Лариса Тимофеева – Утопия о бессмертии. Книга вторая. Семья (страница 18)

– Сок. И лучше овощной.

Поговорив с официантом, граф отправил его за сомелье.

– Ты доволен результатами вашего слёта? – спросила я.

– Вполне! Началось вязко, и я подумал, что зря мы всё это затеяли. А потом, за закрытыми дверями, твоему мужу удалось переломить общую вялость. Предложения посыпались, идеи. Фармацевты вот только остались не у дел. Твой муж категорически не желает иметь дела с фармацевтикой, а это большие деньги.

– Потому и не желает, что это деньги. Помощь страждущим превратилась в средство наживы, прибыль на первом месте, уж не знаю на каком эффективность продукта и безопасность.

– Детка, бизнеса не бывает без прибыли.

– Вот именно! Вся стратегия на ладошке – продукт с характеристиками безопасность и эффективность даже и создан быть не может! Не дай бог больные станут выздоравливать! Теряешь потребителей, теряешь прибыль! Противоречие, однако.

– Вы оба слишком категоричны, – покосившись на меня, посетовал граф и умолк.

Серёжа наконец покинул последний на пути к нам кружок мужчин и, прежде чем сесть, склонился к моему уху и прошептал:

– Спинка с ума сводит…

– На, посмотри карту вин, – сказал ему граф. – Я не стал без тебя заказывать, вызвал сомелье.

Недолго посовещавшись, они и без сомелье выбрали марку вина. Сделав заказ, Серёжа встал и протянул мне руку.

– Потанцуй со мной!

Но Андрэ и на этот раз перебил:

– Окажи честь, зятёк, позволь первый танец отцу.

Скорчив мужу виноватую гримаску, я подала руку отцу.

Ужин проходил удивительно тепло. Первый тост произнёс Сергей, потом говорил Андрэ. Затем тосты начали произносить с разных сторон. Звучало много пожеланий в успехе дела, неоднократно были выражены благодарности всем присутствующим и личная признательность в адрес Сергея, графа, кого-то ещё. Постепенно торжественные тосты трансформировались в приватные, произносимые за отдельными столиками.

А наш столик опустел. Серёжа пересел за столик, где сидел мальчик в инвалидном кресле. Андрэ уже который танец подряд танцевал с дочерью новообретённого партнёра. Я была рада, что ему представился случай поговорить по-французски, мать графа была француженкой, и французский, а вовсе не русский, был его родным языком.

Оставшийся со мной за столом принц в компании не нуждался – Его Высочество молча и одиноко напивался.

Я налила себе чаю, и мои действия привлекли его внимание – оторвав мрачный взгляд от бокала, он уставился на меня.

– Графиня, прошу прощения за недостойный вид, – нашёл он нужным извиниться. – Мне сегодня остаётся только одно – напиться до бесчувствия.

– Вы чем-то расстроены, Ваше Высочество?

Он прежде плеснул в бокал коньяку и только потом ответил:

– Скажем, я познал горечь несбыточных желаний. Но не будем об этом.

– Ваше Высочество, я ещё не имела возможности выразить вам признательность за помощь – ваше своевременное вмешательство предотвратило угрозу публичного скандала. Я благодарю вас.

– Она вас обидела?

– Нет, Ваше Высочество, она меня не обидела.

– Вы знали о её существовании?

– Да. Сергей рассказал мне о главных женщинах своей жизни.

– Что она вам наговорила?

Я пожала плечами и усмехнулась.

– Правду, Ваше Высочество. Ту же правду, что и вы. Она восхитилась моим профессиональным умением обольщать. Сказала, что и она, и я одного поля ягодки.

Отставив бокал, принц усталым движением откинулся на спинку стула и сказал:

– Выбросьте из вашей головки всё, что я вам наговорил. Я наблюдаю за вами весь вечер. Вы – сама Любовь. То, как вы смотрите, как улыбаетесь, как подаёте руку моему другу, всё обнаруживает вашу любовь. Мой друг счастливый человек, внушить такое чувство женщине выпадает редкому мужчине. Соблазняете ли вы? Да! Вы могли бы надеть никаб и всё равно бы не скрыли своего очарования, свет ваших глаз продолжал бы привлекать к вам мужчин. В ком-то вы вызываете вожделение, ну и что из того? Вашей любовью к мужу вы дарите надежду, мечту…

Принц оборвал себя, выжидательно уставившись на приближающегося к нашему столику полного тёзку Серёжи. Тот подошёл, алея яркими пятнами румянца на скулах, вежливо поклонился и произнёс:

– Графиня, позвольте вас пригласить на танец.

