Ксенофонт Эфесский – Анабасис. Греческая история (страница 141)

¹⁵⁹ Так как она вела по возвышенной холмистой местности» благодаря чему фиванцы сохраняли преимущество в позиции.

¹⁶⁰ Этот же эпизод у Полиэна (II» 1, 12).

¹⁶¹ См. коммент, к кн. VI, гл. 4, § 12.

¹⁶² См. коммент, к гл. 2, § 24.

¹⁶³ «Та крайне жеманная манера» с которою Ксенофонт описывает эти события, показывает, насколько ощутительно было это поражение для Агесилая» (Эд. Мейер, указ, соч.» V, 390): «Несмотря на незначительную потерю в людях, это поражение было крайне ощутительно для Спарты: он доказывало, что спартанцы не могут уже быть уверены в своем тактическом превосходстве» (там же, 388). Диодор (XV, 34, 1–2) говорит об этой победе в более определенном тоне (хотя в подробностях, конечно, надо отдать предпочтение Ксенофонту): «Некоторое время спустя лакедемоняне с тем же войском снова двинулись в поход на Фивы. Фиванцы заняли какие-то другие неприступные местности; им удавалось мешать врагу грабить страну, но все же они не решались вступить в бой со всем вражеским войском лицом к лицу на открытом месте. Однако, когда Агесилай пошел на них приступом, они стали постепенно спускаться со своих позиций и завязывать с ним сражение. Долгое время шел ожесточенный бой; сперва преобладание было на стороне войска Агесилая. Но затем из города высыпало всенародное ополчение фиванцев; Агесилай, видя многочисленность выбегающих, подал своим воинам сигнал трубой прекратить сражение. Фиванцы увидели, что теперь они впервые оказались не слабее лакедемонян; они поставили трофей и с этого времени смело вступали в бой со спартанским войском».

¹⁶⁴ Может быть, причиною этого отступления было недовольство союзников, о котором рассказывает Плутарх (Агесилай, 26), хотя, как справедливо указал Эд. Мейер (Указ, соч., II, 389), невозможно считать историческим фактом анекдот, сообщаемый по этому поводу Плутархом (Агесилай, 26): Агесилай якобы ответил союзникам, указывавшим, что их во много раз больше, чем спартанцев, что они в мирное время занимаются ремеслами, а спартанцы — воины по призванию, и поэтому только последние могут приниматься в расчет как настоящие воины.

¹⁶⁵ Т. е. в Грайском лоне. См. выше, § 50.

¹⁶⁶ См. коммент, к § 34 (в конце).

¹⁶⁷ См. гл. 3, § 26.

¹⁶⁸ То же, что Гистиея, на Евбее. См. кн. II, гл. 2, § 3.

¹⁶⁹ 376 г. до н. э. Рассказ о болезни Агесилая повторяется у Плутарха (Агесилай, 27).

¹⁷⁰ Агесилай был хром на одну ногу. См. кн. III, гл. 3, § 3.

¹⁷¹ В течение этого и ближайшего времени фиванцы одержали ряд мелких, но важных для общего положения дел побед над спартанцами: Харон со своей конницей разбил близ Платей их конницу, предводимую Герондом, убив 40 человек (Плутарх, Пелопид, 25); удалось наконец овладеть Феспиями; в 375 г. до н. э. Пелопид пытался овладеть Орхоменом; правда, это ему не удалось, но зато близ Тегиры он разбил наголову в открытом бою две спартанские моры, предводимые полемархами Горголеонтом и Феопомпом, несмотря на значительное численное превосходство неприятеля; в бою пали оба полемарха (Плутарх, Пелопид, 16–17). Это была первая бесспорная победа над спартанцами в открытом бою.

¹⁷² См. выше, кн. IV, гл. 8, § 11 (здесь он фигурирует какэпистолей наварха Поданема под 393 г. до н. э.). Еще ранее, в 395 г. до н. э., он был навархом (оксиринхский историк; см. Приложение, 4, 2 и 14, 1).

¹⁷³ См. кн. III, гл. 4, § 4.

¹⁷⁴ А не экипировали их наемниками, как это делалось обыкновенно.

