Лена Харт – Рыжий приз для мажора (страница 1)

Рыжий приз для мажора

Пролог

Вера

Стрелки часов показывают половину седьмого, когда я, как зомби, плетусь по коридору к душевым. Ночь выдалась бессонной: соседи шумели до трёх, а мысли о завтрашнем дне в кафе крутились в голове бесконечной каруселью. Завтра зарплата, и я смогу отправить деньги домой для Никиного лечения. Эта мысль единственное, что заставляет меня двигаться вперёд.

Сумка с рабочей формой тяжело болтается на плече, волосы растрепались после беспокойного сна на продавленной подушке. В треснутом зеркале над ржавым умывальником на меня смотрит девушка с тёмными кругами под глазами и бледными щеками. Отлично. Именно такой вид мне нужен для встречи с посетителями.

Толкаю дверь в женскую половину душевой и направляюсь к кабинке номер три, моей любимой, крайней у окна. Поворачиваю кран, и из лейки вырывается ледяная струя. Опять. Отдёргиваю руку, ругаясь про себя. Горячей воды нет уже третий день подряд. Зинаида Петровна обещала разобраться с коммунальщиками, но воз и ныне там.

Из мужской половины душевой доносится возмущённый вопль:

— Какого чёрта здесь творится?! Это же полный бред!

Голос незнакомый, но интонации до боли знакомые: именно так кричат люди, которые привыкли, что их проблемы решаются по щелчку пальцев.

— Это издевательство! — продолжает неизвестный театрально, словно читает монолог из плохой пьесы. — Я плачу за проживание, а получаю арктический душ!

Смех рвётся из груди помимо моей воли. Плачу за проживание! В общежитии! Видимо, вчерашний новенький мажор. Судя по слухам, тот самый, что с чемоданами Луи Виттон и презрительной миной въехал в четырнадцатую комнату.

— Может, стоит познакомиться с реальностью? — начинаю, небрежно опираясь на дверь. — Здесь не пятизвёздочный отель, а самая обычная...

Дверь подаётся под весом моего тела, и время словно растягивается, как мёд.

Сначала теряется опора: ноги скользят по мокрой плитке. Рука инстинктивно выбрасывается вперёд, пытаясь схватиться за дверной косяк, но пальцы встречают только влажный воздух. Сумка с формой соскальзывает с плеча и с глухим стуком падает на пол.

Тело подаётся вперёд против моей воли.

Падаю прямо на него.

Первое, что я чувствую, это тепло. Невероятное тепло мокрой мужской кожи под ладонями. Его грудь твёрдая и широкая, покрытая мелкими каплями воды, которые тут же пропитывают мою майку. Мышцы под моими руками напрягаются от неожиданности.

Второе — его запах. Не дешёвое мыло из масмаркета, а что-то дорогое и тонкое. Морской бриз, кедр и едва уловимый след парфюма, который стоит как моя стипендия за семестр.

Его руки рефлекторно обхватывают меня за талию, удерживая от полного падения. Сильные пальцы впиваются в ткань майки, и от этого прикосновения по коже пробегает волна жара.

Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом.

Карие глаза с длинными ресницами. Сначала в них мелькает удивление, потом что-то другое: темнее, опаснее. Взгляд медленно скользит по моему лицу, задерживается на приоткрытых губах, спускается ниже, туда, где мокрая майка прилипла к коже.

Между нами всего несколько сантиметров. Его дыхание обжигает щёку. Капли воды с его волос падают мне на лоб.

В груди что-то сжимается в тугой, горячий узел. Сердце колотится так бешено, что я боюсь, как бы он не услышал каждый удар.

Его губы медленно изгибаются в полуулыбке, и я понимаю, что он чувствует то же самое. Видит, как меняется моё дыхание. Замечает, как расширяются зрачки.

Воздух между нами электрический, наполненный каким-то первобытным напряжением.

Его большой палец почти незаметно поглаживает мою спину через ткань, и от этого прикосновения внутри всё переворачивается.

Одна предательская секунда, и я представляю, каково это: прижаться к нему ещё ближе. Почувствовать всё тепло его тела. Позволить этим сильным рукам...

Нет. НЕТ.

Отталкиваюсь от него резким движением, отступая к двери.

— Научись запирать дверь, мажор! — выпаливаю, но голос звучит не так уверенно, как хотелось бы. В нём слышится лёгкая дрожь.

— Научись стучать, Огонёк, — неторопливо отвечает он, и в его низком голосе слышится что-то игривое, почти ласковое.

Огонёк? Откуда это прозвище? И почему от того, как он его произносит низким бархатным голосом, по спине пробегают мурашки?

Вываливаюсь из душевой, плотно закрывая за собой дверь.

Прислоняюсь к холодной стене коридора и глубоко дышу, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Руки дрожат от адреналина. Что за черт? Я же не какая-то школьница, которая теряет голову при виде голого парня. Ну, ладно, красивого голого парня.

Но этот… этот был особенным.