– Вначале вы должны были спросить разрешения у меня! – возмутился принц, вскочив, и, грубо оттесняя парня, протянул мне руку. – Окажите мне честь, графиня! Тур вальса!

Поднимаясь навстречу принцу, я увидела, как, сузив глаза, настороженно подобрался Серёжа, и как можно ласковее улыбнулась незадачливому претенденту.

– Простите, Сергей Михайлович, но этот танец я обещала Его Высочеству.

Партнёр Андрэ вновь вежливо поклонился и отошёл. «Он умница!» – сказал про него Андрэ.

Тщательно контролируя свои движения, Его Высочество повёл меня к танцполу. Вальсировал он медленно, видимо, остерегаясь потерять равновесие, и часто не попадал в такт. В самом финале вальса он всё же пошатнулся, но натренированное тело отреагировало верно – качнувшись вперед, на меня, принц одновременно судорожно прижал меня к себе. Вышло ненарочное объятие с поцелуем в висок.

– Лидия… – отпрянул он с виноватым выражением лица.

– Всё в порядке, мой принц! Вы не позволили мне упасть.

На обратном пути нам наперерез кинулся изрядно подвыпивший господин. Его Высочество угрожающе выдвинулся вперёд, заступая тому дорогу, мужчина потерянно стушевался и забормотал что-то о желании выразить почтение.

– Ваше Высочество, – мягко удержала я принца, одновременно протягивая мужчине руку.

Тот бережно взял мою руку в обе ладони, и его ладное лицо осклабилось в умильной, пьяненькой улыбке.

– Графи-и-ня… красиво, как в кино!.. Танцуете так! Я ещё утром хотел, а вы… фьють! с Сергей Михалычем мимо, – удерживая мою руку в одной руке, он махнул перед собой другой, изобразив это самое «фьють».

– Фьють? – рассмеялась я, повторив за ним его жест.

– Да! И я не успел!

Спохватившись, что не представился, он подтянулся и заученно отрекомендовался:

– Олег Сергеевич Трюшин, владелец фармкомпании. Честь для меня. Позвольте? – он наклонился, поцеловал мою руку и только тогда выпустил её из своей руки.

– Рада знакомству, Олег Сергеевич. Благодарю за лестную оценку. Я Лидия.

– Олег, – поправил он, – можно Олег… без Сергеевич. Мы из Сибири, – и он указал на двух, столь же изрядно захмелевших мужчин.

Его земляки уже поднялись из-за стола и, исполненные радушного гостеприимства, жестами и мимикой приглашали к своему застолью. Я заколебалась, не зная, как отклонить предложение, но вдруг почувствовала за спиной Серёжу, и в ту же секунду рука его легла на мои плечи.

– Маленькая…

– Сергей Михалыч! – обрадовался Олег. – А мы супруге вашей ручку поцеловать! Выпейте с нами, Сергей Михалыч! Прошу! – он приложил руку к груди и добавил: – От всей души, Сергей Михалыч!

Расплёскивая вино, его товарищ уже наполнял бокалы. Увлекая меня за собой, Серёжа прошёл к столу. Олег протянул мне бокал, но Серёжа перехватил его и поднял над головой, салютуя сибирякам.

– За знакомство, мужики! За успех вашего бизнеса! – он выпил вино до дна и извинился: – Мужики, без обид, моя жена устала.

Мы отошли от столика, и я пробормотала:

– Наступило время, когда девочкам лучше покинуть собрание.

– Скоро пойдём, Маленькая. Устала?

– Пора, Серёжа! И дети вот-вот проснутся.

– Подожди минутку, я договорюсь на завтра, и пойдём.

– Если позволишь, я провожу графиню, – предложил шагающий позади нас принц. Он выглядел посвежее, будто протрезвел за это время.

– Спасибо, Али.