Лариса Кириллина – Планета трёх миров (страница 6)
Этих двоих на звездолете прозвали Медведем и Белкой. Они нисколько не обижались и пользовались прозвищами как позывными. Изящная юркая Женевьев собирала свои огненные волосы в пышный беличий хвост, который постоянно мелькал то в одном, то в другом отсеке — передвигалась она всегда стремительно и бесшумно. Высокий и крупный Свен, напротив, отличался неторопливостью, ибо опасался случайно что-нибудь опрокинуть или разбить. Любовной парой они никогда не являлись, но охотно работали вместе.
— Ты бы, наверное, утащила игрушку в свое гнездо и разобрала бы по косточкам, — пошутил Свен над беличьими замашками Женевьев.
— Вот ещё! Тащить к себе незнакомый и потенциально опасный предмет инопланетного происхождения? Даже белки отнюдь не настолько глупы! — отпарировала она.
– Новостей больше нет?
— Никаких. Всё тихо. Сдаю дежурство без происшествий.
– Спокойного сна, Женевьев.
Рано утром у капитана Диаса началось совещание.
Робототехник Микель Эллаури напомнил, что даже в пассивном режиме аккумулятор коммуникатора не протянет дольше половины здешнего жаркого дня. А если им будут пользоваться интенсивно, то батарея сядет гораздо раньше. Решений — два: либо немедленно вернуть робот на «Гайю», либо послать туда кого-то из членов команды с зарядной станцией или со свежим аккумулятором. Местные жители вряд ли смогут сами справиться с перезарядкой инопланетного аппарата. И у них, скорее всего, совершенно другие способы соединения приборов с источниками питания.
— Рой, отправь туда меня! — поспешила вызваться Тесса Алулу. — Я сумею оживить батарею. А главное: пора перейти к изучению их языка! Математика и астрономия — это, конечно, прекрасно, однако нам нужны и слова, чтобы диалог перестал быть игрой абстракций.
— В одиночку ехать опасно, — веско заметил майор Маккизи.
— Не думаю! — возразила она. — Поскольку они до сих пор не пытались на нас напасть или уничтожить робота, они тоже хотят прямого контакта. Одинокий посланник не вызовет подозрений.
— Они могут захватить тебя в заложницы или подвергнуть весьма неприятным… эээ… процедурам допроса, — покачал головой Рой Диас.
— Да с чего бы? — возразила она. — Они не знают, сколько нас тут. И на что мы способны. Зачем провоцировать столкновение, расправляясь с переговорщиком? Какой в этом смысл? Заставить нас убраться отсюда? Ясно же, что это сейчас невозможно. Вызвать ответный удар? С какой целью?.. До сих пор в их действиях преобладала разумная осторожность.
— Хорошо. Как лингвист, ты действительно незаменима, — согласился Диас. — Но в паре с тобой отправится…
«Я!» — мгновенно отозвался майор Маккизи.
«Я!» — одновременно с ним воскликнул Свен Ларсен.
«И я!» — предложил себя Микель Эллаури.
— Нет, — проронил непререкаемым тоном Рой Диас. — Отправится господин Кан Веймин.
Кан Веймин, самый старший из экипажа, занимал на «Гайе» должности диетолога, нутрициолога, повара, и одновременно практиковал акупунктуру, массаж и обучение бесконтактному бою.
Отвечая на недоуменные взгляды собравшихся, капитан пояснил: «Боевые искусства, которыми в совершенстве владеет господин Кан, вовсе не забава для скучающих астронавтов во время длительного перелета. Это тоже оружие, пусть и незримое».
— Буду счастлив сопровождать госпожу доктора Алулу, — церемонно ответил Веймин, отвесив Рою почтительный китайский поклон.
Солнце Айни медленно вставало над Тиатарой.
В палатку, где на ночь оставили робота, вновь явились переговорщики: Уллио Файру и вызвавшийся сопровождать его Балаф Доэн.
— Аккумулятор сильно разряжен, — заметил Уллио. — И мы не знаем, как его зарядить. Попробую передать им простейшую схему возможных действий.
Пока энергия внутри аппарата еще не иссякла, Уллио воспользовался вторым, активным, экраном, едва светившимся в полумраке. Он бегло начертил стилизованный механизм, а чуть в стороне — то, что мыслилось как батарея. И соединил их прерывистой линией.
