Ксюша Райская – Сны Удмира (страница 4)

Он хмыкнул. Звук был сухим, как треск сломанной ветки.

– Ладно. У меня сегодня плотный день. Но вечером я ужинаю в «Ветвь Розы» на Блинг Авеню. Буду там с девяти. Если успеете застать меня до того, как принесут закуску – ваши полчаса будут у вас. Но только полчаса. И никаких диктофонов на стол. Я их ненавижу.

– Без диктофонов, – быстро согласилась я, сердце екнуло от облегчения и внезапного приступа адреналина. «Ветвь Розы» – дорого, пафосно, публично. Он чувствовал себя там в безопасности. Или создавал такую видимость.

– И, Аврора? – его голос стал вдруг ледяным. – Если это окажется ловушкой для выуживания какой-нибудь корпоративной тайны или попытка устроить скандал… вы очень пожалеете, что когда-либо слышали мое имя. Ясно?

Связь прервалась. Я медленно опустила телефон, чуть не выпавший из влажной ладони, на дрожащие коленки Я получила то, что хотела – встречу. Но вместо чувства победы меня охватил холодок. Он не был наивным стариком, которого можно было растрогать или застать врасплох. Кристофер Гилберт был другим типом опасности: современным, расчетливым, защищенным деньгами и связями. И встреча была не у него в кабинете, а на его территории, в месте, где он контролировал правила игры.

Я посмотрела на свой старый блокнот, лежащий рядом на кровати. Сегодня вечером мне предстояло сыграть роль легкомысленной блогерши, в то время как моя настоящая цель была спрятана глубоко внутри: узнать, что Кристофер Гилберт знает о провале «Отражения» и о том, что он там делал тогда. А еще, это странный сон, такой реальный, такой обволакивающий.

Игра началась.

***

7:00 – Пробуждение без будильника. Контрастный душ, тщательный выбор костюма (темно-синий, итальянский бренд), минутная проверка мировых бирж и научных дайджестов на планшете за эспрессо. Мысли работают с той же холодной точностью, что и механизм моих швейцарских часов.

9:30 – Офис в стеклянной башне. Первая встреча с командой проекта «Креатив» – разработка алгоритма для предсказания системных сбоев в энергосетях. Я вхожу, и в кабинете стихают. Не из страха, а из уважения и привычки к моей абсолютной концентрации.

– Доброе утро. Начнем с третьего пункта, – мой голос ровный, без приветствий. – Кэтрин, ваша модель дала погрешность в 0.8% на вчерашних тестах в секторе «F». Причина?

– Аномальный скачок потребления, не заложенный в исходных данных, – тут же отвечает ведущий аналитик.

– «Аномальный» – не причина, а отговорка. Найдите паттерн или признайте, что ваш набор данных неполон. У вас есть время до конца дня. Грег, по вашей части: уберите эту вязкость в симуляции. Она искусственная и искажает картину.

Я говорю быстро, по делу, не повышая голоса. Не унижаю, но и не хвалю. Я ожидаю такого же уровня эффективности и самодостаточности, какой демонстрирую сам. Мое уважение нужно заслужить безупречной работой, и моя команда это знает. Я не начальник-тиран, я – сложная система, в которую нужно интегрироваться, иначе будешь отброшен как нерелевантный элемент. Пока что все проходит гладко. Двигаюсь к цели – конец дня.

12:30 – Обед. Не в столовой, а в тихом кафе через дорогу. Салат, стейк средней прожарки, минеральная вода, продолжение чтения технического отчета. Телефон на беззвучном, но я проверяю его каждые десять минут. Никаких личных звонков, только дела.

15:00 – Конференция с потенциальными инвесторами из Сингапура. Мне становится скучно. Начинаю нервничать, слушаю в пол уха и машинально киваю. Посидели бы сами на всей этой чертовщине, я бы на них посмотрел.

17:00 – Последний просмотр почты. Короткий, емкий ответ на каждое важное письмо. Ничего лишнего. Рабочий день закончен с той же четкостью, с какой начался. Аллилуйя!!!

19:00 – Ресторан «Ветвь Розы».

Я пришел сюда не для того, чтобы есть. Ужин – это продолжение переговоров, способ поддержания связей в неформальной, но контролируемой обстановке. Я сел за свой привычный столик и спиной к стене, автоматически оценив акустику, освещение, расстояния. Заказал вино, ожидая партнера и одну блогершу.

Я увидел ее.

Она вошла в зал, слегка неуверенно озираясь. Эффектная. Даже я, Кристофер Гилберт, чей внутренний мир был защищен шлюзами холодной логики, отметил это фактом, а не эмоцией.

