Л. Эндрюс – Король Вечности (страница 31)

Невольно земля, отказавшись от поглощенных ею страхов за время сражений, предложила кровь и ужас маленькому ребенку, который никогда не должен был их наблюдать.

Но с тех пор я держала свою магию в узде, стараясь не переходить границы, боясь, что она затянет меня на дно, но хватило одного прикосновения, чтобы агония начала сковывать горло.

Ощущения подсказали, что это место не было сожжено огнем. В моем сознании вихрь теней окутал некогда оживленный и живописный островок, следом на язык попал странный привкус. Не дым и не пепел, как полагается в охваченных пламенем землях, а горьковатый вкус трав и эликсиров, создавших уникальный аромат, словно дождь на ветру.

Мне и прежде доводилось ощущать магию в земле, ведь каждая сила несла в себе разные эмоции и обладала своим вкусом.

Здесь тоже присутствовала магия. Темная магия.

Ребенок пронзительно завизжал, но звук напоминал суетливое барахтанье в воде. Однако этого оказалось достаточно, чтобы вырваться из цепкой хватки растерзанной земли.

Я резко распахнула глаза, руки лихорадочно дрожали. Прежде чем меня осенила догадка, что здесь произошло нечто ужасное, девочка засияла и захлопала от восторга. Черт возьми, там, где ладонь касалась сморщенного стебля, теперь распускался блестящий золотой цветок. Такое растения мне еще не встречалось. Угловатые лепестки ярко мерцали, словно сделанные из настоящего золота, а листья больше всего напоминали клевер.

Я похоронила свое нарастающее беспокойство относительно темной магии, жившей в земле, и вынужденно улыбнулась девочке. Она смущенно заулыбалась в ответ, а затем бросилась обратно к своему народу, на ходу выкрикивая что-то непонятное.

Чувство гордости всколыхнулось в глубине души. Мой хаос внушал мне страх, но, по крайней мере, сегодня он помог ребенку спокойнее смириться с утратой.

Но вскоре ощущение удовлетворения развеялось как дым.

– Что ты сделала, Певчая птичка?

Глава 19

Змей

Ливия, поднявшись с песка, стряхнула прилипшие частички с колен и с нескрываемым презрением уставилась на меня.

– Я всего лишь рассмешила ребенка. Если ты находишь это настолько мерзким, тогда душа твоя просто отвратительна.

Я слушал лишь вполуха. Все мое внимание было приковано к блестящему цветку, пробивающемуся сквозь землю, отравленную Тьмой. Дайра почти месяц назад послала в королевский город весть о новом островке, пораженном чумой. Но ей показалось, что она начала распространяться довольно необычно, поскольку обошла лотосовые поля стороной. Потом напавший Люсьен, захотевший присвоить себе цветы.

Что-то неправильное скрывалось в моментально захватывающей земли заразе, а теперь ситуация стала еще хуже.

Здесь, на проклятой почве, моя маленькая Певчая птичка вернула жизнь.

Мой взгляд метнулся к ней.

– Что ты сделала? Объясни мне.

– Объяснить… – Она повернулась лицом к новому растению. – Я… Я использовала свой хаос. Магию, другими словами. Ты ведь помнишь, что забрал земную фейри из клана Ночного народа. Это значит, что наши способности связаны с землей.

– Я в курсе, – не сдержавшись, огрызнулся я. – В тот день, когда король, повелитель земли, расправился с моим отцом, он поднял с морского дна скальную стену, доказав тем самым свою силу. – Что ты сделала?

– Я исцелила ее, – произнесла она дрожащим голосом, и казалось, что девушка сдерживает невольно подступающие слезы. – Это одна из моих способностей, правда, я не очень искусна в этом. Моя сильная сторона – давать больше жизни уже существующим побегам, так сказать, улучшать их рост.

Какая-то полнейшая бессмыслица. Я машинально потер шрамы на шее, пытаясь понять, как такое возможно. Ничто, ни заклинания, ни песни, ни магия Королевства Вечности не пробуждали жизнь в месте покрытого Тьмой с самого ее распространения, и окраины Шонделла плотно утопали в ней.

Одно прикосновение к вражеской крови – и зародилась новая жизнь.

Как? Я недоверчиво сузил глаза.

– Сделай это еще раз.

Ливия судорожно сглотнула. Она опустилась на колени и дрожащими руками коснулась черной земли. Принцесса поморщилась, на лбу выступила жилка от сильного напряжения, но постепенно зеленая россыпь травы рассеяла проклятие, став еще ярче, чем прежде.

– Во имя всех морей, – изумленно прошептала Селин.

Пораженный голос девушки раздался позади меня. Тэйт и Ларссон уже вернулись, их одежда и кожа пропитались кровью, но оба, как и Селин, с восторгом взирали на проделанный Ливией трюк.

– Что вы думаете об этом? – проговорил Ларссон, задыхаясь.

Ливия резко отдернула руку.

– Это ведь не обычная земля, верно? Ощущения немного странные, а судя по тому, как вы все уставились на меня, словно я могу вот-вот вспыхнуть, мне хотелось бы знать, в чем дело.

