Леля Немичева – Доказательство противоестественной магии (страница 16)

Ветки, сложенные для костра, остались целыми и невредимыми.

– …

Все молча посмотрели на пылающее дерево, затем на нетронутые ветки, затем на Литву.

– Ну, теперь хоть тепло, – философски заметила Слива, посматривая на пламя, которое теперь пылало в трех метрах от них. – Можно греться.

– А костра-то так и нет, – разочарованно вздохнула Найда, тыча пальцем в бесполезную кучку хвороста.

– Зато дерево горит красиво, – добавила Молчаниха, любуясь огнем. – Цвета насыщенные.

– Может, попробуешь сказать «костер»? – предложила Немец, уже доставая еду и явно настраиваясь на холодный завтрак.

– КОСТЕР! – Литва рявкнула во все горло.

Ничего. Пламя на дереве весело потрескивало.

– ЖРАТЬ ХОЧУ! – крикнула она снова, уже от отчаяния.

Еще одно дерево, стоящее поодаль, вспыхнуло, как спичка.

– …

Повисло тяжелое молчание.

– Ладно, будем есть холодное, – решительно заявила Слива, смиряясь с судьбой. – Пока весь лес не спалили.

– Подождите, надо потушить огонь, а то и правда весь лес сгорит! – Найда вскочила с места, переполненная благородными порывами и забыв о собственной магии.

– СТОЙ! – все завопили хором, протягивая к ней руки, но было поздно…

– ВОДЫ! – воскликнула она с энтузиазмом.

Деревья продолжали уверенно полыхать, зато все стоящие вокруг мгновенно стали мокрыми с головы до ног, а припасы промокли насквозь.

– Холодное. И мокрое, – Слива с горькой усмешкой вздохнула, разглядывая свой кусок хлеба, который теперь напоминал мокрую, раскисшую губку для мытья посуды. – Вот такой у нас завтрак. Питательный и… освежающий.

Они перешли на сухой участок земли и, наблюдая за догорающими деревьями, и принялись завтракать.

– Слушай, Гера, а чего ты поселился рядом с этим ужасом, этим демоном? – спросила Слива с видом опытного следователя, ведущего допрос. – Неужели нельзя было найти местечко поуютнее? Без риска быть съеденным заживо?

– Это еще прадед мой построил башню, спасаясь от карточных долгов, – Гера пожал плечами, смотря на огонь с легкой ностальгией. – А что? Удобно – только наша семья знала дневной узкий проход через эту территорию. Никто не суется. Тишина, покой… До вашего прибытия.

– Карточный долг? – Литва подняла бровь, ее взгляд выражал глубочайшее презрение к такой слабости. – Серьезно?

– Ну да. Есть у нас такая… семейная слабость, – маг смущенно махнул рукой, словно говорил о безобидном хобби вроде коллекционирования марок или разведения кактусов. – Передается по наследству.

– Отлично! – Литва резко хлопнула ладонью по колену, отчего все вздрогнули. – Мало того, что мы сами не пойми кто, так нам еще достался маг без магии! Он же черный колдун, он же пьяница, вор, мошенник и игрок! Набор качеств – просто для памятника на центральной площади!

– Еще и бабник, – насмешливо добавила Найда, с притворным умилением склонив голову набок.

– А вот это уже не про меня! – Гера возмущенно поднял палец, пытаясь сохранить остатки достоинства. – В этом замечен не был.

– Ну почему? Ты вот один, а вокруг тебя аж пять женщин, – Найда продолжила с фальшивой невинностью. – Целый гарем. Пусть и не совсем добровольный.

– Точнее, он многоженец, – подхватила Немец, с аппетитом разжевывая сырую колбасу. – Посуди сам: мы живем с тобой в одном месте, ты нас кормишь, выслушиваешь наши истерики и терпишь косяки, мы вместе путешествуем, с тобой связаны незримыми узами. И тебе деваться некуда… И ни одна, заметь, с тобой не спит. Ибо мы всегда уставшие, измученные и жизнью, и тобой. Классический ты наш муж. Советской закалки.

У Геры начал дергаться глаз. Видно было, как по его лицу ползут судороги.

– А как у вас наказывают за многоженство? – Слива вкрадчиво наклонилась к нему, сверкнув глазами. – Сажают? Или сразу в костер? Или, может, заставляют жениться на всех официально и платить денежное пособие пятерым?

– Да нет его у нас!!! – Гера взорвался, вскочив на ноги. Его трясло. – Это вы все придумали! Я не многоженец! Я… я… несчастная жертва обстоятельств!

– Вот это даа!!! Под тебя одного еще одну статью придется вписывать в законодательство этого мира, – Слива с наигранным сожалением всплеснула руками. – Как доберемся до вашего правительства – я лично донесу на тебя. Пусть знают, какой у них тут «образцовый» маг завелся.

Гера пошатнулся. Лицо его стало землистым. Ноги подкосились.

– Только в обморок не падай! – Найда ловко подхватила его за рукав. – Я тебя за эти три дня лечила чаще, чем своего мужа за 35 лет совместной жизни! Надоело уже!

Гера не упал.

