Ксюша Иванова – Развод. Новый год. Здравствуй, новая жизнь! (страница 24)

-Так, а... Ну, а вот ты не предполагал, что однажды вы встретитесь нечаянно на улице?

-Да я сюда, в город, и не собирался возвращаться. Но тут Новый год же! А я когда в театре шабашил, мне один актёр на праздники новогодние хорошую непыльную халтуру подогнал. Два дня Дедом Морозом покалымил - и бабла прилично накосил. Все было рассчитано, как отцовский подзатыльник. Туда-обратно, нигде мордой не светить. Но видно, судьбу на хромой козе не объедешь...

Даааа, дела.

-Слышь, Сенька, - подает со своего места голос Лев. - когда это все у тебя произошло, а? Ну, когда ты решил начинать новую жизнь в деревне? И погибнуть на фронте?

-Да когда.... - Левицкий задумывается, чеша затылок. - Месяцев девять назад...

29 глава. Кто отец?

Как говорилось в одном хорошем советском фильме: "Меня терзают смутные сомнения".

Так вот, меня они терзают тоже. И с каждой минутой терзают всё сильнее.

Из того, что вещает Левицкий, уединившись с Нео за кофейным автоматом и явно думая, что я их не слышу, вырисовывается преинтересная картинка.

Семëн был с Изабеллой 9 месяцев назад, так?

А она при нашей встрече тогда сказала, что они расстались давно, то есть как бы на данный момент уже точно больше года бы прошло с момента их расставания.

И я, расстроившийся из-за смерти друга, подталкиваемый хитрой Изабеллой, по старой русской традиции напился и уснул у неё в гостях.

Что было потом, я не помню. Спустя месяцы память так и не вернулась. Хотя я и надеялся на это.

Но Изабелла утверждала, что у нас был не только совместный сон в одном помещении. Но и совместный секс.

А потом случилась беременность.

И я оказался её причиной. Или, точнее, главным подозреваемым. Ну, в общем, будущим отцом.

И теперь во мне невольно включился следователь. И он, зараза, не дает прочувствовать важность момента - того, что где-то неподалеку, может быть за этой стеной, рождается, именно мой ребенок! А, наоборот, заставляет думать о том, не могло ли быть так, что это не я кое-кого поимел, а меня 9 месяцев назад поимели. Причем, совсем даже не физически...

Как говорит бабуля, думай о людях сразу плохо - не ошибешься.

Вот я и думаю.

Левицкий, между тем, уже во всю подбирается к Нео. Помнится, он всегда был еще тем ловеласом. И жена его ушла именно из-за этого пагубного пристрастия Семена, а не по какой-то там другой причине.

Слышу, как шпарит ей свои давние байки, заливаясь соловьем:

-Чтобы скрасить своё неожиданно возникшее одиночество, я принял на грудь некоторое количество спиртного и...

-Левицкий, пойди сюда, - похлопываю по сиденью рядом с собой. - Присядь, голубь мой сизокрылый, рядом. Поговорим с тобой.

-Я сбегаю тогда, узнаю, как там идут дела? - спрашивает Нео.

Она так смотрит, как будто спрашивает: "Ну, что там, Маршал? Зачем же ты с девушкой друга закрутил, а? Не мог меня дождаться?"

Хотя, вероятно, это мне хочется, чтобы она так думала. А она думает что-то своё, другое.

-Давай, - положительно моргаю ей.

А вообще, я смотрю на неё и думаю.

Ну, ладно я! Я-то привык к своему мягко говоря ненормальному семейству, которое, как магнитом, притягивает не только неприятности, но и других таких же, как они сами, припиз...тых людей.

Ладно я - мне же деваться от них некуда!

Но Нео...

Ведь вот-вот случится этот страшный момент, когда она скажет: "Маршал, как мне надоел это нескончаемый балаган вокруг тебя! И ладно бы ты был свободен и не обременен будущим ребёнком! Ну, что мне сидеть рядом без какой-либо надежды на счастливый исход наших несуществующих отношений? Поеду я..."

Куда она там поедет, я пока придумать не могу. К мужу, может, или к подруге, или еще куда-то.

И я суеверно боюсь этого момента. Потому что, вероятно, это будет ВСЁ! Совсем всё, без надежды.

Нео скрывается за дверью.

