Лена Коваленко – неСчастливая дочь (страница 3)

– Маргарита Антоновна, расскажите всё с самого начала? Кто вы? Ваш муж? Как вы познакомились? – начнём с малого, пусть выговорится, а там ясно будет.

– У меня был договорной брак. Одиннадцать лет назад я… я закончила очередные свои отношения и полностью погрузилась в работу. У меня туристический бизнес и не только. Отели, дома отдыха и даже санатории. Этот бизнес достался мне по наследству от матери, а той, в свою очередь, от её отца. Семейное дело. Мой отец не был бизнесменом. Он был успешным политиком в Москве. Посмотрев, как я погружаюсь в работу, он надавил на меня с браком. Всё же мне было почти 35, семейному бизнесу нужен наследник… А я, как он выразился, показала себя несостоятельной в поисках спутника жизни.

– Если не секрет, то почему вы расстались с тем самым спутником? – ох уж эти отцы. Мастера в поиске спутников жизни для дочерей. А потом те вот, воют в кабинете у психолога.

– Вы не поверите, застала с другой! – горькая усмешка. – К счастью, детей у нас не было, и трахать их училок он не мог. Горничная в отеле. В общем, я не особо спорила с отцом. Он познакомил меня с Лукой. И я влюбилась. Лука старше меня на двадцать лет, сразу обозначил, что главная его цель – наследник. Объяснил, что слишком поздно задумался о потомстве, до этого молод был и глуп, а теперь время убегает и надо кому-то будет передать свои активы. Их цели совпали с отцом. А меня покорила его честность, элегантность ухаживаний: он каждое утро присылал нежные пионы с цитатами Мопассана, Рильке, Асадова, Фета. Приглашал на обед в лучшие рестораны. И ладно бы… этим меня не удивишь. Но он был так внимателен к деталям. Заказывал любимые блюда. Мы просто гуляли и не абы где, а в тех местечках Москву, что были мне особенно дороги.

Молодец какой мужик! Подготовился, напряг либо службу безопасности, либо частное сыскное. Узнал всё что надо о «жертве»: предпочтения, любимые места, слабые точки. Сомнений нет. Муж Маргариты – это Лука Григорян. Мой несостоявшийся жених и близкий приятель моего отца. Редкостный мудак, как правильно заметила Ася.

– У меня не было шанса устоять. – О да! Тебе его просто-напросто не оставили. – Я с радостью согласилась на брак и почти сразу забеременела. Всё было прекрасно. Беременность протекала легко, а я по-прежнему занималась бизнесом. Мой отец настоял на брачном договоре, по которому каждый остаётся при своих. Несмотря на влюблённость, я была с ним согласна и никогда не вникала в дела мужа, как и не грузила его своими. Дом был территорией вне работы.

Похоже, её отец был, действительно, опытным политиком. Подстраховался на все случаи жизни. Как только пропустил этого козла? Григорян же не сильно и скрывался? Или толково подчистил информацию перед выгодным браком? Это он мог.

– Первые проблемы начались после родов. Тигран… он внешне пошёл в меня. Говорят, что южная кровь очень сильная и у армянина не может быть голубоглазого блондина. – Вот это удар по его самолюбию. Официальный наследник и голубоглазый блондин. Даже при стопроцентной верности жены, это однозначно постоянный повод для подколок коллег и особенно конкурентов. – Я ещё не выписалась из роддома, а мой муж уже сделал тест ДНК. В пяти разных клиниках столицы. Все пять были положительные.

– И вы не обиделись? – насколько я знаю женскую психологию, половина женщин смертельно оскорбились бы такими тестами.

– Ну… на самом деле я его понимаю. Южные мужчины, кровь. – По лицу Маргариты всё же пробегает тень, не так легко ей далось это понимание, как она показывает.

– Но царапнуло? – спрашиваю открыто.

– О! Ещё как. Но после положительных результатов всё встало на свои места. Так прошло почти семь лет, Тиграше надо было идти в школу, и дальше как снежный ком. Смерть отца, проблемы в бизнесе. Развод. Вторую измену, на самом деле я не простила. Поняла, что списана в утиль, и начала готовиться к разводу. Конечно, услышать слова о том, что я… «старая фригидная сука» было очень обидно, но я к ним уже была морально готова. Ну и юридически тоже. Развод с состоявшимся юристом – это тот ещё квест. Повезло, что помогли знакомые отца, да и всеми документами по моему имуществу отец занимался до смерти. Мы расстались при своих. – Вот этому я не удивлена. Не знала близко Варовского, но сейчас, вспоминая всё, чему меня учили частные репетиторы на занятиях, понимаю, репутация у него была отличная. Наверняка он сделал всё, чтобы защитить свою дочь после своей смерти.

