Ландыш Ландыш – Школа Охотников. Девочка с того берега (страница 5)

— Свяжусь с Министерством, — отозвался Марк, не отрываясь от своего планшета.

Пока мы ехали, Марк работал. Его пальцы летали по клавиатуре, глаза бегали по строчкам на экране. Он не говорил лишних слов, лишь изредка делал лаконичные пометки.

— База данных по городскому фольклору и аномалиям, — наконец проговорил он. — Отфильтровал по локации и ключевым признакам. Есть несколько записей XIX века о «проклятой графине» и её зеркале в районе Литейного. Основная масса — слухи. Но три случая совпадают с описанием: смерть подростков в комнате с зеркалом, признаки резкого переохлаждения при нормальной температуре. Интервал — примерно каждые двадцать-тридцать лет.

— Звучит как цикличная активность, — пробормотал я.

— Именно. Последний зафиксированный случай — 1998 год. Компания студентов. Пятеро погибших, одна выжившая, сошла с ума. В её бреду постоянно фигурировали «холодная леди» и «лестница в зеркале». Адрес… — Марк повернул экран ко мне. — Тот же дом. Квартира на третьем этаже.

— Значит, эпицентр там. Едем по адресу.

Особняк встретил нас обшарпанным фасадом. Былая роскошь проглядывала сквозь облупившуюся краску и трещины. Парадные двери с коваными узорами давно заменили на убогую конструкцию, обитую дерматином.

— Коммуналка, — констатировал Марк, оценивающим взглядом окидывая подъезд. — С чего начнем?

— С информации на месте. Ищем старожилов, — ответил я, толкая дверь. Начался обход квартир. Люди не любили вопросы. Сработал только прагматичный подход.

— Графиня? — старая женщина, представившаяся бабой Зиной, хрипло рассмеялась. — Это ж бабушкины сказки. Зеркало у неё, слышь, волшебное было. Только радости от него никому не было, одна погибель.

— Где оно стояло? — спросил я, делая вид, что просто любопытствую.

— В дальнем покое. Теперь там чуланчик, перегородку сляпали. А раньше зал бальный был. Мы попросили показать. Баба Зина долго крестилась и бормотала о нечисти, но предложение помочь с ремонтом протекающей крыши перевесило суеверный страх.

Комната оказалась крошечной, заставленной хламом. Но воздух в ней был другим — тяжёлым, густым, давящим на виски. Тишина здесь была звонкой.

— Повышенный электромагнитный фон, — тихо сообщил Марк, глядя на показание портативного сканера в его руке. — И резкий перепад температуры. Здесь на шесть градусов холоднее, чем в коридоре.

И вдруг свет словно сгустился, стал тягучим. Не просто темно — сама тьма обрела плотность и враждебность. В пыльном зеркале на стене поплыли разводы, сложившиеся в искажённое лицо. Искажённое ненавистью.

— Вы полагаете, что можете бросить мне вызов? — голос скрежетал в самой голове, минуя уши. — Я — вечный ужас. Я — сама тень.

— Мы не боимся теней, — ответил я, ледяная ясность заполнила разум. В руке уже был серебряный клинок, заговорённый для подобных встреч. — Мы пришли стереть тебя.

— Вы сгорите в своем дерзновении! В комнату ударил волной пронизывающего, костного холода. Я почувствовал, как когтистая чужая воля пытается вцепиться в сознание, вытравить свет. Я отшвырнул её жгучим усилием воли, сконцентрировавшись на ледяной тяжести оружия. Это был не бой тел, а битва намерений. И я нанёс удар. Не в стекло. В суть, в ядро легенды, туда, где должна была биться её искажённая псевдожизнь. Ослепительная вспышка резанула по глазам. Немой, но оглушительный визг, разрывающий ткань реальности, отозвался в костях. И тишина. Зеркало рассыпалось мелкой, злой рябью осколков.

— Она… — прошепелтала баба Зина из-за спины, — …исчезла?

— Навсегда, — коротко бросил я, вытирая лезвие. Марк молча кивнул, показывая на сканер — показатели фона медленно, но неуклонно возвращались к норме.

Глава 5 Письмо Деи.

Здравствуй, Ивор!

Ох, как же быстро летит время! Кажется, только вчера я писала тебе прошлое письмо, а уже столько всего произошло!

В школе все по-прежнему, Арина Владимировна все так же ворчит.

А знаешь, что еще случилось? Я видела её! Русалку! Ну, или мне так показалось. В общем, я снова была на Русалочьем озере, сидела на берегу и болтала ногами в воде. И вдруг, из глубины, показалась чья-то голова! Волосы длинные, темные, глаза большие и испуганные. Она быстро нырнула обратно, а я даже не успела ничего сказать. Может, в следующий раз у меня получится с ней поговорить? Я ей принесу леденец, вдруг она их любит. Знаю, знаю Русалок больше не существует, но может хоть одна ма-а-ленькая осталась, я бы с ней играла.

А еще, я научилась делать сальто! Пока не очень хорошо, но зато уже не падаю каждый раз. Вчера я показывала его Криське, она очень испугалась, сказала, что ведьмам не пристало акробатикой заниматься. Но мне нравится! Я чувствую себя такой свободной, когда лечу в воздухе.

