
Меня часто спрашивают, зачем мне помимо работы в кризисном центре, ещё и школа. А вот для этого, скажу я вам. Сижу, анализирую прекрасную методику по адаптации первоклассников в школе. Ничего такого. Детям всего лишь надо нарисовать «Школу зверей». Мы же, психологи, должны проанализировать отношение детей через рисунок. Как у них там всё в детском коллективе? Кого боятся? Кого любят? Слышат ли, что в школе говорят? Как настроение в целом?
И всё вроде бы шло отлично. Пока я не дошла до работ 1 «Б». Смотрю один рисунок, второй, третий и думаю, то ли там всё так плохо, то ли я пропустила какую-то локальную шутку. На всех детских рисунках у доски стоит страшная здоровая обезьяна. Сижу, туплю минут пять, а теперь вот ржу как припадочная. У классной руководительницы 1 «Б» фамилия Гориловская, ну и сама по себе она дама в теле. Вот и получили дети гориллу.
Вдруг короткий стук в дверь, и залетает та самая Гориловская. Смотрит на меня широко распахнутыми глазами и глубоко дышит. Как будто бегом бежала. Рот открывается, а слова сказать не может. Встаю, даю ей воды. Пьёт, ещё пару минут, дышит и выдаёт.
– Я…они…ты представляешь!?! – захлёбывается словами.
– Пока ничего не представляю, расскажешь? – учительница грузно падает на диванчик.
– Ты представляешь! Вызываю к доске решать примеры. Всё, как мы любим распечатанные облачка, нужно только ответы подписать. Выходит мой Кеша и давай пальцами по доске водить. То сводит их вместе, то разводит в стороны. Я ничего не понимаю. Спрашиваю, мол, что случилось. А он говорит, экран у вас глючит, изображение не увеличивает, заменить надо. Изображение! На зелёной доске у него не увеличивается!!!
Смотрит на меня возмущёнными глазами, а потом начинает смеяться. И я вместе с ней. Вот оно: поколение детей, выросшее на гаджетах.
– А они окно-справку над предметами не ищут, как в игре? – сквозь смех спрашиваю.
– Не зна-а-аю! – рыдает уже от смеха педагог. – Пойду спрошу, что ли!
Допивает воду, вытирает слёзы, благодарит и уходит. Ну вот, минутка психологической помощи учителю оказана. Мне остаётся только домучить кусок диагностики и отправиться терроризировать информатика.
Минут тридцать ещё рассматриваю рисунки детей, поражаясь их фантазии и не зашоренности мышления. Рисуя простых зверят, они видят истинную сущность многих вещей. Меня очень поразил рисунок девочки из 1 «А»: такие точные и уверенные линии, даже тени нарисованы местами, хотя времени у ребят было не очень много. Чувствуется, что девочка не только давно занимается рисованием, но и талант у неё есть. Зато её сосед однозначно не художник. С трудом понимаю, что на месте педагога у него собака, а ученики – овцы. Хм…образно. Смотрю на фамилию… А! Точно! У их семьи ферма за городом, там овец собаки охраняют. Очень наглядное сравнение.
В целом ребята в этом году молодцы, по итогам диагностики, скорее всего, будет только пара-тройка ребят со слабой адаптацией, но вечером анализ надо ещё доделать. Сейчас собираю вещи и мчу к информатику, терзать очередную партию старшеклассников. По пути меня ловит директор:
– Инна Вениаминовна, день добрый, на пару слов, – вежливо берёт за локоток и тянет в сторону канцелярии. Локоток аккуратно убираю, но послушно иду следом.
Директор у нас мужик видный: высокий, подкаченный, относительно молодой, не портит его брутальный образ ни абсолютно лысая голова, ни очки. Наоборот, придают какого-то мужского шарма. В первые недели его пребывания в должности в нашем женском коллективе такие страсти бушевали. Ух. Мне кажется, найдётся всего с десяток педагогов, кто не попробовал подкатить к нему. И это либо безнадёжно влюблённые, как Агния Борисовна, либо безнадёжно обиженные на мужиков, как Илона Геннадьевна, наш завуч. К концу первой четверти страсти, конечно, поутихли, но парочку ревнивых взглядов по пути в кабинет директора я на себе поймала.
– День добрый. – Здороваюсь с секретарём, абсолютно непрошибаемой тётенькой, которая работала ещё с ЗИЛ. Она молча кивает мне и продолжает терзать клавиатуру своим идеально алым маникюром. Проходим через приёмную в кабинет директора. Рассаживаемся. Вижу, что Дмитрий Егорович не спешит начинать разговор.