Гера медленно опустился обратно на землю, бормоча что-то невнятное про «несправедливость мироздания», «клевету» и «где моя бутылка».

Глава 9

– Послушайте, а как мы все-таки будем возвращать утраченные части артефакта, если у нас нет денег? Пора бы уже что-то думать, – Молчаниха вернула всех в суровую реальность, потрясая своим любимым камнем, как дирижерской палочкой.

Все замолчали, обдумывая ситуацию. Воздух наполнился тихим скрипом мозгов, работающих на износ.

– Как ты там говорил, колдун… – Литва медленно начала, и ее взгляд загорелся хитрым огнем. – «Многие века из замка не выходил ни один живой человек»? То есть, если покойный барон не был разорен в хлам, там должно что-то быть припрятано! Сундуки, золотишко, фамильные драгоценности…

– То есть… не хочешь ли ты, мой друг Горацио, мне сказать, что у нас намечаются археологические раскопки? – Немец оживилась в предвкушении не столько науки, сколько легкой наживы. – Я всегда мечтала покопаться в чужом прошлом! Особенно, если оно блестит.

– А это не грабеж? – спросила Молчаниха, нахмурив свой маленький лобик. – Мы же цивилизованные… ну, вроде как… люди.

– Нет-нет, это научная экспедиция, – Слива подняла палец с видом профессора, читающего лекцию. – Мы просто изучаем культурное наследие утраченной династии… и аккуратно изымаем его из неправильных рук. Во благо науки! И нашего спасения, конечно.

– Из рук мертвых, – практично уточнила Найда, – которые уже ничего не почувствуют.

– Которые все равно им не воспользуются, – добавила Литва, скрестив руки на груди. – Лежит себе золотишко без дела, пылится. Непорядок.

– И если мы этого не сделаем, то, когда все узнают, что демона больше нет, сюда хлынут толпы черных кладоискателей, – с видом благородного спасителя артефактов заключила Немец. – Они все разграбят, переломают, ничего не поймут в исторической ценности! Мы же спасем наследие! Для будущих поколений! И для себя. Совсем немного.

Молчаниха посмотрела на них, потом на небо (как бы ища там поддержки), потом снова на них. На ее лице отразилась внутренняя борьба.

– Мы все ужасные люди – тихо и с полной уверенностью констатировала она.

– Зато целеустремленные, – гордо, с легкой ухмылкой сказала Слива.

– Насчет тебя – ты не идешь! – Гера вскочил, резко указывая пальцем на Сливу, словно объявлял ей карантин по чуме. Его лицо было серьезным, даже суровым.

– Почему это?! – Слива возмущенно уперла руки в боки, ее эльфийские уши задрожали от негодования. – Я тоже хочу приключений! И… культурного обмена!

– Как бы вам объяснить? – Гера провел рукой по лицу, собираясь с мыслями. – Город Хельмаг находится на перекрестке дорог. Так вот, этот город… как бы негласно… имеет название «Город Грехов». Там можно достать все, развлечься как душе твоей угодно. Ну и… естественно, там частенько пропадают люди. А так как власть города все-таки старается пресечь откровенные преступления и убийства на улицах, чаще всего «несчастных» просто вывозили за город и бросали демону-невесте. Нет тела – нет дела, – он многозначительно посмотрел на них, давая словам проникнуть в сознание. – Представляете, сколько там накопилось костей мертвых за столетия? Целое море.

Все представили.

Горы желтоватых костей, сложенных в подвалах и катакомбах.

Черепа, смотрящие пустыми глазницами.

Потом все посмотрели на Сливу.

Потом снова представили, но теперь уже море костей, которое медленно поднимается, шевелится, превращаясь в орду голодных зомби под ее руководством.

– Так… ты сторожишь магмобиль, – тоном, не терпящим возражений, заявила Литва, хлопнув Сливу по плечу, – это стратегически важный объект. Ответственная миссия.

– Русалку тоже не берем, – добавил Гера, избегая смотреть на Найду. Все удивленно на него уставились – там придется лазить в подвалы, старым катакомбам. Темно, сыро, полно паутины… Она может случайно утопить нас в первом же пролазе.

– Так, ты сторожишь Сливу, – приказала Литва, переведя взгляд на Найду, – смотри за ней в оба. Не своди глаз.

Найда вопросительно посмотрела на нее, не понимая.

– Если ты увидишь, что она попытается поднять что-то похожее на кость, интересную палочку или просто камушек, который ей приглянулся… – Литва вздохнула, представляя масштабы катастрофы. – Заливай ее водой. Сразу. Не раздумывая. Лучше десять раз перебдеть.

– Мне, конечно, жалко нашу крысу-зомби… – добавила она тише. – Но ехать с полным мертвым зоопарком на капоте я не хочу. Колдун ясно сказал – нам нельзя светиться. А орда восставших мертвецов – это, по-моему, самое яркое свечение, какое только можно представить.

С высоты кургана открылся вид на то, что когда-то было гордым баронским замком, а теперь напоминало скелет исполинского зверя, растянутый на холме. Каменные ребра стен торчали из земли, а пустые глазницы окон смотрели в небо с немым укором.