¹⁷⁵ Битва эта вплетает мало лавров в победный венок спартанцев; поэтому Ксенофонт и обходит ее молчанием. Более подробное описание ее у Диодора (XV, 34, 3–6; 35): «В это же время произошла большая битва между Наксосом и Паросом… Афинский наварх Хабрий со всем своим флотом поплыл к Наксосу и стал его осаждать. Он подвез к крепости машины и сотрясал ими стены, прилагая все старания к тому, чтобы взять город силой. В это время лакедемонский наварх Поллид приплыл на помощь наксосцам… Оба флота выстроились и поплыли друг против друга. Во флоте Поллида было 65 триэр, у Хабрия же — 83. Как только корабли подплыли друг у другу, тотчас же Поллид, командовавший правым флангом, врезался в находившийся против него левый фланг врага, которым командовал афинянин Кедон. Поллид храбро сражался, убил самого Кедона и потопил его корабль; равным образом он нападал и на другие триэры, наносил им пробоины корабельными носами и частью топил, частью принуждал к бегству. Увидя это, Хабрий выслал против него часть бывших с ним кораблей. Они устремились на помощь попавшим в затруднительное положение и уравняли возможности обеих сторон. В то же время сам Хабрий с лучшей частью флота отважно сражался и погубил много неприятельских кораблей; немало взял он также в плен. Однако, несмотря на то, что он одержал победу и обратил в бегство все неприятельские корабли, он совершенно воздержался от преследования. Он хорошо помнил, что после Аргинусской битвы народ в награду за благодеяние осудил стратегов на смертную казнь, обвинив их в том, что они не предали погребению тела погибших в морском бою. Он боялся, чтобы ввиду полной тождественности обстоятельств не претерпеть такой же судьбы. Поэтому он прекратил преследование и занялся спасением граждан, еще удержавшихся на воде: живых он взял на борт, а умерших предал погребению. Если же он не должен был думать об этом, он без труда уничтожил бы весь вражеский флот. В этой битве у афинян погибло 18 триэр, у лакедемонян — 24, и, кроме того, восемь было взято в плен вместе с экипажем. Победив в этой славной битве, Хабрий поплыл с богатой добычей в Пирей и встретил восторженный прием». После этой битвы к Афинам стали присоединяться один за другим Кикладские острова (в афинской надписи, Insciptiones Graecae, II, № 17, содержащей список союзников, упомянуты Парос и целый ряд уничтоженных временем имен; кроме того, Афины на Евбее); они доставляли Афинскому союзу суда и деньги. Отовсюду были изгнаны спартанские гарнизоны. Удалось захватить еще 20 вражеских кораблей. Вся привезенная Хабрием в Афины добыча состояла из 49 триэр, 3000 пленных и 160 талантов. Битва при Наксосе произошла 16 боэдромия (9 октября) 376 г. до н. э. (Плутарх, Фокион, 6; Камилл, 19). В следующем, 375 г. до н. э. Хабрий выступает уже как начальник сухопутного войска. Жители Абдеры во Фракии попросили у афинян помощи против напавших на них диких жителей Дуная — трибаллов. Хабрий отправился в Абдеру, разбил трибаллов и для защиты от новых вторжений оставил здесь гарнизон (Диодор, XV, 36, 1–4).

¹⁷⁶ О походе Тимофея Диодор (XV, 36, 5) сообщает следующее: «Тимофей, вступив в командование флотом, поплыл на Кефаллению и присоединил к Афинам находящийся на ней город; точно так же он убедил перейти на сторону афинян и акарнанские города. Далее он заключил дружественный союз с Алкетом, царем молоссов, и вообще присоединил к себе большую часть находящихся в этих местах городов. Затем он победил лакедемонян в морской битве близ Левкады». Договор с Керкирой дошел до нас (афинская надпись, Inscriptiones Graecae, II, № 49). В дошедшем до нас официальном списке союзников Афин (упомянутая уже афинская надпись, Inscriptiones Graecae, II, № 17) из названных народов и местностей мы встречаем: Керкиру, акарнанцев, пронцев из Кефаллении (очевидно, вопреки сообщению Диодора, прочие города Кефаллении не присоединились к афинянам. Они присоединились только в 373 г. до н. э., см. кн. VI, гл. 2, § 33), царя молоссов Алкета и его сына Неоптолема.

О затруднительном денежном положении флота Тимофея говорит также Исократ (XV, 109): «Отправив его вокруг Пелопоннеса, государство выделило ему только 13 талантов и дало флот из 50 триэр; несмотря на это, он взял Керкиру — город, владеющий 80 триэрами». Там же (XV, 120): «(Соучастники его похода) знают, что он уже с самого начала войны находится в крайней нужде, так как он ничего не взял у города». Тимофей, сын Конона, ученик Исократа, пользовался огромным влиянием в Афинах как наследник славы и крупного состояния своего отца. Род Конона вообще был очень влиятельным. До нас дошли: посвятительный дар в храм от имени отца Конона — Тимофея Старшего (Inscriptiones Graecae, I, ed. minor, 651), подножия статуй Конона и Тимофея, воздвигнутых в честь их (Dittenberger, Sylloge, изд. 2,85), надпись, в которой указывается, что сын Тимофея — Конон Младший — был триэрархом (Inscriptiones Graecae, II, 804).

К книге шестой

¹ См. коммент, к гл. 4, § 12.

² Рассказ об этой экспедиции продолжается в гл. 2.

³ Фессалийская роскошь, обусловленная необыкновенным плодородием страны, вошла в поговорку. Ср.: Афиней, XV, р. 662: «По общему мнению, фессалийцы превосходят всех греков роскошью в одежде и пище».

⁴ См. коммент, к кн. I, гл. 2, § 10.

⁵ Полидамант воевал с ним, как видно из указания Ксенофонта (в этом же параграфе, ниже).

⁶ Ксенофонт никогда не упускает случая прочесть читателю нравоучительную лекцию о военном искусстве.

⁷ См. ниже, гл. 2, § 10, а также коммент, к кн. V, гл. 4, § 66. Мараки и долопы — этолийские народности.

⁸ Фессалия состояла из целого ряда самостоятельных, но объединенных между собою в союз государств. В случае необходимости вести войну, сообща выбирался диктатор, называвшийся тагом.