Однако стояла гробовая тишина.

В голове проносились всевозможные мысли, однако ни одна из них не дала внятного объяснения. Я быстро повернулся.

– На корабль. Мы отправляемся в Башню. – Схватив Тэйта за тунику, я приблизил его лицо к себе. – Позаботься о том, чтобы жители Шонделла как можно скорее отправились в королевский город.

– Куда мы их денем? – В его голосе прозвучали мрачные нотки. – Они – кланы, ведущие уединенный образ жизни, это противоречит их клятве, данной старым богам, свободно общаться с чужаками.

– Я знаю своих людей, – оскалился я. – Твое недоверие к моей подготовке поистине красноречиво. С самого первого сообщения о наступлении Тьмы в Шонделле для этого народа освободили место в речных пещерах.

Лицо Тэйта смягчилось, и у него хватило чертовой порядочности принять виноватый вид.

– Это хорошее место.

– Неужели? – Я выпустил его окровавленную тунику и отступил. – Насколько глупым королем я был бы, если бы не вспомнил, что для молитв им нужна темнота до захода солнца. Продолжай и дальше считать, что я недостоин этой короны, и присоединишься к Люсьену.

– Они искусные обманщики. – Селин без остановки расхаживала позади меня. – Наверное, в этом все дело. Обычная иллюзия.

Вместо ответа я крепче вцепился в штурвал, не проронив ни слова.

– Поразительно, что у нее оказались такие способности. – Ларссон отрезал ножом кусочек груши и поднес его ко рту. – Но не стоит впадать в недоверие. Ее отец – повелитель земли, и вполне возможно, что она земной целитель. Вы отвезете ее в Башню, потому что именно там все началось, верно?

– Да, – напряженно ответил я. Требовалось выяснить, можно ли избавиться от яда, пропитавшего земли Королевства Вечности в первые же дни. Но еще необходимо разобраться, что произошло с магией Ливии, как она исцелила землю и почему тут же испугалась ее.

Мне нужно было встретиться с ней – владычицей морских ведьм и сирен. Нарза отказывалась ступить в королевский город. Я одновременно и ненавидел ее за подобные выходки и понимал их причины.

На самом деле я не сомневался, что она согласится встретиться в Башне – нейтральной территории, где каждый знатный дом Королевства Вечности мог собраться на совет, не опасаясь мятежей или заключения тайных сделок.

– Селин, – произнес я. – Пошли сообщение леди Назре, скажи ей, что дальнейшая судьба Королевства Вечности зависит от ее согласия на встречу.

Глаза Селин расширились от услышанного.

– Ты хочешь… увидеться с ней?

– У меня нет выбора. Мне нужны ее исключительные таланты.

Предстоящая встреча лицом к лицу с Нарзой выворачивала мои внутренности наизнанку. Неожиданно открывшиеся обстоятельства требуют этого, но если бы самая свирепая морская ведьма в Вечном море пожелала, то она бы гораздо раньше заставила Ливию возненавидеть меня еще больше, чем сейчас, и вручила бы в руки принцессы оружие, чтобы избавиться от меня на веки вечные.

Селин последовала за Ларссоном по лестнице на главную палубу и задержалась на самом верху.

– Она рисковала своей тощей шеей ради Сьюэлла. Я не позволю, чтобы с ней что-то случилось после этого, Эрик. Ты отлично понимаешь, что не позволю. – Селин покачала головой, слегка недоверчиво усмехнувшись. – А ведь она даже не знала его. У нее либо нет мозгов, либо яйца больше твоих.

– Не высовывайся. Не привлекай к нам внимания. Я хочу выпить и забыть, что мне придется играть в няньку. Слышишь?

Мне не понадобился даже раздавшийся резкий голос Селин, чтобы догадаться, что Ливия вышла на палубу. В животе моментально образовался узел, рвавшийся изнутри, разгоняя кровь при каждом приближении моей Певчей птички.

Клеймо Дома Королей на локте яростно заполыхало, неутолимая потребность взглянуть на нее сейчас, когда она в моих руках, – вот что имело значение, но я предпочел бы, чтобы подобного не происходило никогда. На кону стояло слишком многое, чтобы воспринимать принцессу не иначе как пешку в бесконечной войне.

Разум кричал не смотреть, но нестерпимое желание оказалось сильнее.

Она оделась в брюки Селин и снова облачилась в одну из моих проклятых рубашек.

Кулак непроизвольно сжался возле бока. Эта нежная кожа, ее запах пропитывал мою одежду. Какой же я глупец. От одной мысли об обнаженной плоти я растерялся, как неоперившийся мальчишка.

Глаза Ливии при взгляде на меня помрачнели. Все ее конечности и суставы напряглись и, казалось, находились в полной готовности броситься или ударить кулаком по голове.

Опираясь локтем на поручень, я усмехнулся.

– Певчая птичка.

– Змей. – Ливия старалась не отводить взора, когда я подошел так близко, что при каждом порыве воздуха ее грудь касалась моей. Однако ей это не удалось. Ее глаза, наполненные пьянящим страхом и совершенством, метались из стороны в сторону, не фокусируясь на моих.