Лада Зорина – Предатель. Ты нас (не) вернешь (страница 10)

А потом что-то случилось, верно? Что-то случилось такое, что заставило его осознать, как страшно он ошибался.

Но ведь ничего уже не вернёшь.

Ничего не изменишь.

И всесильный Артур Барханов остался, как и любой другой простой смертный, в дураках.

Карма, Артур. Карма — беспощадная и неумолимая дама.

— Оправданий, — я усмехнулась, ощущая, как по телу прокатываются отголоски покидавшей моё тело нервозной дрожи. — Я не собираюсь строить никаких оправданий. Разве мои выдумки смогут тягаться с той достоверной информацией, которой владеешь ты?

Уж не знаю уловил ли он мой сарказм и прозрачный намёк на то, насколько достоверной была информация, раз в ту пору он умудрился подумать, что я носила под сердцем чужого ребёнка.

— Поэтому нет, — качнула я головой, — никаких оправданий, Барханов, ты от меня не дождёшься. А вот твои оправдания я бы послушала.

Глава 14

— Мои оправдания? — мне казалось, он сейчас рассмеётся. — Не понимаю, о каких оправданиях ты говоришь.

Нет, я не позволю его самоуверенности подавить меня ещё до того, как я попытаюсь потягаться с ним в этой неравной борьбе.

— Как ты узнал о том, что происходило в поездке? — я сканировала его пристальным взглядом, боясь пропустить хотя бы намёк на изменения в его настроении.

Но зря я надеялась, что он позволит мне перехватить в этом споре инициативу.

Барханов и бровью не повёл. Хотя я ожидала, что примется издеваться.

— Николая Самсонова помнишь? — огорошил вопросом.

Мне пришлось на секунду задуматься. Я помнила только одного Самсонова Николая. Он был моим коллегой, до того как я оставила прежнее место работы.

— Самсонов? — внутри уже нехорошо холодило. — Он у нас в юротделе работал. А он здесь… при чём?

— При том, что Самсонов уважал не только юриспруденцию, но и деньги, — усмехнулся мой бывший муж. — До того уважал, что на приработок согласился.

Вот теперь понимание вогнало в меня свои острые когти и потянуло.

— Он… шпионил за мной? — прошептала я с отвращением.

Благообразный молодой человек. Предельно тактичный, не болтливый, серьёзно относившийся ко всему, за что брался.

Вот и к своей подработке, видимо, предельно серьёзно отнёсся.

— Ты подкупил Самсонова…

— Я с ним пообщался, — поправил меня Барханов. — Когда начал подозревать, что у тебя на рабочем месте складывается нездоровая атмосфера. При этом ты об этой атмосфере упорно молчала. И это могло значить только одно: тебя всё устраивало.

Боже мой, какой бред…

— Я ничего тебе не говорила, потому что говорить было не о чем! — крикнула я. — Начальство не позволяло себе ничего, за что я должна была бить в колокол и мчаться с жалобами на него! Но ты поступил, как всегда поступал. Исходя только из собственных выводов и соображений! Ты никогда со мной не считался!

— Это полнейшая чушь! — синие глаза гневно сверкнули. — Я сделал выводы, когда на одной из вечеринок твои коллеги-подружки без всякого стеснения при всех принялись шутить о том, как к тебе вечно клинья кто-нибудь подбивает. Какого чёрта я должен был это терпеть?

— А со мной об этом поговорить ты не догадался?

— Я что, жалобщик какой-нибудь? Сам не смогу разобраться? — громыхнул Барханов, оторвал ладонь от спинки стула и хрястнул ею по столу так, что я подскочила. — Ты бы ответила, чтобы я не переживал! Что ничего такого не происходит. Ты и сейчас так считаешь!

— Потому что ничего и не было! — рявкнула я. — А ты сам себя перехитрил, Барханов. Ты сам во всём виноват! Сам всё разрушил! Ты даже не понимаешь, какую ошибку ты совершил!

Кажется, мои крики его отрезвили.

Я не собиралась орать, но его повышенный голос заставлял и меня свой повышать. Опять я чувствовал себя бесправной. Со мной не считались. Меня не слышали. Моё мнение не имело никакого значения.

Господи, как я сейчас ненавидела этого человека…

— Моей единственной ошибкой было поверить всей информации скопом, — наконец ответил он через силу.

Видно было, что даже сейчас ему сложно было признать, как страшно он просчитался.

— Я поверил всему. Особенно когда ты с такой настойчивостью засобиралась в командировку. Носилась с ней, будто в отпуск собралась. Дождаться её не могла. И уезжала-то не на вшивую пару дней. На месяц.

И это добавило в копилку его подозрений.

Барханов, какой же ты идиот…

— Я рвалась туда, потому что по результатам этой рабочей поездки меня ждало повышение. Не терпелось похвастаться. А потом я узнала…

Горло сжалось, не дав договорить.

А потом я узнала куда более важную новость. И обратно мчалась словно на крыльях уже не хвастаться мужу своими карьерными достижениями, а порадовать куда более важными новостями.

Порадовала. Да так, что запомнилось на всю жизнь.

— К тому времени мне уже всё доложили, — сухо отозвался бывший супруг.

— И ты решил это «отпраздновать», — горько обронила я. — Со своей секретаршей.

Я помолчала.

— Ты не имел права верить постороннему человеку. Сколько бы ты ему ни заплатил.

— Не пытайся выставить меня виноватым, — набычился снова Барханов. — В номере своего начальника ты ночевала. Он тебе завтраки в постель таскал. Да, я знаю и это. Я знаю всё!

— Ничего ты не знаешь, — всхлипнула я.

Барханов прищурился и собирался что-то ответить, но у меня за спиной в дверь предупредительно постучали. Спустя пару мгновений она отворилась, и в чайную комнату заглянула девушка в форме горничной.

— Ой. Добрый вечер. Извините, что помешала.

Её обеспокоенный взгляд перебежал на Барханова.

— Артур Анатольевич, а вас спрашивают.

— Кто?

— А… ну… ваша невеста.

Глава 15

— Невеста? — невольно вырвалось у меня.

Информация оказалась настолько внезапной, что слова сами слетели с моего языка.

Так у Артура, оказывается, новый брак на носу…

— Юля, я занят, — обратился бывший муж к горничной, пропустив мой вопрос мимо ушей. — Передай.

Прислуга на прощание бросила стремительный взгляд на меня и скрылась за дверьми чайной комнаты.

— Эти две вещи как-нибудь связаны? — в моём голосе волей-неволей прорезалась сталь.

И Артур это заметил. Приподнял тёмную бровь.

— Твоё желание отобрать у меня сына и твоя будущая свадьба, — пояснила я, прислушиваясь к своим ощущениям.

Новость о его скором браке немного выбила меня из реальности. За последнее годы о Барханове в светской хронике много слухов ходило. За такими новостями я не следила, но он слишком заметная фигура в бизнесе, слишком уж на слуху. Поэтому время от времени какие-то обрывки новостей, хотелось мне того или нет, долетали и до меня.

Его считали закоренелым холостяком. И женщин он менял как перчатки. Первое время, когда в материалах язвили о том, что таким его сделал первый неудавшийся брак, всё внутри буквально кровоточило. Потом научилась вообще внимания на эту желтушность не обращать.