– И вот здесь начался ад. Тиграна выкрадывали из школы, похищали с кружков. Лука как-то раз месяц не давал нам общаться. А потом возвращал сына как ни в чём не бывало. Мы переехали из Москвы сюда. Благо мой бизнес позволяет работать почти из любой точки мира. В этом регионе одна из лучших статистик по детской безопасности. Да и дядя… Брат отца – губернатор области. Здесь я чувствую хоть немного безопасности. – Понятно теперь, откуда сверху растёт их крыша. В свете информации о её бывшем муже, это точно не лишняя перестраховка.

– Я не понимаю, что ему надо. – В голосе Маргариты вновь появляются истеричные нотки. – Он кричит, что Тигран – его единственный наследник и он должен его воспитывать. А потом привозит мне его посреди ночи и холодно припечатывает, что тащить безродного щенка не собирается. Он то кричит и выходит из себя, то извиняется и шлёт подарки, потом обдаёт холодом, и я никогда не знаю, какой Лука со мной говорит сегодня. Каждый раз как с нуля. Удивляется, когда я предъявляю ему его же слова. Мол, не было ничего. И сына он не крадёт, а просто забирает повидаться. Мне кажется, у него что-то не так с психикой.

Зато я, кажется, понимаю, что ему надо. И с психикой у него очень хорошо всё.

– Прошу прощение за моё любопытство, но вашего бывшего мужа зовут Лука Давидович Григорян? – всё же уточняю. Догадки-догадками, а точки на «ё» надо поставить.

– Да, после развода я дала Тиграну свою фамилию, а сама из-за бизнеса даже в браке не меняла.

Несколько минут царит тишина, я перевариваю новости и пытаюсь понять, а надо ли вот мне оно? Ввязываться в семейные дрязги? Но…ведь на её месте могла оказаться я? И вряд ли мой отец был бы столь щепетилен в попытках защитить меня?

– Маргарита, можно без отчества? – ладно, вскрываем карты.

– Да, конечно, вы знаете о моей жизни теперь больше, чем самая близкая подруга, – горько усмехается моя собеседница.

– Понимаете в чём дело, ваш муж обманывал вас все десять лет брака. – сама морщусь от своих слов. Отвратительное чувство, быть гонцом худых новостей.

– В смысле? – удивление на лице выдают только ярко вспыхнувшие глаза. Всё-таки она опытный бизнесмен, к тому же роскошная женщина, что бережёт свою внешность и не позволяет появляться лишним морщинкам.

– Не знаю, знаете ли вы, но ваш отец точно должен был знать моего. Вениамин Асташев, вам говорит что-то это имя? – спрашиваю, будто в прорубь ныряю. Не люблю вспоминать свою семью.

– Асташев…Асташев… – женщина всё же нахмурила брови, пытаясь вспомнить. – Золотой король?

Киваю, не в силах открыть рот. Золотой король, именно так при жизни часто звали отца. Человек, который после распада СССР сумел вернуть себе ещё дореволюционную золотодобывающую собственность. Род Асташевых древний дворянский род, который чуть ли не со времён освоения Сибири занимался добычей и первичной обработкой золота. Отец сумел вернуть всё, что было национализировано, и приумножил это.

– Он ведь умер с семьёй десять лет назад? – лицо Маргариты выражает глубокую задумчивость.

– Не совсем так, в живых осталась младшая дочь – я. Но сейчас не об этом. Лука Давидович был юристом моего отца, а заодно и близким другом. – Набираю побольше воздуха в грудь. Сколько бы я ни работала с психиатрами, всё равно воспоминания о семье для меня болезненны. – В какой-то момент отец даже задумывался о нашем браке. Но, к счастью, решил, что разница в тридцать два года слишком большая. Очевидно, в тот момент Лука Давидович продолжил поиски спутницы жизни и договорился с вашим батюшкой.

– Эм… возможно. Ни отец, ни муж не скрывали, что активно участвовали в «брачном бизнесе», пока договорились между собой. – Увы, таков мир богатых наследниц. Рано или поздно ты будешь продана на выгодных условиях. – Не очень понимаю, к чему вы?

– Дело в том, что ваш бывший муж был вхож в наш дом. А у моего отца была проблема с зачатием наследника. В официальном браке у него родилось две дочери: я и моя старшая сестра Алиса, после этого мама не могла родить. Папе… папе же необходим был именно наследник. Мальчик. Попытки получить наследника он не прекратил и завёл любовниц. Но мальчик не получался. Он активно обсуждал эту проблему с Лукой Давидовичем. В детстве и юности я не раз слушала эти беседы. Так вот, Лука всегда хвастался, что у него каждый второй отпрыск – пацан, и нужно просто больше попыток. Незадолго до моего сватовства и, следовательно, вашего тоже, у нас был загородный праздник, куда Григорян привёз трёх своих сыновей. Все они были от разных женщин, но все носили его фамилию и были вписаны в завещание.

– Вы… Вы шутите. – Лицо собеседницы становится белее мела, и я поспешно предлагаю ей воду. – Такого быть не может! Он клялся! Клялся мне, что сын – единственный наследник.