Лагутин Антон – Зрей с гордостью, Император том 2 (страница 4)

– Видишь позади меня БТР? – вновь обращаюсь я к огромному охраннику в лёгком доспехе, для которого автомат – всего лишь аксессуар.

– Вижу, – бросает он.

– А теперь представь его мчащемся на тебя на полном ходу. Представил?

– Вы не посмеете… – мямлит он.

– Ты уверен? Ты точно уверен?

Улыбнувшись, Зазуля отходит в сторону, когда я уверенным шагом двинул в сторону нашей огромной машины. Я не залезаю внутрь. Запрыгнув на нос, я опускаюсь на колено рядом с приоткрытым люком, заглянув в который вижу обожжённое лицо Палыча с натянутой улыбкой.

– Ну что, – говорю я Палычу, – ребята требуют представления.

– Сейчас устроим.

Машина задрожала. Гул двух сердец раскатился внутри БТРа и вырвался наружу сквозь узкую щелку между люком. Массивный и тяжёлый кузов дёрнулся вместе со мной, машина выехала на дорогу и двинула в сторону ворот. Я сидел на самом носу и с наслаждение наблюдал за охраной. Левый охранник, что пребывал всё это время в полном молчании, уже успел отскочить в сторону вместе с разбегающимися женщинами, и даже позволил себе навести на меня автомат, когда второй – стоял как вкопанный. Он будто оцепенел, не двигался, автомат покоился в его руках, уставившись дулом в землю. Губы не шевелились, но его взгляд мог поведать мне куда больше простых слов. Он испугался. Испугался нарушить приказ, отданный ему кем-то властным. Однако, со здравым смыслом не поспоришь. Да и как спорить с многотонной махиной, которая не оставит от тебя и мокрого места. Хотя, почему же не оставит. Как раз то и оставит мокрую лужицу багрового цвета.

– Стойте! – вдруг взревел он дрожащими губами.

Я стукнул кулаком по люку – и машина замерла на месте.

Ну вот, сразу бы так. Почему всегда нужно прибегать к нестандартным решениям вопроса! Почему? Почему нельзя было сразу нас взять и пропустить, ведь у нас даже бумага имеется. Творящаяся на каждом углу несправедливость вызывала у меня лишь гнев, однако нельзя было скрыть тот факт, что наше положение дарило нам немалый простор для нашего “творчества”.

Я быстро спрыгнул с БТРа и пошёл в сторону охранника, к которому уже подошла Зазу. Наконец, после короткого диалога перед нами открылись ворота.

Металлическая створка лязгнула. Мы зашли на охраняемую территорию и под пристальным взглядом охраны двинул в сторону довольно симпатичного трехэтажного дома из белого кирпича, крышей из стальных листов и огромными окнами, позволяющих осматривать всю деревню целиком. Хоромы не как у Югова, здесь присутствовала скромность, но вкус и размах хозяин не мог скрыть. Быть может и не хотел, позволяя себе в полном одиночестве сравнивать себя с самим князем, чем грешили почти все поверенные Югова, стоило им дать чуть больше власти. Чуть больше дозволенности чем у обычного жителя деревни.

Крябов Михаил Владимирович был явно не готов к приёму гостей, да и вообще повёл себя слишком холодно, когда увидел закованных в доспехи незнакомцев в дверях своего кабинета.

Когда мы вошли в дом, охранник провёл нас на второй этаж по скрипучей лестнице и подвёл к двустворчатым дверям, выкрашенных белой краской в несколько слоёв, как и всё вокруг, кроме пола. Под ногами лежал жесткий ковёр, на котором уже красовались пыльные следы от наших ботинок.

В душном кабинете за огромным письменным столов с важным видом восседал щуплый мужчина в льняном костюме, таком же белом и мятом, как стены и потолок этого кабинета. Верхняя губа скрывалась за щёткой густых пепельных усов, по левой щеке к виску поднимался бледный рубец, прорубивший гладкую дорожку в двухдневной щетине. Острый нос и узенькие глазёнки. Он не выглядел каким-то мерзким или угрюмым. Скорее, он был красив, глаза блистали умом, к своим пятидесяти годам ему удалось сохранить большую часть волос, хоть те и выглядели как покрытый копотью снег. Осталось проверить его в деле.

Стоило мне шагнуть внутрь кабинета, как он тут же вскочил с деревянного кресла с высокой спинкой. Мужчина к тому же оказался еще и высоким.

– Игорь! – рявкнул мужчина. – Почему посторонние в моём доме?

За моей спиной послышался шорох. По полу застучали ботинки, и вперёд меня вышел охранник.

– Михаил Владимирович, – голос дрожит, охранник будто отчитывается перед строгим родителем, – у них пропуск. Гости требуют личной встрече с вами.

– Пропуск? – переспросил мужчина, переведя взгляд на меня. – Ну хорошо.

Деловитый мужчина вышел из-за стола и ладонью подозвал к себе Игоря. Охранник прильнул к нему как голодная псина к хозяину, наклонил голову, будто подставляя сальную макушку для поглаживания. Борис Михайлович наклонился к его уху и что-то быстро нашептал. Что именно – я не расслышал, но точно что-то важное. Важное настолько, что охранник бегом покинул кабинет, толкнув Зазулю. Нечаянно, конечно же, иначе по лестнице он грохотал не подошвой своих ботинок, а лицом.

