Л.Люмен – Шаманка (страница 4)

– О, мисс Кэтрин, проходите мисс, присаживайтесь, разделите со мной это время тягостного ожидания! – протянул он жалобливо-визгливым голосом, завидев меня в дверном проеме.

– Мистер Уиллис, что же Вы не дождались вечера, чтобы отпраздновать со всеми вместе, – сказала я, глядя на пустую бутылку.

– Вечера?! – рявкнул он, словно его резали. – А они ждали? А они спросили меня, чего Я хочу? А? Вам взялось думать, будто я тут решаю, что и когда мне делать?

Я совершенно не понимала поток его несвязной речи, но такая картина была перед моими глазами уже не в первый раз.

– Мистер Уиллис, мне необходимо посетить склад. Не могли бы Вы меня сопроводить или дать ключи, как обычно?

– Склад! Хе-хе, хорошенькое дельце Вы удумали. Нечего Вам там сегодня делать, сдался всем мой склад, будто он полон золота шаманов! Взяли привычку ходить ко мне, экие негодники. Я все знаю, все понимаю, кто и что затевает! – И он пригрозил мне кулаком, прищурив глаза.

Зная, что завтра он уже будет сожалеть об излишне выпитом и жаловаться, словно малое дитя, на плохое самочувствие, я решила, что лучше мне перенести свой визит и поспешила удалиться.

– Как скажете, мое дело может потерпеть до завтра.

– Завтра, – приглушенно сказал он мне вслед, увидев, что я собираюсь уйти, – завтра меня здесь не будет!

Он опрокинул очередной стакан, после чего его взгляд стал стеклянным, а улыбка бессмысленной.

Я пожала плечами и прикрыла за собой дверь.

Наступил вечер, и воздух наполнился сладкими, пьянящими звуками музыки и смеха. Длинные столы, сколоченные на скорую руку, теперь ломились под тяжестью жареной дичи, дымящихся пирогов и кувшинов с темным элем. Всю поляну, укрытую шатром от края до края, окутывало теплое сияние бесчисленных фонариков. Молодожены сидели на импровизированном троне, принимая поздравления. А вокруг них народ веселился и танцевал.

Едва я переступила порог зала, я второй раз за день натолкнулась на Уорена. Это являлось исчерпывающим подтверждением того, что день не задался. Он держал в руках две кружки эля и, судя по направлению движения, нес их кому-то через весь зал. Наши взгляды встретились на мгновение – случайно и неизбежно.

– Мисс Динн. Мирный дар, – сказал он мне, протягивая одну кружку. – Не отравлен, в отличии от всей этой праздничной атмосферы.

– Я не буду пить с тобой, – сразу же отрезала я.

Уорен, нисколько не смутившись, поставил кружку на бочонок рядом и облокотился на него.

– Правильно. Нужно сохранять трезвость ума. Особенно когда вокруг так много… искушений. – Он сделал паузу, оглядывая пьянеющую толпу. – Например, искушение станцевать.

Он смотрел прямо на меня, а я на него, пытаясь разгадать его игру. Мы оба молчали.

– Я, кстати, отмечался на курсах подготовки. – Уголок его рта дернулся. – «Взаимодействие с местным населением для поддержания видимости гармонии». Там был целый модуль про танцы как акт перемирия.

– Поздравляю, теперь можете попрактиковаться с кем-нибудь. – Я намеренно перешла на «Вы».

– Пробовал, – кивнув, ответил он сухо. – У всех здесь сегодня желание выйти замуж за Стражника. Слишком опасные варианты. Ты – идеальный кандидат. Мы уже ненавидим друг друга. Никаких недопониманий. Чисто деловая операция: три танца за то, чтобы нас оставили в покое до конца вечера. Подумай.

Я решила ничего не отвечать, так и не разгадав его замысел, и замахала Беатрис, наконец-то увидев ее в толпе.

Мы с Беатрис отошли чуть в сторону, где музыка не заглушала голос. Она рассказывала мне о своей жизни с Даком и подготовке к материнству. Я радовалась за них всей душой, видя, как она счастлива, хотя совершенно ничего не понимала в детях и в том, что она мне рассказывала. Последнее время нам не так часто удавалось побыть наедине, и я была просто рада снова оказаться в ее компании. Вдруг она устремила взор в толпу и замолчала. Я обернулась в направлении ее взгляда.

– Триса, иди, поищи-ка своего мужа. – Словно из ниоткуда появился Стражник. – Кажется, он крепко выпил и сейчас схлопочет от Стражников.

Она испуганно извинилась передо мной и тотчас смешалась с толпой.

Прошло полчаса, музыка стала громче, собравшиеся – развязнее. Я решила пробраться к выходу. Уорен стоял на прежнем месте у стола, а рядом с ним пустая бутылка. Теперь он казался более расслабленным, а в глазах появился его фирменный опасный блеск. Увидев меня, он ловко преградил мне путь, подойдя так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло.

– Бегство, мисс Динн? – Его голос стал тише, бархатистей, с легкой хрипотцой. – С поля битвы? А я только собрался предъявить свои условия капитуляции.