Черное платье в пол. Классика. Дешево? Нет, элегантно и маняще. Сидит… идеально. Подчеркивает линию талии, мягкий изгиб бедер. Длинные рукова и V – образный вырез на груди, но не достаточно глубокий. Фигура не из спортзала, а… живая. Женственная. Волосы каштановые с медовым отблеском, собраны, но несколько прядей выбились – намеренно или от нервов? Лицо… не красотка с обложки. Но интересное. Зеленые глаза за стеклами очков – попытка выглядеть серьезнее? Или действительно плохое зрение? Губы… полные, без яркой помады. Выражение – смесь решимости и скрытой паники. Блогерша. Да, похоже. Но не на ту, что пишет про котиков. В позе есть напряжение охотника. Или дичи, пытающейся казаться охотником.

Я встал из-за стола и поманил ее рукой в свою сторону. Заметив меня, она двинулась к моему столику, а я сел на место в вальяжной позе. Ее походка была прямой, но я уловил легкую скованность в плечах.

Идет уверенно, плавно виляя бедрами. Забавно. Надеется произвести впечатление? Она его производит. Визуально. Приятный контраст с пластиковыми улыбками здешних постоянных посетительниц. Но это не более чем эстетическое наблюдение. Как оценить интересную картину в чужой гостиной.

Я не изменился в позе, не сделал ничего, чтобы облегчить ей подход. Просто наблюдал. Когда она представилась, я позволил себе тот быстрый, оценивающий взгляд без намека на неожиданную для меня заинтересованность.

Глава 3

Выходя из такси, я плотней обернулась в свое бежевое пальто и на высоченных каблуках подбежала к Ресторану «Ветвь Розы». Вечер. Воздух пропитан ароматом дорогого кофе, выдержанного вина и свежего трюфеля.

Заходя в зал с приглушенным светом, я стала оглядываться по сторонам явно нервничая. Этот ресторан можно описать только одним словом – эксклюзивность. Почти театральная камерность, где каждый гость становится главным героем своей пьесы. Очень кстати. – подумала я. А ожидание брони лишь подчеркивает ценность входа в этот изолированный мир. Между столами – ширмы ручного сплетения шоколадного оттенка, создававшие иллюзию абсолютной приватности.

Аврора, спокойно, ты крутая, ты добьешься своего. Тут я увидела встающий из-за стола, смутно знакомый силуэт мужчины, который поднял руку в приглашающем жесте. Шумно вдохнув, я поплыла к нему.

Кристофер Гилберт сидел за столиком у дальней стены, в идеальной позиции, чтобы видеть весь зал, но оставаться в полумраке. Он был не просто заметен. Он доминировал над пространством, даже сидя. Высокий, с безупречной осанкой, в темно-синем костюме, который сидел на нем так, словно был частью кожи. Его черные волосы были собраны в хвост, а края головы аккуратно подстрижены, открывая высокий лоб и решительные линии лица. Черты – классические, почти холодные в своей правильности: прямой нос, твердый подбородок. Но все это оживляли глаза. Ясные, пронзительно-синие, как горное озеро в полумраке. И губы, которые сейчас были слегка поджаты в выражении легкого скепсиса. Он был всего на пять лет старше меня (35, если верить статьям в интернете), и каждый год лишь добавлял его лицу шарма уверенной, неоспоримой силы. От него исходила почти физическая аура – смесь высокого интеллекта, скучающей власти и какого-то дикого, сдержанного магнетизма, от которого по коже бежали мурашки.

Весь воздух вырвало из моих легких. Мир сузился до островка стола, до его лица. Мой взгляд, как намагниченный, впился в его лицо, не веря в происходящее.

Не может быть… Это он… Тот самый мужчина из сна! Только с темными волосами. Но как? – пронеслось в голове оглушительной, ясной мыслью, заглушая гул голосов и шипение кофемашины. – Этого не может быть. Во снах не приходят живые люди. Они не могут сидеть в ресторане как ни в чем не бывало. Что происходит? Так, все, соберись Аврора! Это просто совпадение. Да, точно! Бывают же похожие люди? Ха, отмазка что надо.

Земля под ногами перестала быть твердой. Шум ресторана навалился на меня внезапной тяжелой волной, а потом отхлынул, оставив в ушах высокий, звенящий тихий вой. Я стояла, замершая, как идиотка, в двух шагах от его столика, не в силах вымолвить «Добрый вечер!» или развернуться и уйти. Мое тело отказалось подчиняться.

А он, поймав мой остекленевший, абсолютно потерянный взгляд, слегка нахмурился. Не со страхом, а с легким беспокойством. И снова сделал это движение – пригласил сесть за столик.

Я подошла почти вплотную. В этот миг я поняла со всей неопровержимой ясностью, обжигающей, как удар током: это был он. Тот самый мужчина. Не двойник, не похожий человек. Это был он. С его синими, как ледяное озеро глазами, его тонкими длинными пальцами, тем самым печальным взглядом. Тот, кого мой разум смастерил из ничего.

И теперь этот вымысел, эта тень, пил кофе и смотрел на меня с легким недоумением.

Я чувствовала, как дорогое черное платье, купленное на последние деньги для такого «выхода в свет», внезапно кажется дешевым и нелепым. Внутри все дрожало, но я заставила себя выпрямить спину и сделать последние шаги уверенно.