Курт Матулл – МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ В ГРОБУ. МАСКА В БУДУАРЕ. ДВОЙНИК ДИРЕКТОРА БАНКА (страница 6)

Чарли Бранд находился в лихорадочном возбуждении. Он знал, что его друг готов выкинуть очередную безумную выходку, но что именно произойдет, оставалось для него полной загадкой.

К чему была эта остановка в такой дыре?

Деревушка, правда, находилась у железной дороги, но ведь поезд, по его мнению, давно уже прошел.

И что означало то таинственное письмо?

Когда автомобиль остановился, Раффлс спрыгнул с козел, снял шляпу и шепнул Бранду:

— Чарли, напусти на себя высокомерный вид, смотри на всех с максимальным презрением, разговаривай только со мной, ни во что не вмешивайся и ни с кем не общайся. Одним словом: играй великого князя!

В первый момент Бранд настолько опешил, что у него чуть ноги не подкосились.

Но тон лорда Листера был настолько безапелляционным, что Чарли тут же вжился в отведенную ему роль. Трактирщик поклонился чуть ли не до земли, услышав, какие гости пожаловали под его убогую крышу.

Такой чести он не удостаивался еще никогда. Он метался по дому, стараясь во всем угодить гостям, ведь адъютант заказал еду и выпивку, в том числе и для шофера.

Глаза хозяина округлились еще больше, когда, вернувшись, он увидел великого князя при полном параде. Тот облачился в мундир Калужского полка. Подкрепившись, путешественники снова отправились в путь и еще издали увидели стоящий на станции поезд, чему Бранд не мог перестать удивляться.

На вокзале царило сильное оживление, так как пассажиры были крайне раздосадованы тем, что их здесь задержали.

Лорд Листер немедленно направился к начальнику станции.

— Великий князь чувствует себя неважно, — сказал он. — Он немедленно проследует в спальный вагон. Он готов?

— Разумеется, ваше высокоблагородие. Прикажете показать купе?

— Обождите! Я спрошу Его Высочество, чего он желает!

Тем временем появился и губернатор Орчков; он, словно собачонка, семенил за адъютантом. Он чувствовал себя крайне неуютно, и, несмотря на сильный мороз, на его лице выступали крупные капли пота.

Начальнику станции тоже было не по себе, хотя и совершенно по другим причинам.

Его тревога ничуть не улеглась, когда он заметил, что «адъютант» проявляет особый интерес к транспортировке гроба.

Тот велел показать себе товарный вагон и не удержался от замечания , что почетный караул у тела покойного необычайно велик и представителен.

— Даже если бы весь этот гроб был доверху набит золотом, — обратился великий вор к губернатору, — вы не могли бы охранять его тщательнее, чем сейчас этого мертвого генерала.

Губернатор побледнел. Замечание адъютанта поразило его как удар молнии. На мгновение у него помутилось в голове.

Но когда он поднял глаза, его испуганный взгляд встретил лишь улыбающееся, безмятежное лицо.

Джону Раффлсу этого было достаточно. Теперь он знал наверняка, что гроб полон золота. Взмахом руки он отпустил губернатора и произнес благожелательным тоном:

— Я доложу великому князю.

Орчков с облегчением перевел дух. Затем великий вор попросил показать забронированные для него и великого князя места.

Они, по-видимому, не пришлись ему по вкусу, и Раффлс-Тимофеев просто заявил, что не осмелится предложить великому князю столь тесные условия.

Начальник станции окончательно растерялся. С русским великим князем, как-никак, шутки плохи.

Но всё обошлось. Адъютант оказался, в сущности, весьма любезным господином. Он удовлетворился тем, что для великого князя прицепят отдельный спальный вагон.

В качестве места для него он указал позицию прямо перед товарным вагоном, в котором перевозили гроб.

Начальник станции был рад, что так легко отделался, и всё было немедленно устроено так, как того желал адъютант. Пассажиры вздохнули с облегчением. Они поняли, что теперь поезд очень скоро покинет Кутулик.

Тем временем мнимый великий князь беспокойно расхаживал по залу ожидания взад и вперед, словно гиена в клетке. Раффлс поставил его в положение, в котором тот чувствовал себя совершенно не в своей тарелке.

Наконец появился его друг. Он закрыл дверь, вытянулся во фрунт, взял под козырек и доложил кратким, деловым тоном:

— Всё в порядке, Ваше Высочество! Спальный вагон прицепляют, через четверть часа можем отправляться!

— Черт бы тебя побрал, Эдвард, брось эту комедию! — взорвался Чарли. — Не соизволишь ли ты теперь объяснить, что означает весь этот балаган?

— Я же говорил тебе, Чарли, что мне нужен покойник!

— Какой еще покойник?

— Тот, что лежит в гробу, который увозит губернатор Орчков!

— Я думал, в этом гробу золото!

— Тем лучше! Тогда я заберу золото вместо покойника. Я вижу, что поезд готов. Наш багаж уже грузят; я, как адъютант, должен за этим проследить. Тебе же предстоит играть великого князя, Чарли, так что напусти на себя страдальческий вид и притворись слишком больным, чтобы с кем-либо здороваться. Запомни это!

Раффлс выскользнул за дверь прежде, чем Бранд успел его удержать.

Лорд Листер расплатился с шофером столь щедро, что тот согнулся пополам в глубоком поклоне.

Бледность Чарли теперь совершенно исчезла. От нервного напряжения он, напротив, раскраснелся и кивал окружающим с высокомерным презрением.

Теперь поезд мог отправляться.

Раффлс милостиво позволил начальнику станции подать сигнал, и вскоре локомотив покатился по гладким рельсам, стараясь удвоенной скоростью наверстать упущенное время.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. БЕЗУМНАЯ ОТВАГА

Лорд Листер со вздохом откинулся на мягкие подушки купе первого класса, в котором он, разумеется, находился наедине с Брандом, и с наслаждением вытянул ноги.

— И всё же самую большую жертву я уже принес, — произнес он с саркастической усмешкой.

— Какую же?

— Все это время я был лишен возможности выкурить хотя бы одну сигарету. Будучи адъютантом на службе у великого князя, я, естественно, не мог себе этого позволить. Но теперь я наверстаю упущенное.

— Неужели ты до сих пор не отказался от этого безумного плана — ограбить гроб?

— Разве я похож на человека, который отказывается от своих планов, Чарли? И к тому же то, что я задумал, ни в коей мере не является безумием.

Чарли Бранд пожал плечами.

— Украсть сокровище из заколоченного гроба, который охраняют солдаты?

— Всё зависит от того, как за это взяться, старина! Если бы на этот шаг решился ты, я бы первый назвал тебя сумасшедшим!

— Ума не приложу, как ты собираешься это провернуть.

— Охотно верю.

— Это же смертельно опасно!

— Безусловно!

— Но как же ты будешь действовать?

— Этого я тебе не скажу!

— Почему же?

— Потому что тогда ты окончательно сочтешь меня буйнопомешанным!

— Всё настолько скверно?

— Не для меня, но для тебя — да!

Чарли беспокойно заерзал на месте.