18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Л. Шэн – Прекрасный Грейвс (страница 35)

18

Джо безучастно улыбается, но ничего не отвечает. Интересно, будет ли мне так же больно, если я услышу что-то подобное о Доме. Но потом я вспоминаю, что недавно нашла ожерелье в его спальне, и пусть я слегка разозлилась на него, но не было ощущения, что меня разрубили на мелкие кусочки и скормили аллигаторам.

Я понимаю, что мне незачем ревновать Джо. Уж тем более когда Дом рассказал ему о том, что мы будем забавляться в постели все выходные. Но дело в том, что чувствам плевать на логику.

– Дай ей шанс, брат. Серьезно. Просто хотя бы… пригласи ее на свидание, – Доминик весь расплывается в сияющей улыбке, излучая положительную энергию. И уж очень он ею преисполнен. Как можно быть настолько позитивным по жизни?

– Ага. Не помешало бы. – Джо ставит свой старенький Jeep Cherokee на стоянку. До меня доходит, что мы уже подъехали к нашему входу. Джо сползает с водительского сиденья и вытаскивает чемоданы. Я наблюдаю за тем, как напрягаются мышцы его рук под футболкой, и вспоминаю, как они выглядели, когда я сжимала их, пока он входил в меня в ту самую ночь на пляже. Джо и Дом по-братски обнимаются, хлопая друг друга по спине.

– Счастливого пути, братишка! – восклицает Джо.

– Спасибо, что подбросил.

Затем Джо направляется ко мне, пока Дом возится с рюкзаком в поисках наших паспортов. Он прижимает свою руку к моей пояснице в легком, но собственническом объятии. Его губы скрываются в гриве моих рыжих волос.

– Предложение остается в силе, – шепчет он. – Никакого веселья. Только лишь творчество, не более.

– И вам с Пресли хорошо оторваться, – прошипела я в ответ, не в силах сдержаться.

– Ты такая милая, когда проявляешь заботу. – Он спешно и будто бы невинно целует меня в щеку. – И я полностью намерен это сделать.

Прежде чем я успеваю что-либо сказать, прежде чем я успеваю пнуть его и закричать, как он посмел, он отъезжает.

Дом закидывает руку мне на плечо.

– Ну что, детка, поехали?

Искусственное блаженство.

Вот такими словами моя мама окрестила пригородный образ жизни. И именно поэтому она настояла на том, чтобы мы остались в Сан-Франциско, даже когда все друзья моих родителей разъехались по маленьким городкам, окружавшим наш большой. Кто-то живет в Лафайете, кто-то в Оринде, кто-то в Тибуроне. А кто-то и вообще уехал в Саннивейл. Мама называла их поступки выдуманной радостью жизни. Людям кажется, что если они будут жить в большом доме, водить большую машину, выращивать большой огород, то их жизнь станет лучше. Но богатство не всегда равно счастью. В любом большом городе вас ждет борьба за выживание, и эта самая борьба не даст вам расслабить булки.

Сейчас мне больше по вкусу именно пригород.

– Оно тебе не напоминает Чубакку? – Показываю на какое-то дерево, пока мы проводим время в Вьехо Сан-Хуан на следующий день после того, как Джо высадил нас, забрав мою душу себе в карман.

Мы с Домом только что закончили есть самые вкусные в мире конфеты с кокосом и крабовые эмпанадас, а теперь отправляемся на романтическую прогулку по узеньким брусчатым улочкам. Старинные постройки поражают своим калейдоскопом пастельных тонов, а мой парень никогда не был так великолепен и внимателен к деталям.

– Чу… кто? – Дом склонил голову набок, уставившись на дерево, покрытое испанским мхом.

– Чубакка! – с восклицанием произношу я.

– Только не смейся, но эта культурная отсылка пролетела мимо меня со скоростью света, – Дом посмеивается.

– Ты что, никогда не смотрел «Звездные войны»? «Эпизод I: Скрытая угроза»? Название «Войны клонов» хоть о чем-то говорит тебе?

– Не-а.

– С ума сойти, Дом! Как такое возможно?

– Понятия не имею. – Он вскидывает руки вверх, смеясь. – Я просто… Наверное, я проходил химио-терапию в тот момент, когда все остальные дети тащились от этого.

Моя улыбка тут же спадает, и я чувствую себя полной идиоткой из-за того, что не подумала об этом. Дом замечает мою реакцию и бросается обнимать меня.

– Да ну что ты. Не расстраивайся, крошка. Исправь ситуацию. Начни с меня. – Он целует меня в губы. Я таю в его объятиях. От него так приятно пахнет. А осязать его столь же приятно.

Что не так с жизнью в пригороде? Размышляю я про себя. Не зря этот образ жизни так популярен.

– Позволь же мне познать этот мир. Просвети же меня в плане этой Чубанки.

– Чубакки.

– Ну да. Я про нее.

– Про него, – я смеюсь и тащу его в сторону отеля. – Пошли, проведу тебе лекцию по истории.

– Раз уж мы об этом заговорили, то и по анатомии я тоже был бы не прочь что-нибудь послушать. Ну это так, к слову.

Я потрепала его по груди, внезапно почувствовав себя легкой и счастливой. Нора права. Дом – тот, кто мне нужен. Он меня смешит. Радует меня. Он не такой черствый, бессердечный и трудновосприимчивый, как его младший брат. Если бы он был городом, то точно не Сан-Франциско. Он не грязный и не холмистый, без метро, что по мне одно из худших изобретений в истории человечества (ни за что, мать вашу, на свете больше не сяду в поезд).