В его взгляде читалось что-то, от чего становилось жарко и одновременно страшно. Что-то хищное и одновременно притягательное. И эта улыбка такая, словно он знает секрет, которым не собирается делиться.

А ещё эти его руки на моей талии. Сильные, уверенные, но удивительно нежные. От их прикосновения внутри всё до сих пор дрожит мелкой дрожью.

Тряхнув головой, пытаюсь прогнать опасные мысли. Обычный мажор, каких в университете пруд пруди. Через неделю он сбежит отсюда обратно в свой золотой мир, где горячая вода течёт круглосуточно, а прислуга стелет свежие полотенца. Туда ему и дорога.

Но когда иду к себе в комнату, в ушах всё ещё звучит его низкий голос: "Огонёк".

Глава 1

Максим

Двумя днями ранее

Ещё одно вирусное видео про «бедных студентиков» взрывает интернет. Девчонка с заплаканными глазами рассказывает, как экономит на кофе, чтобы купить учебники. Миллион просмотров за шесть часов. Усмехаюсь и включаю камеру.

Роскошный пентхаус на Мосфильмовской отражается в экране телефона как декорация к моей жизни. Мраморный пол, панорамные окна, вид на Москву-реку попадают в кадр, когда я направляю камеру на себя.

— Серьёзно, народ? — обращаюсь к подписчикам, качая головой. — Рыдает из-за кофе за триста рублей? Я столько оставляю на чай бариста, не задумываясь.

Комментарии взрываются. «Макс жжёт как всегда», «Богатенький Буратино», «А ты попробуй на стипендию прожить». Каждый комментарий означает ещё один просмотр и ещё один рубль рекламных доходов. Алгоритмы обожают споры.

Откидываюсь на белоснежный диван стоимостью с небольшую квартирку где-нибудь на окраине цивилизации и смотрю на друзей. Милана, как всегда, вытягивает губы уточкой для очередного селфи. Дима листает ленту, изредка фыркая от смеха. А Игорь... Игорь смотрит на меня каким-то странным взглядом.

— Знаете, что меня убивает в этих людях? — продолжаю, наливая себе Эвиан без газа. Не удивлюсь, если эта бутылка стоит как их полугодовая стипендия. — Они тратят время на слёзы вместо поиска решений. Хочешь денег? Найди работу. Хочешь работу? Используй связи. Элементарно.

— А если связей нет? — Игорь отрывается от телефона.

В его голосе звучит что-то новое. Не обычная зависть к моему успеху, а что-то более острое. Поднимаю бровь, изучая друга детства. Мы знакомы с песочницы, потому что наши папы вместе строили половину Москвы. Но в последнее время Игорь стал каким-то... колючим.

— Тогда их создают, — отвечаю, отпивая водичку. — Харизма, образование, стратегическое мышление. У меня всё это есть.

— Есть? — Игорь поднимается с дивана, подходит ближе. — Или всё это купили папины деньги?

Остальные замолкают. Дима даже перестаёт листать Тик-ток. Милана замирает с телефоном в руках, видимо, понимая, что назревает что-то более интересное, чем её губы.

— Что ты хочешь этим сказать? — Медленно ставлю стакан на столик. Хрусталь звенит о мрамор.

— Я хочу предложить тебе пари.

Слово повисает в воздухе как дорогой парфюм. Игорь произносит его так торжественно, словно объявляет войну. В его глазах горят такие огоньки, что сразу становится понятно: он готовился к этому моменту.

— Какое пари? — Интерес пробуждается во мне, как хищник, почуявший добычу.

— Месяц в обычной студенческой общаге. — Игорь расхаживает по гостиной, как адвокат перед присяжными. — Без поддержки семьи. Без папиных кредиток. Без связей и покровительства. Только то, что сможешь заработать собственными руками.

Дима тихо присвистывает. Милана роняет телефон на диван, поскольку её инстинкт контент-мейкера чует сенсацию.

— И что я получу, когда выиграю? — Улыбаюсь самой самоуверенной улыбкой в своём арсенале.

— Мой новый МакЛарен 720С Спайдер. — Игорь достаёт ключи и кладёт их на стол. — Тот самый, красный, который приезжает на следующей неделе.

Сердце пропускает удар. Эта машина была моей мечтой на протяжении последних двух лет. Я умолял отца купить точно такую же, но он сказал «дождись выпуска из университета». А тут она лежит передо мной в виде ключей с логотипом в форме мчащегося болида.

— А если проиграю? — Голос звучит спокойно, но ладони вдруг становятся влажными.

— Публичные извинения, — Игорь усмехается, и в этой усмешке столько яда, что можно отравить небольшой город. — Во всех соцсетях. Перед каждым студентом, которого ты когда-либо высмеял. Плюс десять миллионов рублей в студенческий фонд взаимопомощи.

Десять миллионов. Серьёзная сумма даже для меня. Папа, конечно, не разорится, но вопросов будет много. И неприятных.