Лариса Володина – Яблоко для дьявола (страница 16)

– Думаю, тебе не стоит ходить. – Он сжал мою руку. – Возвращайся домой. А мне надо торопиться.

Он ждал, пока я уйду.

Я ушла, но снова вернулась, гонимая ознобом и тоской.

Ворота. Может быть, Южные, но открытые совсем недавно.

Над верхушкой замка крутился черный вихрь. Я побежала по аллеям парка, с изумлением рассматривая здание Города Чудес снаружи, и споткнулась.

На дорожке лежал человек в черно-красном костюме. Видение ударило внезапно. Мир потемнел. Я увидела руки, на которых остывала кровь, сжимающие трепещущий кусок темной плоти. Я снова слышала слова – обрывок фразы: «…вырвать его черное сердце» – которые эхом снова и снова возвращались ко мне.

Ожидание. Они кого-то ждали.

Кого-то особенного.

Черный сияющий наряд Сатаны.

Для особого случая.

Человек, который прибыл.

Я побежала по голубому коридору, заглядывая в стеклянные двери, но никого не нашла. В пустых и тихих залах гулял ветер.

– Остановись, деточка, – сказал Отец. – Ты никого не спасешь и никому не поможешь. Нельзя вмешиваться, когда волки грызутся между собой.

Я покорилась золотому свету.

– Кого они встречали? – спросила я немного успокоившись.

– Злое, восставшее против злого, – отвечал Отец. – Человека, возомнившего, что может стать господином.

– Я видела там мертвеца.

– Его и еще нескольких доставили туда живыми.

– Так он в самом деле…?

– Вырвал из груди сердце? Да. Тебя это беспокоит?

– Да.

– Тебе не стоит вмешиваться. Вы только перестали ссориться, и защищать в этом случае некого. Оставь все, как есть. Он правит этим миром по своему разумению.

Часть 7. Белый город

Кто-то плакал в темноте. Потом заговорил жалобно, тоненько:

– Помоги мне.

– Где ты? – спросила я.

– Забери меня отсюда.

Пришел холод, пробирающий до костей. Хлюпающие звуки раздавались ниже того места, где я зависла.

– Дай мне руку. – Голос настаивал. – Неужели ты меня не узнаешь? Ты забыла обо мне, как и о многом другом.

Я скорее почувствовала, чем увидела черную, отливающую металлом, поверхность болота, с редкими островками то ли земли, то ли камня.

– Ты демон, – сказала я.

Голос тоненько захихикал, не отвечая. Снова раздался плеск. Я посмотрела в направлении звука, совсем уже отчетливо различая бледную зарю на горизонте. Я висела метрах в трех над водой. Недалеко от меня на большой кочке сидело бледно-зеленое существо, ярко мерцающее

в темноте. Его безволосое длинное, как у гусеницы, толстое туловище переходило в узкий хвост. На большой треугольной, покрытой кусочками панциря, голове, горели близко посаженные огромные миндалевидные глаза. Изо рта чудовища торчали черные уродливые зубы.

– Почему бы тебе не опуститься и не посидеть рядом со мной? – Оно снова захихикало, беспокойно шевелясь, отчего длинный хвост ударился об воду и наполовину исчез в ней. – Это неприлично – висеть так высоко. Даже ангелы не могут здесь удержаться, чтоб не оказаться прижатыми книзу, очень уж высокое давление.

– С какой стати мне спускаться? – ответила я и добавила: – И часто ты этим занимаешься – дуришь других, прося о помощи?

– Бестолковых, которые случайно оказываются здесь. – Существо снова захихикало. – Глупых путешественников, которым не сидится дома. Я люблю свежую кровь. Она такая редкость здесь, на болотах.

Так ты спустишься?

– Нет.

– И не надо.

Существо с неожиданной ловкостью соскользнуло с кочки и исчезло в темной непрозрачной воде. Я удивилась, что оно ушло так быстро, но потом услышала тишину, глубокую тишину, которая здесь бывает только в одном случае.

