Лариса Шушунова – БеС Грамматики (страница 2)
– Я есть! – грянул класс, как по команде.
– You are!
– Ты есть!
– He is!
– Он есть! – Выкрикнул класс почти в унисон.
Урок снова набрал ход, как пассажирский поезд после недолгой остановки. Елена Витальевна оживлённо писала на доске, рисовала схемы-паутинки, произносила английские слова с чёткой артикуляцией. Максим изо всех сил пытался смотреть на доску и слушать любимую учительницу, но перед глазами, упрямо, как заклинивший шлагбаум, стояла эта кроваво-красная черта под проклятым словом "bes".
– Зачем она вообще нужна, эта дурацкая грамматика? – Вырвалось у него вдруг. – Можно ведь песенки слушать, крутые мультики смотреть… В игры играть разные! Без грамматики! Зачем мучиться?
Класс от такой дерзости замер, все молча уставились на Максима. Даже Оля Умницына оторвалась от тетради. Елена Витальевна замерла на полпути к доске, словно ее кто-то остановил за руку.
– Без грамматики? – Медленно, с лёгким удивлением в голосе, переспросила она. В глазах её вместо раздражения мелькнул живой, почти научный интерес. – Оригинальная и смелая мысль. Давай проверим твою теорию на практике? Возьми ручку и напиши.... прямо здесь, на чистом листке, волшебное заклинание. «Хочу выучить английский без грамматики!» Ну-ка, посмотрим, сработает ли? Получится ли у нас магия без правил?
Класс замер, заинтригованный до предела. Все глаза уставились на Максима. Максим, чувствуя себя клоуном поневоле, взял ручку дрожащими пальцами и вывел на чистом листе с сильным нажимом:
«ХОЧУ ВЫУЧИТЬ АНГЛИЙСКИЙ БЕС ГРАММАТИКИ!»
Он даже не заметил роковой опечатки, слишком сосредоточившись на своем бунте.
– Э, так у тебя и в русском языке выскочил этот самый бес! – С лукавой улыбкой склонилась Елена Витальевна над тетрадкой и покачала головой. – БеС грамматики.
И в этот миг, прямо над только что написанным словом «БЕС» воздух вдруг заколебался, заструился, как над раскалённой сковородой. С кончика только что выведенной буквы «с» с лёгким хлопком, похожим на звук лопнувшего мыльного пузырька, сорвалось и покатилось по раскрытой странице… такое малюсенькое, размером с детский кулачок… Живое существо! Розоватое, почти прозрачное, с торчащими тоненькими усиками-рожками. Оно неуклюже уселось на парту, свесив коротенькие лапки, издало микроскопический и совершенно комичный «Апчхик!» (будто чихнуло пылинкой) и прямо-таки уставилось на Максима круглыми, как бусинки, вишнёвого цвета глазками. Мальчик замер, окаменев, не зная, то ли кричать, то ли креститься, как напутствовала бабушка в особых случаях. «Это глюк… Это глюк…» – Застучало в висках.
А пока он так сидел, как парализованный, существо ловко нырнуло под парту, проскочив между его коленями, оставив после себя еле заметный, но отчётливый запах искр и палёной резины, и проскользнуло под учительский стол. Быстро, как таракан. У Максима всё похолодело внутри. «Надо предупредить Елену Витальевну… Сейчас же!» Он смотрел на левую ножку учительского стула, не отрываясь, ожидая нового появления пришельца.
Но нет, ничего… Под учительским стулом было темно и спокойно. Только полоска света на полу у ножки стула была какой-то неустойчивой, подвижной. Видимо, из-за шевелящейся занавески. Ветер, наверное…
«Привиделось», – попытался убедить себя Максим, но запах резины еще витал в классе.
Он украдкой, будто боясь спугнуть невидимое, обвёл взглядом класс. Всё было абсолютно как всегда. Вася Головотяпочкин сосредоточенно рисовал на полях своей тетрадки эпичную битву джедая с кем-то в плаще, сопровождая это тихим «вжжж-вжжж», подражая световому мечу. Оля Умницына что-то старательно строчила в своей тетрадке, высунув кончик языка от напряжения, её перо скрипело по бумаге. А Костя Рассеянный тайком пытался отогнать голубя от подоконника комочком бумаги. Никто. Ничего необычного. Не видел. Жизнь шла своим чередом.
Максим глубоко вздохнул, попытался расправить плечи. «Нервы», – решил он. Попытался изо всех сил прислушаться к речи учительницы, впиться мыслями в Present Continuous, но взгляд предательски и навязчиво просился туда, под стол…
И тут он увидел.
Нет, это шевелилась точно не тень от занавески. Это шевелилось что-то длинное, гибкое и розовое, похожее на голый крысиный хвост. Только с крошечной остроконечной стрелочкой на кончике. Как у скорпиона, только миниатюрной… Оно осторожно высовывалось из-за ножки учительского стула и ритмично, равномерно взмахивало в такт словам учительницы… Затем эту же ножку снизу обхватила пара лапок с тонкими, как ёлочные иголки, пальчиками… Цепко так.
Максим инстинктивно закрыл глаза. «Исчезни. Исчезни. Исчезни», – мысленно зашептал он. А когда снова их через секунду резко распахнул, то увидел… Его.
