Лаура Аурен – Наслаждайся, завтра будет хуже (страница 2)

Ваня берёт стопку дисков, хватает Барсика и плюхается вместе с ним на потрёпанный диван, а затем, начинает находить нужный диск. Я хожу из комнаты в комнату и ищу, во что можно переодеться.

– Сейчас бы пивка и орешков, – мечтательно говорит Иван, держа в руке диск с изображением «Титаника».

– Завтра в школу, гений. Не особо приятно с похмельем ходить по ней.

– Да ла-а-дно тебе, – наплевательски протягивает он. –Поспорим, ты бы сейчас тоже не отказалась от возможности напиться.

– А я и не отрицаю, – натягивая свитер, отвечаю я. – Но давай сегодня, просто, без ненужных последствий, посмотрим фильм.

Растрогаться посреди фильма – это я умею. Пока Ваня сидит на диване в обнимку с котом, я два раза успеваю незаметно вытереть накатившиеся слёзы. Весь фильм мы сидим почти молча.

Спустя три часа кино заканчивается, и «Титаник» в очередной раз погружается на дно океана. Я усталым взглядом смотрю за окно: сплошная темнота. Ване бы уже пора домой пойти.

– Ох-х, как же я устал, – потягиваясь, говорит Иван. Барсик неохотно спрыгивает с него и медленно ползёт на кухню.

– Ну что, как ты теперь себя чувствуешь?

– Нормально.

– Ну, если так, то тогда я могу оставить тебя одну?

– Да, пожалуй. Спасибо, что посидел со мной.

– Ой, не благодари, – отмахивается он.

Я поднимаюсь с кресла и медленно направляюсь в прихожую, чтобы надеть куртку. Ваня следует моему примеру, а затем, мы выходим во двор.

– Пока, Лина, завтра увидимся, – говорит Ваня и закрывает металлические ворота. Они противно скрипят, а затем, я слышу отдаляющиеся шаги Ивана. Мне становится тревожно оставаться наедине с собой.

Я медленно плетусь по двору к старой деревянной скамейке, стоящей под навесом вместе с ржавеющим мотоциклом отца, где мы и курили с Ваней. И теперь, в кромешной темноте, медленно тлеет сигарета, любезно одолженная Иваном. Неторопливо впускаю в себя дым, сидя на скамье. Мне не о чем подумать, нечего предпринимать. Всё закончилось так быстро, так не справедливо. В этой хладной ночи меня оставили совершенно одну, пустую и подавленную.

15 октября

Наша история закончилась, но жизнь на этом не останавливается. Дни перерастают в недели, осень плавно сменяет зима. Белые хлопья снега кружатся над головами усталых школьников, понемногу разбавляя серость будней. Я натягиваю капюшон черной куртки, тем самым защищаясь от липких снежинок. Меня всё угнетает: погода, учёба, окружение, а главное – всепоглощающее депрессивное настроение.

Оно наступило на следующий день после того случая в Красном. У меня резко пропало желание пить, есть, разговаривать, а затем и жить. Ваня всё это время всячески пытался поддержать меня. Но какие слова он должен произнести, чтобы вернуть меня к полноценной жизни? Что я должна сделать, чтобы… забыть Дениса?

Вчера кто-то украл мою спортивную форму. Ни футболки, ни штанов в раздевалке я не нашла. Обыскала гардеробную, спортзал, коридор и кабинеты – формы нигде нет. Не трудно догадаться, что это сделали Наташа и её свита. Одноклассницы объединились против меня и пытаются всячески задеть за живое. Вопреки просьбы Наташи не разглашать наш диалог, она, судя по всему, решила собственноручно нарушить данные слова. Теперь каждая блоха в нашей небольшой школе знает о произошедшем, и некоторые особы решили воспользоваться моей уязвимостью. «Почему бы и не поиздеваться над слабой? Она же всё равно ничего не сделает», – полагаю, так думает каждая из Наташиной свиты. Как ни больно признавать, но они правы: сделать я ничего не могу. Их много, а я одна. Учителей втягивать в это не собираюсь, а Ваню – подавно.

Я торопливо иду домой, чтобы скорее укрыться от снегопада, да и вообще от всего мира. Видеть никого не желаю. Всё просто бесит.

Прохожу мимо веселящихся первоклашек, закидывающих друг друга снежками. Кто-то из школьников идёт домой, кто-то болтает с друзьями. Их счастливые крики, улыбки на лицах кажутся такими отдалёнными. Будто бы радость посещает всех, кроме меня.

Вдруг ощущаю несильный толчок в плечо и тут же слышу до боли знакомый голос, произносящий моё имя:

– Лина, подожди!

Мне хватает доли секунды, чтобы узнать его. Это Денис. Это его голос. Я испуганно поворачиваю голову назад, так и застыв на месте. Снежок, что он кинул, теперь, рассыпавшись, лежит рядом с ногами. Дэн уверенным шагом идёт в мою сторону. Без тени сомнения: он окликнул именно меня. Кого же ещё?

«Что… он хочет?» – наивно спрашиваю себя. За месяц я не услышала от него ни единого слова.

