L Veyron – Цена живого огня (страница 10)

Молоты били слишком медленно для котельной. Между ударами проходило ровно семь вдохов.

Камера Марена Келя находилась на предпоследнем ярусе. Заключённый сидел на полу, прислонившись к стене, и разбирал деревянную ложку на тонкие полосы. Ему было около тридцати пяти. Тёмные волосы давно не стригли, на подбородке лежала короткая неровная щетина. Правая нога была вытянута; на колене виднелся старый фиксатор.

— Госпожа мерительница, — сказал он, не вставая. — Если вы пришли установить, чувствую ли я страх перед смертью, ответ — да. Можете не доставать приборы.

— Я пришла из-за тоннелей под тюрьмой.

Он продолжил расщеплять ложку.

— После заката они станут вашей проблемой без моего участия.

— Семь лет назад вы проводили здесь обследование.

— Я проводил сотни обследований.

— Вчера одна из скрытых линий изъяла чувство боли у целого квартала.

Деревянная полоска сломалась в его пальцах.

Кель поднял глаза.

— У какого квартала?

— Старый Риальт.

— Сколько времени?

— Около трёх часов.

— Другие потери?

— Звук металла. Возможно, готовились ещё три сбора.

Он встал, заметно бережно перенося вес на правую ногу.

— Покажите ладони.

— Зачем?

— Вы размыкали контур.

Иара не спросила, откуда он знает. Сняла перчатки. Красные линии дошли уже до запястий.

Кель подошёл к решётке. Его раздражение исчезло, уступив сосредоточенности.

— Сколько прошло через вас?

— Около шести тысяч мер.

— Тогда вы должны быть мертвы.

— Это не самый полезный вывод.

— Другого пока нет.

Он попросил её повернуть руки, рассмотрел линии, не касаясь кожи.

— Поток был разделён. Вы не приняли его, только перенаправили.

— Вы знакомы с мерной техникой?

— Я знаком с трубами. Маги любят делать вид, что их сила не подчиняется обычной механике. Потом удивляются, когда давление разрывает им сосуды.

— Куда ведёт линия из Старого Риальта?

— Если это та линия, о которой я думаю, не сюда. Тюрьма построена поверх распределительного узла. Здесь только один из затворов.

— Узла чего?

Кель отступил от решётки.

— Сначала скажите, кто подписал ваше разрешение.

— Мастер Лоден.

— Значит, официальное следствие уже закрывают.

— Почему?

— Потому что вы пришли ко мне не с конвоем, а с поддельной бумагой.

Она ничего не ответила.

— И потому что кольца запустились, — продолжил он. — Семь лет назад я нашёл под мастерскими трубу без назначения. Она была старше города, но к ней подключили новые медные ветви. Я потребовал вскрыть кладку. Через неделю меня перевели на западную границу. Ещё через год мост, который я отказался принимать, обрушился вместе с гарнизоном.

— Суд установил, что вы изменили расчёты опор.

— Суду показали расчёты с моей подписью.

— Она была поддельной?

— Нет. Подпись настоящая. Листы заменили после того, как я их подписал.

Простой ответ прозвучал убедительнее длинного оправдания.

Иара вынула из кармана нить. Даже сложенная в несколько раз, она повернулась к центральному колодцу.

Кель побледнел.

— Уберите её.

— Почему?

— Потому что любой приёмник в здании почувствует след.

Снизу перестали бить молоты.

Конвоир у двери выпрямился.

— Что случилось?

Из глубины колодца донёсся скрежет подъёмника.

Кель схватился за решётку.

— Если хотите узнать, куда ведёт линия, выведите меня отсюда сейчас.

— Я не могу освободить приговорённого.

— Тогда через несколько минут нас обоих допросят люди, которые умеют забирать не только боль.

На верхнем ярусе хлопнула дверь. Послышались шаги. Не торопливые — уверенные, равномерные.

Кайр Оссар не мог знать, куда она отправилась, если только советник Вейл не следил за Палатой ещё до заседания.

Иара повернулась к конвоиру.

— Начальник приказал привести заключённого в измерительную комнату.