Куив Макдоннелл – Звони в колокола (страница 50)

Бэнкрофт лишь пожал плечами.

– И этот билет у тебя?

– Да.

– Можно взглянуть?

Бэнкрофт подумал, закатил глаза и нехотя полез в карман.

И замер.

– Только не говори, что ты его забыл.

– Нет, – выдохнул Бэнкрофт, доставая квиток и держа его перед собой, озираясь по сторонам, как человек, внезапно очнувшийся от сна. – Он у меня. Просто я…

Реджи довольно долго разглядывал ошеломленное лицо Бэнкрофта.

– Ты замолчал.

– Правда?

– Да.

Бэнкрофт протянул билет Реджи.

– На, держи.

– Ну, так…

Реджи замолчал.

– Значит, – произнес Бэнкрофт, – ты тоже это видишь?

– Да.

Внезапно на то место, где они стояли, наслоился другой мир. Все, что было там раньше, никуда не делось, но в бетонной стене перед ними – той самой, которую не успели осквернить благодаря вмешательству Бэнкрофта – теперь красовалась массивная дверь с лестницей, ведущей в подвал. Вывеска над дверью гласила: “Дух Хасиенды”, а в стороне выстроилась очередь из скучающих подростков, которых Реджи видел и в то же время видел сквозь них.

– Да, – снова повторил Реджи.

– Что да? – спросил Бэнкрофт.

– Понятия не имею.

– Я тоже.

– И что нам делать? – спросил Реджи.

– Сделаем то, что сделало эту страну великой.

– Вторгнемся в чужую страну?

– Другое, – уточнил Бэнкрофт.

– А, ясно, – кивнул Реджи. И без лишних слов они оба двинулись к очереди.

Дверца для кошек

Команда ученых-биоветеринаров из Честерского университета выяснила, что ваша кошка почти, но еще не окончательно, сыта вами по горло. По словам ведущего исследователя Доминика Фландерса: “Пять лет назад мы провели исследование с участием двухсот домашних кошек, которое подтвердило гипотезу: в 93.5% случаев ваша кошка на самом деле не так уж вас и любит. В основном они рассматривают вас как необходимое зло, кого-то, кто обеспечивает едой, кровом и готов поклоняться им, когда им того захочется”.

С момента того первого исследования ученые продолжали наблюдения. Используя сложный комплекс разработанных ими поведенческих и биологических индикаторов, они установили: кошки все сильнее устают от нас. “Кажется, это лишь вопрос времени, когда они достигнут точки кипения, и, честно говоря, нам страшно даже представить, что они предпримут тогда”, – добавил Фландерс.

Как бы зловеще ни звучало это откровение, в работе команды есть и хорошие новости для некоторых владельцев животных: исследование подтвердило, что ваша собака по-прежнему считает вас гением.

Глава 33

Бэнкрофт шагнул вперед, когда очередь медленно продвинулась.

– Черт побери, если они пускают по одному по мере выхода, мы тут до утра проторчим!

Рядом с ним Реджи дрожал от такого возбуждения, что нельзя было исключать возможность его полного обморока.

– Боже мой, ты думаешь, все эти люди – призраки?

Услышав это, девица с ирокезом, стоявшая перед ними и по-хозяйски приобнимавшая подругу пониже ростом, обернулась и одарила Реджи испепеляющим взглядом.

– Грубиян! – бросила она и отвернулась.

Бэнкрофт тем временем видел парочку насквозь – как, впрочем, и всю остальную очередь, – но при этом умудрялся воспринимать каждого по-отдельности.

– Простите великодушно, – пробормотал Реджи с убитым видом. Затем прошептал Бэнкрофту: – О нет, кажется, я только что встретил своего первого призрака и сразу его оскорбил. Или они вовсе не призраки. Я, должно быть, допустил мис… мис-что-то-там-инг.

– Я предлагаю “мис-нежитинг”, – сказал Бэнкрофт. – Акт неверного определения статуса бытия когда-то живого объекта. – Это принесло ему еще один презрительный взгляд от девиц впереди, но Бэнкрофт лишь широко улыбнулся в ответ. – Можете пользоваться термином, но не забудьте указать автора. Винсент Бэнкрофт.

Парочка снова отвернулась и теперь уже демонстративно игнорировала Реджи и Бэнкрофта, хотя до этого они делали это совершенно естественно.

Очередь сдвинулась еще на шаг. Бэнкрофт приподнялся на цыпочки, заглядывая вперед.

– Твою мать, это надолго.

– Мне кажется, ты не осознаешь масштаб события, – сказал Реджи. – Мы каким-то образом находимся одновременно в двух планах бытия. Мы видим наш мир, но, коснувшись билета, начали видеть и этот.

– Ага, – буркнул Бэнкрофт, – я понял. Это как пялиться в одну из тех нудных стереокартинок. У меня, кажется, мигрень начинается.

– Ну, тогда не оглядывайся, – шепнул Реджи, – но, похоже, твои друзья вернулись.

Бэнкрофт вытянул шею туда, куда указывал Реджи, и заметил квартет неандертальцев, которых он совсем недавно прогнал.

– Ха. Спорим, они гадают, куда мы, черт возьми, делись.

Как по заказу, один из них ткнул пальцем в сторону Бэнкрофта:

– Вон он!

– Или не гадают.

– О господи, – взмолился Реджи. – Пожалуйста, не вздумай ввязываться в драку и позорить меня перед этими… п-р-и-з-р-а-к-а-м-и.

Ирокез снова обернулась.

– Ты серьезно думаешь, что мы по буквам не понимаем?

Она покачала головой и отвернулась как раз в тот момент, когда мужчина, которому хотелось в туалет, восстановил контакт с Бэнкрофтом посредством крайне недружелюбного хлопка по плечу.

– Мне надо с тобой перетереть.

– Превосходно, – отозвался Бэнкрофт. – Что ж, сейчас я немного занят, но если хочешь записаться на прием и заскочить в редакцию…

– Я разобью твою тупую рожу.

– Или мы могли бы пойти этим путем.

Перед ними словно из ниоткуда возникла фигура – не в клубах дыма, а скорее как будто она стояла там все время. Она была такой же эфемерной, как и остальные в очереди, но казалась более плотной. К груди была пристегнута рация, и ей каким-то образом удавалось выглядеть эффектно даже в светоотражающем жилете с надписью “Охрана”, который при этом тоже был полупрозрачным.

– Эти мужчины вас беспокоят? – спросила она скучающим тоном.

– Врежь ему, Дэн! – крикнул кто-то из четверки, и Дэн послушно замахнулся кулаком, готовясь отправить его в полет. Странно, но мир будто замедлился.

– Да, – сказал Бэнкрофт в ответ на вопрос вышибалы.