– Привет, – нежно произносит он, будто его девушкой являюсь я, а не Наташа.

– …Привет, – покорно отвечаю я.

Его винно-карие глаза слишком по-доброму смотрят на меня, и избежать этого взгляда я просто не в состоянии.

– Идёшь домой?

– Иду, – тихо отвечаю я и опускаю взгляд.

Внутри всё так и кипит. Его голос всегда так сильно очаровывает меня.

«Лина, очнись! – мысленно отрезвляю себя. – Денис отшил тебя два месяца назад, даже не фантазируй, что он хочет бросить Наташу!» Стиснув зубы и собрав волю в кулак, я, как можно настороженнее, спрашиваю его:

– Что ты хочешь?

– Поговорить. Я не понимаю, почему ты стала избегать меня? Мы уже очень давно не общаемся.

Его выражение лица взволнованно, нет той теплой улыбки, которую я всегда обожала, обожаю, и буду обожать.

– И ты только сейчас решил спросить меня об этом? –сбившись с толку, спрашиваю я. – Мне ещё в сентябре Наташа объяснила, что боится, типа я могу помешать вашим отношениям! Поэтому смотри: я вам не мешаю.

– Сначала я думал так же, – признаётся он, смотря на мимо проходящих учеников, которых явно привлекает наш разговор. – Но… слушай, пойдём, прогуляемся до стадиона, я там все объясню.

Ну и как я могу отказать ему?

– Хорошо. Пошли, – отрывисто говорю я и сворачиваю на тропинку, ведущую на стадион.

Могу предположить, что он хочет продолжить общаться со мной. «Между нами только дружба», – всплывают в голове однажды сказанные им слова. Сейчас он идёт рядом, едва касаясь моего плеча своим, и этот краткий миг хочется растянуть на целую вечность. Но реальность жестока. Я не получила от него любви – он не дождётся от меня дружбы.

Я стараюсь изо всех сил подавить кипящие чувства и запереть их на замок.

Денис левой рукой хватает снег, а затем начинает придавать ему форму шара. Кинув его в школьный забор, Дэн поворачивается лицом в мою сторону и неожиданно спрашивает:

– Ты всё ещё куришь?

– А разве собиралась бросать? – удивлённо спрашиваю я.

– Бросай. Ты же всего пару месяцев назад начала курить, почему? Тебе же ещё детей рожать, – внимательно смотря на меня, говорит он.

– Отлично. Давай обсудим моё будущее. Это же так важно сейчас, – немного раздражённо отвечаю я. – Почему курить начала – это вообще не твоё дело.

– Вот именно, что моё. Серьёзно: подумай о своём будущем, – говорит он и опускается на скамейку.

Я сажусь рядом и ставлю между нами чёрный рюкзак.

– Так, что ты хочешь? – вопросительно уставившись на него, произношу я.

– Хочу, чтобы ты была счастлива.

Одна из лучших черт Дениса – его доброта. Он заботиться о каждом, кто нуждается в этом. Но мне его эмпатия ни к чему.

– Денис, – я делаю паузу, чтобы подобрать нужные слова. – К чему всё это? Ты хочешь помочь мне? Хочешь, чтобы я чувствовала себя счастливой? Да у меня и так всё замечательно! Я потеряла лучшую подругу, стала предметом издёвок в классе, причём благодаря твоей Наташе. Всё просто отлично!

– Кто над тобой издевается? – спрашивает он, доставая сигареты из кармана куртки.

– А, нет, постой. Мне ты курить запрещаешь, а сам? – показывая указательным пальцем на пачку, возмущенно произношу я.

– Ты ведь меня не слушаешь. А если бросишь, тогда я тоже последую твоему примеру, – спокойно отвечает он и подносит зажигалку к сигарете. – Так кто же над тобой издевается?

– Одноклассницы, – выпаливаю я. – Мало того, что они меня унижают, так ещё и спортивную форму умудрились украсть!

– Хочешь сказать, Натали (Денис только так её и называет) тоже участвует в этом?

– Да, – без тени сомнения отвечаю я и достаю свои сигареты. – Наташе нравиться причинять мне боль. Поверь: кроме того, как быть твоей девушкой, она ещё и являлась моей подругой. И я, как никто другой, знаю, на что она способна, – нервно закуриваю.

– Почему бы вам не поговорить? – непоколебимо спрашивает он.

– Денис, – моё терпение кончается. – Разговоры здесь ни к чему: всё и так понятно. Нам с Наташей уже не по пути.

– …Жаль, что ты так думаешь, – в его глазах читается неподдельная грусть. – Мне нравится с тобой общаться, ты забавная девчонка. Я сегодня же поговорю с Наташей, чтобы твои одноклассницы больше не причиняли вреда и вернули спортивную форму.

– Ну.. удачи, – говорю я и встаю со скамьи.

Недокуренная сигарета падает в снег, тут же с шипением затухая. Я беру свой рюкзак, снимаю капюшон и, отвернувшись от Дениса, произношу:

– Мы больше не будем друзьями. Пока.