– Это из-за меня, – произнес голос у меня за спиной. Обернувшись, я увидела черный силуэт, который поглощал темноту. – Они всегда умолкают, когда я рядом. – Он висел свободно, как и я, улыбчивый и спокойный, каким я его давно не видела. – Зачем ты на этих болотах?

– Не знаю.

– Пойдем, – позвал он, но не дотронулся до моей руки, как обычно.

Мы молча летели над темным тихим миром, и меня в который раз поразила его мрачная холодная красота. Я подумала, что мне никогда не понять, каким странным, непостижимым образом удалось сделать таким суровым и красивым самое отвратительное место в вечности. Но, может быть, это происходило оттого, что я летела над адом, а не находилась внутри него. И, все же, в нем чувствовались завершенность и идеальный порядок,

в котором продуманы малейшие детали. Каким бы ни был художник, создавший это полотно, ему не откажешь в гениальности.

Мы опустились на снег.

– Это же Северные земли.

Сатана кивнул и, закинув край плаща на плечо, пошел вперед, широко ступая. Меня снова удивило, как он высок – я едва доставала ему до груди. Неожиданно он остановился, присел на корточки и, набрав пригоршню снега и грязи, стал растирать их между пальцами.

– В аду не бывает снега, – сказала я тихо, глядя на белое поле, за границей которого лежали Северные ворота.

Он ничего не ответил, молча просеивая смесь сквозь пальцы.

– Это не снег.

Он посмотрел на меня снизу вверх. Его огромные глаза сияли. Это был другой свет, мерцающий в глубине, содержание света, который всегда прячут, но он единственный отражает личность. Какое-то давнее, забытое переживание зажгло его всего на мгновение, и он тут же угас, затаился внутри.

– Разумеется, это не снег, – ответил он, и, поднявшись, долго молчал, отвернувшись к горизонту. – Это отголоски старой битвы, давней войны. Когда-то ангелы света дошли до моей земли, но так и остались здесь лежать, смешавшись с моими детьми. – Он повернулся, странный мерцающий свет снова вспыхнул в его глазах. – Снег не смешивается с грязью, а на грязь не налипает снег. Они рядом, и все же они порознь. Иногда я думаю об этом. О бриллианте, самом чистом из драгоценных камней. Его можно измазать грязью, залапать руками, но стоит протереть его тканью, он окажется таким же сияющим, каким был всегда. – Он подошел так близко, что я видела, как переливается свет в его глазах. – Я читаю в его глубине все краски,

все радуги мира, я могу любоваться его мерцанием и нежным светом, который не меркнет даже в полной темноте. И пусть он не принадлежит мне, я не могу взять его в руки и владеть им, я могу быть рядом и любоваться этим светом, заглянуть в его глубину, чтобы увидеть, как сияют радуги.

Он протянул руку, чтобы коснуться моей руки, но так и не сделал этого.

– Что-нибудь случилось? – спросила я, но он уже отвел глаза.

– Ты больна, и я не хочу отбирать у тебя силы, – ответил он глухо. Подождем, пока ты поправишься. Тебя, вероятно, удивляет такая забота с моей стороны? – Он усмехнулся немного иронично, пряча странный блеск глаз. – Заботливый дьявол – звучит довольно интригующе.

– Зачем ты привел меня сюда?

Он не ответил, только молча указал на что-то за моей спиной.

Я обернулась. Высокие старые стены, такие же белые, как снег, тянулись до горизонта – теряясь в радужной дымке накрывающего его купола, поднимался Белый Город.

– Белый Город, – прошептала я очарованно. – Я и не думала, что смогу снова войти в него. Кажется, ты не хочешь, чтобы я бывала здесь.

– Тебе могут здесь помочь излечится от твоей болезни.

Мы подошли к каменной площади перед воротами. Она почти не изменилась, только камень кто-то заботливо очистил от грязи, а стены отремонтировал. Я радостно подбежала к стражу и прижалась к его могучей груди.

– Здравствуй, девочка, – прогудел он, – мы рады видеть тебя.

На моего спутника он только покосился.