– Меня зовут Крябов Михаил Владимирович, я глава посёлка Гуляйполе. Чем могу служить?

Наконец в кабинет вошла Зазуля. Она встала рядом со мной, представилась. Чтобы все формальности были соблюдены и не возникло лишних вопросов, она в который раз достаёт пропуск и даёт мужчине увидеть заветную печать. Пока он разглядывал бумагу, я обратил внимание на его стол. Среди ровных стопок бумаг, чернильницы из дорогого камня и деревянного светильника особое внимание привлёк серебренный поднос со стеклянным кувшином и бокалов, отбрасывающим на лежащую напротив кожаную папку солнечного зайчика. Стакан с водой, от которого я сейчас бы точно не отказался. Я неосознанно облизнул губы, за что немедленно себя отругал. Нельзя выдавать слабости, на них могут сыграть.

– Хорошо, – спокойно говорит мужчина. – Вы же приехали сюда не для того, чтобы тыкать пропуском мне в лицо?

– Мы ищем Сергей Сергеевича, – говорит Зазуля.

Мужчина немного помолчал, поочередно окидывая нас своим хитрым взглядом.

– У меня в посёлке проживает дюжина мужчин с похожим именем и отчеством. Можно чуть больше конкретики?

– Я думаю, вы прекрасно понимаете, за каким именно Сергей Сергеевичем мы прибыли.

Мужчина снова утих. Глубокие раздумья он ловко маскировал блуждающим взглядом по нашим доспехам, чьей целью было заставить поверить нас в его глубокое непонимание наших намёков. Но в очередной раз нарвавшись на строгий взгляд Зазули, он вдруг меняется в лице, становясь мягче и более разговорчивее.

– Зачем? – тут же спрашивает он, посмотрев на нас умным взглядом.

– Это вас не должно касаться. Просто скажите нам, где его найти.

Мужчина как-то странно отреагировал на слова Зазули. Вначале он будто подавился, а потом и вовсе залился смехом. Он даже уселся обратно в кресло, чтобы только успокоиться. Когда нездоровый смех наконец умолк, мужчина поднял стакан и начал пить. И пил до тех пора, пока последняя капля не упала на его губы.

Он облизывает губы, и говорит. Говорит уверенно, да так, что нельзя не поверить.

– Ваше требование невозможно.

– Поясните, – требует Зазуля, с трудом сдерживаясь, чтобы не повысить голос.

Мужчина ставит стакан, откидывается на спинку кресла. Он устало выдыхает, складывая пальцы рук домиком, а потом говорит:

– Сергей Сергеевич мёртв.

Неожиданно, но мы допускали подобное развитие ситуации. Слова Крябова не стали для нас сюрпризом. Живём в небезопасное время, в любой момент может случиться всё что угодно. И даже то, чего практически невозможно представить. БТР, сносящий тебя вместе с воротами. Или огромную медведицу, прыгающую на тебя с борта БМПэхи. Или как вам такое – вы уходите в поле чтобы справить нужду, а вам в штанину заползает сороконожка размером с вашу руку и оплетает ногу. Скорее всего это будет ваш последний выход в поле. Нужно всегда смотреть под ноги, особенно там, где садишься.

– Вы уверены? – спрашивает Зазуля.

– Абсолютно.

Лицо мужчины выражало спокойствие. Находясь в душном кабинете с двумя незнакомцами, он держался уверенно, я бы даже сказал – слишком. На его фоне глупцами казались мы, ведь это нам пришлось проделать весь этот путь и в конечном итоге услышать – вы опоздали.

Я посмотрел на Зазу. Женское лицо мялось рывками, с вязкой тяжестью переваривая услышанное. Внутри неё шла борьба, неравная, в которой смирение рано или поздно одержит победу. Мы не можем вернуться к Югову с пустыми руками. Мы обязаны во всём разобраться.

– Нам нужны доказательства, – потребовал я у Крябова.

Глава 3

Под доспехом быстро скопился пот.

Желание сорвать с себя нагрудник и расчесать когтями липкую кожу сводило с ума. Хотелось пить, но наши запасы воды остались в машине. Я кривил лицо, каждое движение вызывало зуд. Трезвость разума сохраняли новости о смерти Сергея, погрузившие меня в глубокие раздумья. Нет никакого смысла скрывать тот факт, что весть о смерти разыскиваемого нами человека меня огорчила. На кону жизнь Олега. И ниточка, ведущая к его спасению, вдруг оборвалась. А вдруг без этого Сергей Сергеевича нам ну никак не удаться спасти Олега? Неужели этот таинственный человек является неким ключом к спасению, и без него мы не сможем преодолеть ряд дверей, за которыми и прячут Олега?

Нет! Всегда есть другой выход, нужно искать лучше, придираться к каждой детали и, наконец, бросать взор не только к своим ногам.

– Душно сегодня, – произнёс Крябов, – надеюсь – к дождю. Я бы предложил вам присесть, но боюсь вы своими доспехами можете испортить мою мебель. Но я буду плохим хозяином, если не предложу вам водички?