Левицкий подходит и садится рядом, с опаской поглядывая на меня. Наверное, чувствует мой воинственный настрой.

-Скажи мне, старый добрый друг, а ты не допускаешь ли такого варианта развития событий, что вот этот ребенок, который где-то здесь появляется на свет, может быть твоим ребёнком, а не моим?

-Чего? Левушка, ты выражайся попроще! Ну, я ж после перепоя. У меня мозг еще в каматозе!

Всё у тебя работает, гад ты такой! Мне кажется, если сейчас ухом приложиться к твоей башке, то я услышу, как там, внутри у тебя орут дурным голосом мысли: "Левицкий! Спасайся!"

И ты просто не ожидал моего вопроса в лоб и экстренно придумываешь, как выкрутиться.

-Конкретизирую вопрос. Когда в последний раз ты спал с Изабеллой?

-С Верой, что ли? - его наглые глазки бегают, выдавая напряжённую работу мыслей. - Да это было сто лет назад уже!

-То есть ты утверждаешь, что это было задолго до вашего с ней расставания? То есть задолго до твоей мнимой смерти?

-У-утверждаю! - неожиданно уверенно выдает он.

Надо сказать, когда он говорит это слово, у меня в глубине души прям все обрывается от досады!

Нет, остается, конечно, смутная надежда на то, что он врет, но...

А ведь всё могло бы быть так просто! Э-ээээх...

-Ты уверен, Сенечка? - делаю ещё одну попытку. - Потому что когда она родит, я ведь не постесняюсь экспертизу на установление отцовства сделать. И если она покажет, что папашка не я, а ты...

30 глава. Забирай себе

-Мальчик у твоей подопечной. Хороший такой пацан 8 из 10 по Апгар, почти 4 кг весом. В общем, поезжай домой, ещё успеешь со своим Бедаевым Новый год встретить, - сообщает мне Алена Павловна. - И, главное, группу поддержки свою не забудь прихватить. А то у меня от количества тестостерона в приемной не только медсестры, но не роженицы всполошились.

-Ну, во-первых, Бедаев больше не мой, Ален, - не знаю, зачем я ей рассказываю это именно сейчас!

Наверное потому, что Алена - одна из тех людей, кто знал мою недавнюю простую, размеренную жизнь. И как-то... Хочется поделиться новостью, разрушившей эту жизнь напрочь.

-Да ладно? И когда только успели разбежаться! Вроде ж... Ну, да, с корпоратива он тебя забирал, нет?

-Да, забирал. А вчера, когда я Ржевскую в районный роддом привезла, встретила там Родиона с рожающей бабой...

-Ёлки! - Алена Павловна издаёт странный звук - что-то среднее между икотой и смехом, потом спохватывается, поняв, видимо, что ситуация несколько неуместна для радости. - Прости, Нил, эт я от неожиданности! Просто как-то так получается, что вся жизнь твоя около роддома крутится. И профессиональная, и личная...

-Не то слово, Ален, не то слово... Только вот я как-то все время не по ту сторону роддома нахожусь... По которую мне бы хотелось. И, наверное, по эту уже не суждено оказаться...

-Какие твои годы! Пффф! Вон, погляди, каких мужиков привезла с роженицей! Выбирай любого!

-Ну, это же её, роженицы, мужики...

-Ей-то на фига трое? Одного хватит! Тем более, что она теперь у нас дама занятая, ребеночка нянчить будет. Некогда ей с мужиками разбираться.

-Ладно, Ален, - встаю из-за стола. - Поедем мы, правда. Спасибо тебе за помощь! Слушай, я загляну к ней на минутку, ладно? Спрошу, что завтра привезти, ну, и поздравлю.

-Загляни, конечно! А то, если хочешь, пошли с нами в ординаторскую. Там девчонки праздничный стол накрыли. Шампанское, правда, безалкогольное, но для тебя найдем что-нибудь с градусами.

Смотрю на часы, висящие у неё в кабинете над выходом. До Нового года ровно час. Дааа, дела...

-Нет, Ален, поеду я. Мужики там, наверное, извелись уже...

-Ну-ну, - смеется мне вслед. - Ну, ты, если что, не теряйся. Бери самого крутого!

Самого крутого точно не получится. Изабелла крепко держится за него. И не только штампом в паспорте.