Учёба сложная, но кое-что даже получается. Самый смешной урок — Зельеварение. Ведёт его тётя Даша, но мы зовём её просто Даша-Пузырь. У неё волосы вечно дымятся разными цветами, а в карманах халата вечно что-то булькает. На прошлом уроке мы варили «Зелье тихого шёпота» — чтобы разговаривать шёпотом на большом расстоянии. У всех в колбах получалась прозрачная синяя жидкость. А у меня… моё зелье стало ярко-розовым и начало пускать мыльные пузыри, которые громко лопались! Все смеялись. Даша-Пузырь вздохнула, потрепала меня по голове и сказала: «Ну что ж, оригинально. Назовём его «Зелье весёлого конфуззззения». У тебя свой почерк, птенчик». Мне было и смешно, и очень стыдно.

А самый важный урок — Основы Единоборств. Его ведёт самый лучший, Илья Ильич. Он такой огромный и важный, но говорит всегда тихо. Мы учимся не драться, а «чувствовать силу и направлять её». Все машут деревянными мечами, делают стойки. А я… Я не могу даже правильно меч удержать, он выскальзывает из рук. Илья Ильич подошёл ко мне, поставил передо мной не меч, а просто палку. «Сила, Дея, — сказал он, — она не в том, чтобы сломать. А в том, чтобы не сломаться. Попробуй просто отвести удар, почувствуй, куда он идёт». Я попробовала. Получилось один раз из десяти. Но он похвалил меня даже за этот один раз.

А потом… потом случилось самое страшное. После уроков Мира сказала, что забыла в классе Зельеварения свою любимую ручку и попросила меня зайти вместе с ней. Я обрадовалась, думала, она снова хочет дружить. Мы зашли, она взяла ручку… и вдруг выбежала и захлопнула дверь снаружи. Я слышала, как щёлкнул замок и как они все — Мира, Клим и другие — засмеялись и убежали. А я осталась одна. В классе уже стемнело. На полках стояли банки с чем-то непонятным, что шевелилось в темноте. В углу тикали часы, и каждый тик звучал, как шаги. Мне стало так страшно, что я даже плакать не могла, просто прижалась к холодной двери и сидела. Я просидела там, наверное, целую вечность, пока не пришла уборщица тётя Глаша и не открыла дверь. Она даже не удивилась, просто вздохнула: «Опять эти шалопаи… Иди, деточка, ужинать».

Я не пошла ужинать. Я прибежала сюда, на свою кроватку, и теперь пишу тебе. Знаешь, Ивор, иногда мне кажется, что я — как то самое розовое зелье с пузырями. Ни на что не похожая, никуда не подходящая и только всех смешу.

Напиши мне, пожалуйста, хоть строчку. Мне очень нужно услышать, что где-то там, далеко, есть человек, для которого я не «та самая, с того берега».

Приезжай скорее на каникулы, я тебя научу ходить по канату!

До скорой встречи, Дея.

Глава 6 Вурдалак.

- Внимание! Всем агентам! Срочный вызов в Псковскую область, деревня Красные Горки. Предварительно – нападение неопознанного существа на местное население. Есть жертвы. Ивор, ты и Марк – выезжаете немедленно, Маша остается на подстраховке. Подробности – по прибытии.

Сообщение от координатора прозвучало сухо и тревожно, не предвещая ничего хорошего. Красные Горки… Глухомань, если верить карте. Даже мобильная связь там еле ловит, что уж говорить об интернете.

Мы с Марком собрались быстро. Такие вызовы не терпят промедления. По дороге, в стареньком внедорожнике, пытались хоть что-то выяснить. Звонок в местное отделение полиции ничего не дал – либо не хотели говорить, либо сами толком не знали, что происходит.

- Вурдалак, говоришь? – Марк нахмурил брови, изучая старинный бестиарий на планшете. Благо, успел закачать туда все необходимое. – Классика жанра. Но что он забыл в этих краях?

Я пожал плечами. Вурдалак – не самое редкое чудовище, конечно, но обычно они предпочитают места с более… насыщенной историей. Заброшенные кладбища, старые склепы, руины замков. Красные Горки – обычная деревня, ничем не примечательная.

Вурдалак (лат. Vampirus vulgaris) – оживший мертвец, питающийся кровью живых существ. Относится к нежити, обладает повышенной физической силой и регенерацией. Боится солнечного света, чеснока, серебра и святой воды. Уничтожается осиновым колом в сердце или сожжением. Опознать вурдалака можно по следующим признакам: бледная кожа, заостренные клыки, непереносимость солнечного света, отсутствие отражения в зеркале.

- Может, просто совпадение? Дикий зверь какой-нибудь? – предположил я, хотя сам в это не верил.

- Не думаю, – ответил Марк. – Слишком много жертв для зверя. И слишком специфические раны. По описанию – похоже на укусы.

Красные Горки встретили нас тишиной и опустевшими улицами только мрачные покосившиеся избы и непроглядный лес…