Лариса Кириллина – Планета трёх миров (страница 8)

Тесса и Кан Веймин быстро переглянулись. Питаться неведомой пищей строжайше запрещали инструкции. Вряд ли хозяева Тиатары намеревались их отравить, однако человеческие организмы могли воспротивиться здешней снеди. Требовалось сначала исследовать ее на совместимость с пищеварительной системой землян.

Но… хоть воду-то — можно?..

По-своему истолковав нерешительность гостей, Балаф что-то быстро сказал своему начальнику, которого, кажется, звали Таллар. Тот ответил, и Балаф указующим жестом предложил Веймину и Тессе пройти в соседнюю дверь. За пологом располагался санитарный отсек, который Балаф обозначил красивым словом «колло».

Это было сущим спасением.

Тесса, поправ приличия, устремилась внутрь и обнаружила в закутке устройство вполне понятного назначения. Наблюдают за ней скрытой камерой или нет, Тессу не волновало — она быстро расстегнула молнию комбинезона и избавилась от давно терзавших ее мучительных ощущений.

Сообразив, на какие кнопки и рычаги нажимать, она очистила слив и направила руки под пульверизатор. Оттуда пшикнула жидкость, по запаху похожая на смесь воды и дезинфицирующего средства.

Затем ее примеру последовал Кан Веймин.

Балаф проводил их назад, в столовую, а сам вместе с Уллио вернулся, чтобы тоже воспользоваться «колло».

Пока они отсутствовали, Тесса пыталась занять Таллара беседой, используя все известные ей на сегодня слова и дополняя их жестами, перенятыми у Балафа. Содержательным разговор получиться не мог, но посланцы «Гайи» хотя бы узнали некоторые имена присутствующих. Такое знание всегда повышает степень доверия.

Тесса выяснила, что тиатарские уйлоанцы зовут себя двойным именем. Вероятно, вторая часть аналогична фамилии. Начальник отряда — Тайо Таллар. Его звание или титул — «ас-васай», и это не имя. Фамилия Балафа — Доэн. А фамилия Уллио — Файру. Балаф и Уллио — друзья, им дозволено обходиться без лишних формальностей. Но начальник обращается к ним «Доэн» и «Файру», а они к нему — «ас-васай».

Помня, насколько у некоторых народов Земли важно произнесение полного имени, Тесса не преминула назвать себя: «Тесса Алулу», а своего спутника — «Кан Веймин».

Всё, происходившее в офицерской палатке, несомненно, записывалось тиатарской техникой, расположенной по периметру. Но ведь у Тессы и Кана тоже имелись нагрудные коммуникаторы, непрерывно транслировавшие картинку и звук на компьютеры «Гайи» и лично Рою Диасу.

Настоящих переговоров при спонтанном визите, да еще и со столь скудным языковым запасом, не предполагалось. Но любезная встреча представителей разных миров производила на обе стороны сильное впечатление.

Тиатарцы отнюдь не настаивали на принятии землянами предложенных угощений. Вероятно, хозяева хорошо представляли себе, что любое здешнее органическое вещество может оказаться губительным для гостей. Зато благодаря импровизированному застолью Тесса узнала, как по-уйлоански будет «тарелка», «стакан», «еда», «лепешка».

Воду она все-таки решилась выпить. Но предварительно бросила в стакан обеззараживающую таблетку, хранившуюся в нагрудном кармане комбинезона. То же самое сделал Веймин. Таблетки растворились бесшумно и быстро, цвет жидкости не изменился — значит, существенных примесей в ней не содержалось. На запах и вкус — обычная H²O. Тессе даже подумалось, что она никогда — с детских лет — не пила столь упоительно свежей и вкусной воды. Ведь на «Гайе» вся вода использовалась многократно, подвергаясь очистке, фильтрации и добавлению элементов, превращавших мертвенный дистиллят в нечто пригодное для утоления жажды.

Действия Тессы и Веймина с любопытством отслеживались, однако воспринимались как должное. Похоже, тут были знакомы с подобными методами нейтрализации вредных бактерий и вовсе не находили их оскорбительными для хозяев.

Балаф, Уллио и прочие уйлоанцы ели с видимым удовольствием. Они брали лепешки, наполняли их густой кашицей, пахшей грибами, макали в плошки с соусом и закусывали тем, что напоминало то ли овощи, то ли фрукты — нечто продолговатое с зеленой пупырчатой кожурой и темно-красной внутренностью. Запивали водой из тех же сосудов —никакого подвоха тут быть не могло, травить гостей никто и не думал.

После трапезы Тессу и Веймина пригласили в палатку ас-васая Таллара. За ними последовали Балаф, Уллио и еще один уйлоанец, назвавшийся «Ноффо Гиссар».

У стены стояло нечто вроде школьной интерактивной доски, на которой можно было писать, чертить фигуры и схемы, или проецировать изображения с внешних источников.

«Тамэнь сяньжань чжидао дяньнао»… — тихо сказал Веймин по-китайски: — Они явно знают, что такое компьютер, но у них такой техники либо нет, либо она вышла из строя, а новой они создать не сумели.