– Ну и затронем немножко анатомии, – пообещала ему я.

– Спасибо, что согласились, учитель.

На протяжении следующих дней мы с Домом едим мофонго[14], заваливаемся в казино и проводим много времени в постели. К тому моменту, когда мы садимся в самолет, я ощущаю все более тесную связь с ним. Чувствую себя более уверенной в наших отношениях. Да, Джо оказался сюжетным поворотом в моей жизни. Стал горьким напоминанием о том, как бы мы стали относиться к нашему прошлому с ним. В момент нашей новой встречи я словно перестала чувствовать почву под ногами, но я быстро вернулась в строй. Я не позволю Джо снова разрушить мое счастье. В следующий раз, когда мы заговорим, я сама подтолкну его к свиданию с Пресли. Может быть, мы даже устроим двойное свидание. И таким образом пресечем еще в зародыше все потенциальные сомнения по поводу нас с ним.

Вселенная все предусмотрела: после того, как мы приземляемся в аэропорту, мы заказываем такси вместо того, чтобы Джо заехал за нами. Я не интересуюсь у Дома, почему Джо не приедет за нами. Но он все равно объясняет.

– Завтра у мамы день рождения. Ей исполнится шестьдесят. Джо уехал в Дувр на выходные. Я понимаю, что делаю все в последнюю минуту, но ты не будешь против, если завтра вечером мы отправимся к ним домой на ужин? Уверен, что для нее это важно.

– Поехали, конечно! – я широко улыбаюсь ему.

– Спасибо тебе. – Он берет мою руку и целует ее.

Когда мы приезжаем в Салем, я прошу водителя высадить меня из машины первой. Мне нужно убедиться, что с Локи все в порядке. Оказавшись в квартире, я обнаруживаю на холодильнике записку от Норы.

Дрыхнем (От Кольта)

Надеюсь, вы неплохо оторвались

в Пуэрто-Рико.

Целую, обнимаю

Я срываю ее и выбрасываю в мусорное ведро, попутно ищу Локи. Нора перестала себя чувствовать ужасно виноватой за то, что проводит столько времени с Кольтом. И я только рада за них. Честно говоря, и желание удавиться вдруг сразу пропало. Было бы неплохо, если бы она съехала в конце месяца. Надо бы не забыть напоминать ей об этом почаще.

А Локи раскинулся на моей кровати. Он увлеченно уставился на меня, моргнул один раз, как бы убеждаясь в моем присутствии. Когда я тянусь, чтобы погладить его, он подставляет мне свое пузико и наклоняет подбородок вверх, чтобы я могла погладить его шейку так, как он обычно любит.

– Соскучился по мне? – устало спрашиваю я. Он закатывает глаза, встает и выходит из комнаты.

Я принимаю душ, забрасываю все вещи в стирку, пытаюсь дозвониться до папы (и уже в какой раз слышу в ответ только автоответчик) и наслаждаюсь идеальным завтраком в виде хлопьев «Риз Паффс». На моей доске до сих пор висят эскизы надгробий, которые остались с той недели, когда я встретилась с Джо. Я разглядываю их, но вдруг что-то внутри меня замирает, и я понимаю, что Джо был прав. Когда мы не видимся, то даже не притрагиваемся к творчеству. А когда я не рисую, сразу как-то грустно становится.

Возвращаюсь в гостиную, чтобы выключить там свет, но прежде чем лечь в постель, я вижу что-то, чего все это время не замечала. Пачку бумаг формата А4, просунутую в щель под входной дверью. На одной из них даже остался отпечаток моего ботинка. Я опускаюсь на колени и собираю их. Даже гадать не стану, от кого они. Уж тем более раздумывать о том, что на них написано. Я и без этого уже поняла.

Собираю разбросанные вразнобой страницы. Разумеется, для Джо не существует такой штуки, как степлер. Все написано от руки, на бумаге слились воедино два сильнейших циклона из синих и черных чернил. Должно быть, ему понадобилась далеко не одна ручка.

Подобрав страницы трясущимися руками, я начинаю читать отрывки.

…разумеется, Керуак во всем виноват. Ведь это он говорил, что писатели нуждаются в новом опыте так же сильно, как цветы нуждаются в свете солнца.

Ведь это он заставил юного Джека пуститься в долгий путь и колесить за пределы штата, мимо кукурузных полей и небоскребов, ехать буквально за горизонт. И вот, поневоле, именно он надоумил Джека встретиться с ней.

…после того как Джек потерял машину и был вынужден добираться автостопом, он вечерами было ложился на траву и глядел в небо. Он мечтал пробить в нем дыру, а затем проскользнуть через нее. Мечтал исчезнуть в совершенно другой, гораздо лучшей вселенной. Вселенной, в которой люди, которые обязаны быть вместе, остаются вместе. Джек купался в грязных прудах и ел из мусорных баков. И все же самый остросюжетный момент его жизни произошел под ночным небом. Небом ясным, чистым и усеянным звездами. Стоило лишь закрыть глаза, как он увидел ее. Ту самую девочку. Возможно, она была уже на тот момент постарше. Какой бы она ни была, она завладела его сердцем. Однако ее сердце не принадлежало ему.