Существо. Чуть больше крысы. С вытянутым туловищем, покрытым мелкими пупырышками, точно огурец с бабушкиной грядки. Только розовое, как новорождённый крысёнок, ещё без шерсти. Оно сидело на полу, прислонившись спиной к ножке стула, наклонив свою лохматую голову, увенчанную парой коротких, как у улитки, рожек. И оно снова уставилось на Максима.
Ледяной страх сковал сердце пятиклассника. «Как предупредить Елену Витальевну? Крикнуть? Но что сказать? Она же решит, что я псих… Или спятил от грамматики. А, может, и правда, глюк? Мама говорит, от компьютера в больших количествах и не такое может появиться…» Мысли путались, метались в панике.
Существо тем временем невозмутимо почесало задней ногой за ухом, как блохастый пёс, а потом внезапно повернулось к нему, сделало свирепую рожицу и… погрозило Максиму крошечным, сжатым кулачком… Совершенно человеческим жестом!
И в этот самый миг, как по волшебству, грянул оглушительный школьный звонок.
Вылетев пулей из класса, Максим почувствовал, как пол под ногами плывёт, а стены сжимаются. Его сердце колотилось, как барабан. Он заметался по рекреации, едва не опрокинув первоклассника, чей огромный рюкзак делал мальчонку похожим на перепуганную черепашку.
– Ой, извини! – Бросил Максим на бегу, но мысли его бежали быстрее ног. Куда бежать?! Кого звать?! Что делать?! Звонить в МЧС?! И что сказать им? «Алло, у нас тут бес под партой, размером с крысу, розовый и с рожками!» – Гениально! В полицию? В психбригаду? Да, пожалуй, вызовут именно её… но для него самого, для Максима!
И тут, как луч света во тьме его паники, всплыл образ: отец Александр! Тот самый батюшка с добрыми глазами и окладистой бородой, который вёл у них Основы Православной Культуры. А ещё бабушка Зинаида Петровна! Как же зря Максим смеялся над ее «чудинкой» и походами в церковь по любому поводу! «Батюшка наверняка знает, как с нечистью управиться!» – Пронеслось в голове.
Он рванул к лестнице. Ступеньки мелькали под ногами, он перепрыгивал через две, цепляясь за перила. В раздевалке, задыхаясь, он уже срывал с крючка свою куртку, когда рядом возникла Елена Витальевна. Она дышала часто, явно тоже быстро бежала…
– Максим! Что случилось? Ты белее мела! – Её голос был полон искренней тревоги. Она положила прохладную ладонь ему на лоб. – Тебя трясёт! Говори, что случилось! Тебя что-то напугало?
Максим вздрогнул от прикосновения. Слова, которые он готовился выпалить, комом застряли в горле. Он лишь судорожно сглотнул и выдохнул, глядя на неё широко раскрытыми, полными ужаса глазами:
– Там… под Вашим стулом… Существо! Оно… оно реальное! С рожками! И хвостом! Оно… оно на меня смотрело! И грозилось! Надо… срочно отца Александра позвать! Он единственный, кто сможет с ним справиться!
Елена Витальевна вздохнула, и в её глазах мелькнуло не раздражение, а скорее тревога и сострадание.
– Максимушка… Отец Александр сегодня в области, на семинаре. Его нет в школе. – Она мягко, но настойчиво перехватила его куртку и мешок со сменкой. – Пойдем-ка лучше к Людмиле Павловне. Ты переволновался, весь дрожишь. Контрольные, да? Или не выспался? Ну хочешь, я тебя освобожу на время от домашних заданий?
– Вот! Я так и знал! – Воскликнул Максим с горькой обидой. Он попытался вырваться, но хватка у хрупкой учительницы оказалась стальной. – Вы мне не верите! Считаете, что я придуриваюсь! Или спятил! Хотите сдать в психушку, да?!
– Максим, что за глупости! – Елена Витальевна потянула его за собой, её голос стал строже. – Я тебе верю, что ты что-то видел и тебе страшно. Но Людмила Павловна должна тебя осмотреть и написать справку. Без неё я не могу отпустить тебя домой, такие правила! Пойдем. Я сразу позвоню маме. А про… существо… я лично пойду к директору, как только ты успокоишься. Она свяжется с отцом Александром, как только сможет. Договорились?
Чувство безысходности накрыло Максима с головой. Он покорно позволил увести себя на второй этаж, в царство запахов валерианки, йода и сладковатого сиропа от кашля.
Медкабинет встретил их певучей скороговоркой Людмилы Павловны:
– Шо такэ? Весь бiлий, мов паляныця! – Она была родом из-под Полтавы.
У окна на жёстком стуле извивался, как червяк на крючке, семиклассник. Его страдания явно были вызваны не кашлем и больным горлом, а наоборот – их отсутствием: он сильно-сильно прижимал к боку руку с термометром, засунутым глубоко под свитер, ёрзал и делал серьёзное лицо, явно пытаясь силой мысли «нагреть» ртутный столбик выше 36,9.
– Максиму Мечталину стало плохо прямо на уроке, – пояснила Елена Витальевна, усаживая Максима на холодную кушетку рядом с шкафчиком, доверху набитым бинтами. – Весь трясётся, бледный.