– Отойди, Уорен. Ты пьян! – Если бы он продолжил наступление, я была готова оттолкнуть его.

– Пьян? Возможно. Но трезв настолько, чтобы знать: это платье… – он сделал легкий жест в сторону моего зеленого платья – …на фоне этих вышитых ужасов – самое красивое, что я видел с тех пор, как последний раз наблюдал, как солнце садится за изумрудное моховое поле. И это – не комплимент. Это – приговор твоему вкусу. Слишком… аутентично. Выделяешься.

Он сделал шаг ближе, нарушая личное пространство. От него пахло дымом и градусом.

– Я тут подумал, – продолжил он почти шепотом, – мы оба – плохие актеры на этом празднике жизни. Так давай сыграем одну хорошую сцену. Танцующую пару. Никто не поверит, что между нами мир, но все поверят, что ты меня терпеть не можешь. А это – лучший камуфляж.

Я попыталась отступить назад, но моя спина уперлась в косяк.

– Это чушь.

Уорен внезапно улыбнулся – не своей едкой усмешкой, а медленной, рискованной улыбкой, которая поменяла все его лицо.

– Согласен. Поэтому это и сработает. – С этими словами он наклонился так, что его губы оказались в сантиметре от моего уха. – Я буду вести. Буду считать. И, клянусь своей проклятой душой, буду стараться не наступать тебе на ноги. А ты просто постарайся не сломать мне пальцы, когда я буду держать твою руку. Взаимовыгодное предложение.

Он отстранился и протянул мне руку ладонью вверх. Это был вызов. В его позе отражалась какая-то животная, уверенная грация. Это было приглашение сыграть в опасную игру, где правила знает только он.

Я замерла на месте, глядя на его руку. В моей голове была полная каша. Ненависть, страх, детские воспоминания, и это новое, пьяное, обольщающее выражение в его глазах.

– Я… я не…

Я подумала, что ни за что не пойду на это безумие, и пока я подбирала слова, Уорен снова заговорил, так и не дав мне сказать хоть что-то.

– «Я не танцую с врагами». Знаю. Но я сейчас не враг. Я – твой единственный шанс не сойти с ума от тоски посреди этого веселья. И, между нами… – он понизил голос до интимного шепота – …я танцую чертовски хорошо. Для Стражника.

В этот момент музыка поменялась на медленную. Он не отвел руку. В его взгляде была и насмешка, и обещание, и что-то такое, что заставило сердце биться чаще не только от злости. Я почувствовала какое-то гипнотическое, почти насильственное вовлечение от этого его взгляда, который выворачивал наизнанку, от этого тихого, интимного тона посреди всеобщего гама.

– Они все равно уже все про нас думают. – Он прошептал это почти беззвучно. – Давай покажем, что мы можем стоять так близко и не убивать друг друга. Это будет наша маленькая личная победа. Над ними. Над всем этим.

И тогда он сделал нечто, от чего у меня перехватило дыхание. Он медленно провел тыльной стороной указательного пальца по моей ладони, лежащей вдоль тела, и от этого теплого, мимолетного прикосновения шероховатой кожей по руке пробежал электрический разряд. Я вздрогнула, как от ожога. Моя рука непроизвольно дернулась, а он тут же поймал это движение, и его пальцы мягко, но неотвратимо сомкнулись вокруг моего запястья, как защелка.

В панике я понимала, что должна вырваться сейчас же, сказать что-то колкое или ударить его, но почему я окаменела?

– Пусти, – выдохнула я, но в этом голосе не было силы, только хрип.

– Слишком поздно. Ты уже ответила. – Он провел большим пальцем по бьющемуся пульсу на моей руке. – Твоя кровь ответила за тебя.

И он потянул меня к себе с непреодолимой, плавной силой течения, увлекающей за собой. Мой разум протестовал, но тело, обманутое этим гипнотическим взглядом, этим шепотом, этим предательским прикосновением, подчинилось. Я сделала шаг, потом еще один, мои ноги двигались, будто заведенные, увлекаемые магнитом его присутствия.

«Вот так. Вот я уже иду. Сквозь толпу. Все смотрят. Боги, они все смотрят. А он… он не смотрит на них. Он смотрит на меня. Так, как будто мы одни в этом проклятом зале!» – мысленно я сгорала заживо.

Он положил мою руку себе на плечо, его ладонь легла мне на талию – властно, заявляя права. И музыка не оставила никаких шансов.

– Не думай. Считай. Раз… и… два… – Его голос прозвучал у меня над ухом, а губы почти касались мочки. – Видишь? Мы еще не убили друг друга. Это уже успех.

Но я не могла считать. Я могла только чувствовать. Чувствовать жар его руки сквозь тонкую ткань платья. Чувствовать, как мое собственное предательское тело отзывалось на его ведущий ритм. Чувствовать, как стены моей ненависти дали трещину под натиском этой странной, невыносимой близости.

Я не давала согласия. Но он его каким-то образом взял! И самое ужасное – где-то в глубине, под слоями гнева и обиды, часть меня не сопротивлялась. И это пугало меня больше, чем все Стражники вместе взятые.