Лариса Володина – Яблоко для дьявола (страница 32)

– Он пойдет со мной, – добавила я, но существо уже исчезло.

Я подумала, что оно спустилось вниз, но никого не увидела в золотом зале.

– Ты не туда смотришь, – отозвался мой спутник странным голосом. – Посмотри вверх.

Я подняла глаза. Опираясь о кончик хвоста, во всю длину тонкого тела вытянулась, словно струна, большая черная змея. Ее золотая и непропорционально огромная голова возвышалась метрах в пяти над нами.

– Аспид, – я, как будто, знала это всегда.

– Мы не называем себя так, – заговорил аспид без тени угодливости. – Мы зовемся «пламенные головы».

– Вы демоны?

– Высшего уровня, высшего уровня, – ответил аспид надменно и раскрыл пасть.

Зубы были не золотыми, а черными, как и его глаза.

И тут мой спутник снял плащ.

– Одень, – обратился он ко мне. – Прошу тебя.

– Но я не хочу.

– Одень и не снимай его, пока не покинешь этого места. Обещай мне.

– Ну, хорошо.

Пока я возилась с застежкой, произошло нечто странное. Сначала у моего лица появилась шипящая золотая голова, затем аспид вдруг резко дернулся и исчез.

Я обернулась. Рядом со мной на кончике хвоста раскачивался черный, как ночь, огромный змей. Он походил на Перышко как дальний родственник. Первое, что я почувствовала, это восхищение. Большое сильное тело покрывал ярко-изумрудный узор невероятной красоты. На плоской голове, совершенной в своей форме и ужасающей силе, горели рубиновым огнем глаза. Змей был прекрасен и силен. И в то же время в нем чувствовались какая-то нежность, изысканная грация и глубокая насмешка. Казалось, он наслаждался зрелищем ужаса и злобы, охватившего аспида.

Они молчали, раскачиваясь на хвостах, игнорируя силу давления, столь высокую в аду, змеи, объединенные только названием, такие разные, такие далекие.

– Ты распорядитель в этом городе? – спросила я аспида, глядя на него снизу вверх.

Удерживаемый взглядом рубиновых глаз, он запричитал без всякого высокомерия.

– Я старший в этом городе, моя прекрасная госпожа, и я проведу вас к Господину, который скоро прибудет, туда, где вы сможете подождать его.

– Я хочу сначала осмотреть город.

Аспид дернулся, но не смог отвести взгляда.

– Город слишком необычен, моя прекрасная госпожа. Он не понравится вам.

– Разумеется, он не понравится, – вмешался змей, и его глаза блеснули. – Как может понравится мерзость, которую вы здесь прячете.

Разве ты не слышал, что тебе сказали? Проведи нас через дверь, ведущую в город, и будь нам проводником.

Он перестал смотреть на аспида, тот рухнул на пол и пополз к маленькой двери, спрятанной за нижней золотой ступенью.

– Забирайся на меня, – сказал змей, повернувшись ко мне. – На голову.

Он опустился, я прошла по теплому упругому телу и умостилась на плоской голове. Аспид уже исчез за дверью, мы проскользнули следом – и упали в бездну. Потом мы летели в пустоте в сторону разгоравшегося впереди бледного свечения.

Аспид напал внезапно. Я снова увидела золотую голову в нескольких сантиметрах от своего лица. Он так и не укусил, а замер с выпученными глазами. Из его раскрытой пасти не вырвалось ни звука.

– Еще раз так сделаешь, и я откушу тебе голову, – пробурчал змей, и мы как ни в чем не бывало полетели дальше.

– Что ты ему сделал?

– Сдавил голову хвостом.

Бледное свечение приближалось.

– Я так понимаю, это ваши хранилища, склады для пищи, – заговорил змей.

Аспид не ответил. Бледно-голубые полупрозрачные боксы заполняли живые скрюченные, человеческие и не только, тела.

– Кто они?

– Хочешь знать, кто они? Те, кто так и не родился, кто убит своими матерями в утробах. Но здесь не все из них, только похищенные аспидами.

– Но они все взрослые.

– В каждом роде существует небольшое количество детских душ, тех, на кого, так сказать, не хватило материала. Они никогда не вырастают, понимаешь? И даже если они рождаются, то умирают в младенчестве. Аспиды никогда не берут их. Они берут только тех, кто должен был стать взрослым, но не родился по вине их матерей.

– Они что же, едят их?

– Нет, дитя. Держат про запас, на случай голода.

– Я не понимаю.

– Покажи нам фабрику, – приказал змей аспиду.

– Нет, это запрещено. Никто никогда не видел ее.

– Покажи, – повторил змей спокойно. – Разве ты не обязан показывать ей все, что она попросит?

Мы снова полетели, куда-то влево от хранилищ, навстречу яркому голубому свету. На этот раз полет длился недолго.

– Что это за место – фабрика? Что они там делают?

– Готовят себе еду.

– А что они едят?

– Это сложно объяснить. Они едят не то, что умерло, а то, что не родилось.

– Я не понимаю.

– Аспиды не питаются душами. Они питаются от тех живых существ во вселенной, которые не имеют душ.

Послушай, всё живое во вселенной продолжает себя. В разных мирах это делается по-разному. Двуполых миров, как твой, очень мало. Как правило однополые миры размножаются либо делением, либо выбрасывают семя,

либо почкованием. В любом случае процесс рождения жизни сопровождается выбросом энергии. Люди называют это страстью, но у этой энергии есть и другое название. Это энергия метаморфозы, которая придает клетке способность создавать живое существо, рождая жизнь. Без этой энергии клетка никогда не сможет измениться, живое существо никогда не родится. Аспиды питаются этой энергией. Они не берут существ с душой, потому что душа впитывает и хранит эту энергию, она извлекает ее из жизненной формы, в которой живет, и после смерти этой формы уносит

с собой. Извлекать энергию из души – очень тяжелая процедура. В живых существах, не имеющих души, эта энергия откладывается во внешних оболочках, хранится в одном из генов генетического кода. Аспиды извлекают ее из клетки, клетки берут из живых существ. Клетка – самое легкое вещество, и его нетрудно проносить сквозь миры. В таком месте, как это, они высасывают жизнь из клетки, и живое существо умирает.

Мы уже подлетели.

Я увидела огромные пространства, состоящие из боксов, почти в каждом из которых находился аспид. Там же на небольших возвышениях лежали золотые шары.

– Смотри, – сказал змей с печалью, – здесь нашли свою смерть роды, цивилизации и целые поколения живых существ. Сначала незаметно, потом вдруг сразу перестали рождаться дети. Потомство сначала сокращалось, потом перестало появляться вообще. Без всякой видимой причины вырождались и исчезали целые народы. Аспидов всего четыреста. Это не очень многочисленный род. Но это демоны высшего уровня. Один аспид властвует над несколькими планетами одновременно, лишая живых существ потомства. Более мелкие аспиды подбирают то, что остается от аспидов высшего уровня.

– Ты хочешь сказать, что бесплодие – их работа.

– Не всегда. Иногда дети не даются из сострадания, чтоб избавить от будущей боли и еще большего страдания.

– Так они вообще не трогают души?

– Иногда, по ошибке. Тогда они выбрасывают их на свалку вместе с пустыми оболочками, из которых высасывают жизнь. – Он замолчал. Потом заговорил снова: – Нам нужно найти свалку.

– Там то, что ты ищешь?

– Да, – ответил он угрюмо.

Мы молча полетели вдоль прозрачных залов, за стенами которых шевелились эти мерзкие существа. Свалка оказалась недалеко от фабрики.