«Простая доска удобнее», — ответила Тесса: «Цзяньдань байбань гэн фанбянь».

Балаф, слышавший их диалог, насторожился, ибо язык ему был непонятен.

Таллар принялся рисовать на доске фигуры, обозначавшие расположение древнего звездолета (он, оказывается, назывался "Солла"), «Гайи» (ее название здесь уже знали и научились произносить отчетливо) и лагеря тиатарцев.

«Нужен переговорный пункт!», — перешел Веймин на английский и взял из рук Таллара стилус для рисования. Кан владел каллиграфией и искусно изображал любые детали пейзажа, техники или предметов.

Между «Гайей» и лагерем тиатарцев появились три павильона. Один соединялся линией с «Гайей», другой — с этим лагерем. В среднем павильоне должен был разместиться робот-коммуникатор. Для наглядности Кан Веймин добавил фигурки участников переговоров, которые двигались бы навстречу друг другу.

Ас-васай и его подчиненные внимательно рассмотрели рисунок и, немного посовещавшись, дали понять, что согласны с предложенным планом.

Местность просматривалась с обеих сторон. Внезапное нападение исключалось. Павильоны легко собирались и разбирались, зато внутри каждого появились бы все удобства — вода, еда, кондиционеры, «колло». Оружие — нет. Никакого оружия.

Тесса быстро связалась с Роем и передала картинку ему на компьютер.

Рой, по своему обыкновению, отпустил крутое словцо на испанском, но в данном случае оно означало скорее восхищение, нежели негодование.

«Скажи им, что я одобряю идею!» — приказал он командирским тоном.

«Слушаюсь, мой капитан!» — отчеканила Тесса.

Общий язык

Сначала доставили и смонтировали павильоны — два хозяйственных и переговорный. Последний прибыл с «Гайи», поскольку там имелась более современная техника. Соорудили настилы, воздвигли каркасы, натянули крыши и стены, провели электричество, обеспечили вентиляцию. Две бригады работали, почти не соприкасаясь друг с другом. Но, когда возникала необходимость, объяснялись картинками, схемами или жестами.

Лишь на вторые сутки на место прибыли переговорщики. Помимо Тессы и Веймина, ими стали Вера Кемет, Тео фон Ульман и Христо Младенов. Их безопасность обеспечивала подчиненная майора Маккизи — Лина Бонавентура, не столь грубовато-воинственная, как начальник, но обученная мгновенно действовать в критических ситуациях. Грациозная, словно дикая кошка, она предпочитала выглядеть мягкой и передвигаться быстро и скрытно.

Тиатарцы прислали, в дополнение к Балафу Доэну, Уллио Файру и Аджару, трех специалистов: Эттао Ниссэя, Ноффо Гиссара — к удивлению землян — почтенную даму по имени Ринна Моан. Вероятно, ее срочно доставили из Тиастеллы, поскольку во время визита Тессы и Веймина к тиатарцам никаких женщин в лагере не наблюдалось. Тесса даже спросила у Балафа — «Женщин нет?» — на что он, немного смутившись, ответил сдержанно на тарабарском английском: «Женщина — мы есть. Очень много. Не здесь. Скоро видеть». «Woman — we have. Many-many. Not here. See soon».

Она пожалела, что задала столь бестактный вопрос. Может быть, в их культуре женщинам не полагалось находиться среди мужчин. Или же тиатарцы попросту берегли своих женщин и потому не взяли в опасный, как им представлялось, поход, который мог закончиться боевым столкновением. В таком случае Балаф вряд ли мог ответить правдиво.

Добытые Тессой и Каном Веймином ценные сведения разбирались и обсуждались на общем собрании экипажа «Гайи». Рой Диас сперва поругал посланцев за дерзкое самовольство, а потом похвалил за отвагу и умные действия. Джон Маккизи, просматривая смутные и фрагментарные записи визоров, встроенных в комбинезоны, заметил, что оружие у тиатарцев, конечно, довольно серьезное, но громоздкое и, вероятней всего, устаревшее. Поэтому они не торопятся нападать, а предпочитают добыть побольше информации о пришельцах, вступив в затяжные переговоры.

«Затяжные?!» — возмущенно вскинулась Тесса.

Ничего себе — затяжные! Продвижение с обеих сторон — небывало стремительное! Уже сейчас земляне и тиатарцы способны вести диалог, пусть пока весьма примитивный. Через несколько дней, если прежний темп сохранится, разговоры станут более внятными.

«Нам неслыханно повезло! Мы наткнулись не просто на неких разумных существ, а на цивилизацию, сходную с нашей», — поддержал ее Тео фон Ульман, сохранявший даже во время космических странствий профессорский вид. Светлоглазый блондин, он рано начал лысеть и выглядел несколько старше своих тридцати восьми лет. В прежней жизни он работал в Кёльнском музее древностей, но всегда увлекался космосом и твердо верил в существование в недрах Вселенной других миров, подобных земным.