На первом экране в ответ появилась картинка: съемный аккумулятор и стрелка, направленная в сторону робота. Затем — изображение вездехода. Следующий этап — анимация: вездеход плавно движется от звездолета к палатке.
Индикатор энергии начал мигать красным светом. Но пришельцы успели сообщить самое главное: помощь скоро прибудет.
«Файру! Доэн! От корабля чужаков отделился какой-то транспорт и направляется к нам!» — зазвучал по рации обеспокоенный голос Таллара.
«Да, ас-васай. Это мы с Балафом вызвали бригаду ремонтников», — непринужденно ответил Уллио Файру.
«Прекратите шутить!» — строго одернул его Таллар.
«Мы не шутим, — отозвался Уллио. — Всё именно так и есть. Мы только что обменялись картинками. Они зарядят свой аппарат, и заодно познакомятся с нами».
В лагере все-таки объявили тревогу. Каждый занял свой пост. Оружие привели в боевую готовность.
Уллио Файру и Балафу Доэну было приказано оставаться рядом с роботом. К ним на помощь, как и вчера, прислали Аджара, вооруженного лазерным бластером и тагманским кинжалом — атрибутом охотников на баадаров.
Трое — против двоих.
Теперь уже было видно, что посланцев в приближавшемся транспорте двое. Кто они, разглядеть не давала кружившаяся над полупустыней пыль. Стекло машины, вроде бы прозрачное, бликовало от света Айни и застилалось облаком взвеси.
У палатки с роботом транспорт затормозил.
Дождавшись, пока туча пыли осядет, из машины легко выскочили два существа. Одно — высокое, стройное, гибкое. Другое — пониже, но тоже пропорционально сложенное и необычайно легкое в движениях.
Тиатарцы вышли навстречу гостям.
Аджар сжал рукоятку бластера.
«Не надо, — тихо сказал ему Файру. — Они, похоже, не вооружены».
«И мне кажется, будто длинное существо — это… женщина», — оторопело пробормотал Доэн.
Уллио Файру и Балаф Доэн выступили вперед, Аджар следовал сзади.
Инопланетные гости медленно сделали несколько встречных шагов.
Обе группы переговорщиков остановились и с изумлением вглядывались друг в друга.
Головы пришельцев были закрыты шлемами с забралами, снабженными зеркальным покрытием.
Приблизившись к тиатарцам, они одновременно подняли эти забрала.
Лица гостей оказались такими кошмарными, что тиатарцы едва не отпрянули.
Одно существо было темным до черноты. Другое — изжелта-белым.
— Тесса, — внятно и медленно произнесло черноликое существо, указав само на себя. И еще раз повторило: — Тес-саа.
Голос звучал довольно приятно и воспринимался как женский.
— Кан, — проделал то же самое второй пришелец.
«Вероятно, они назвали свои имена», — догадался Балаф.
Если так, то всё превосходно. При попытке напасть представляться не обязательно.
Он приложил руку ко лбу и сказал:
— Балаф.
— Уллио, — последовал его примеру Файру.
— Аджар! — не преминул выйти из-за их спин тагманец.
— «Ба-лаф. У-ллио. А-джар», — повторила инопланетянка и вдруг обнажила в оскале два ряда белых зубов.
«До чего же она безобразна… Такое чудовище может привидеться только в кошмарном сне», — подумал Балаф, продолжая взглядываться в эту самую Тессу, которая, очевидно, считалась главной из двух посланников.
Неужели бывают существа с черной кожей? Что за прихоть природы? Или на их планете царит беспросветная ночь, и там нужно сливаться с мраком, чтобы не стать добычей свирепых тварей?..
И глаза — тоже странные. В центре — черные, по краям — млечно-белые, с легкой голубизной. То, что глаз всего два — не столь удивительно, у тагманцев нет третьего глаза, зато есть, как и у этих пришельцев, шерсть над глазами и на голове. Но у этой Тессы столько шерсти, что трудно понять, как она сохраняет ее в чистоте. Или это все-таки шапка? Подшлемник?
А зубы! И этот хищный оскал!..
Похоже, черная женщина не имеет злобных намерений, но смотреть на раскрытую пасть неприятно. Язык у нее, кстати, не черный, а розовый. Гадкое сочетание.
Неужели все пришельцы такие же?
Наверное, нет.