Ксения Замотаева – Провидица. Сквозь призму снов (страница 6)
Дядюшка Кэн! Вот это удача – найти его письмо! Такой смешной и добрый дядюшка Кэн с длинными рыжими волосами кружил на руках ее, совсем еще малышку, и она заливалась счастливым смехом от радости, что он приехал.
Одри погасила теплую улыбку: она непременно вернется к этим воспоминаниям, но не здесь. И не сейчас. Как бы ни хотелось.
Собрав в стопку все письма, сложила их в свою сумку и уже хотела отойти, но уронила взгляд на пол под столом: уголок ковра был немного отогнут.
Откинув мягкий ковер, Одри наткнулась на крышку деревянного люка. А когда открыла, замерла: здесь была спрятана последняя варха их семьи, отцовская. Рядом лежал сверток из холщовой ткани. Что бы это ни было, оно принадлежало отцу. Пересилив бешеный ритм сердца, она протянула руку и вздрогнула, не успев прикоснуться: со стороны двери раздался приглушенный стук металла. Быстро схватив сверток, не глядя засунула его в сумку, подхватила оружие и бесшумно двинулась по направлению звука.
Еще один звук – короткий скрежет петель – уже ближе: кто-то шел по ее следам! В груди кольнула тревога. Одно предположение сменялось другим. Мысленно подбирая тактику, Одри решила остаться в этом зале – гораздо удобнее обороняться, чем в длинных и узких коридорах.
Приняв боевую стойку с замахом от плеча, она застыла в напряжении, готовая к атаке.
Дверь резко отворилась. Показался черный волк с рыжими подпалинами на боках. Его морда исказилась в грозном оскале. Вязкая слюна стекала по белым острым клыкам, черные глаза не упускали ни одного, даже самого легкого движения Одри.
Волк не торопился нападать, но был готов. Одри медлила, пытаясь понять, что же он будет делать дальше. Если он медлит, значит… что?
Одри не успела закончить мысль, а волк, все так же скалясь, еле заметным движением глаз, глянул на зал, и, словно убедившись, что она одна, перестал скалиться и выпрямился. Одри крепче перехватила меч, не доверяя всему, что видит, но волк в ответ на ее сомнения опустил голову и подогнул одну лапу, будто в поклоне. Затем поднял глаза, задержал внимательный взгляд на ее лице и лег на пол, положив голову на лапы.
Одри от неожиданности чуть не выронила меч. Она готовилась к драке, но никак не к тому, что волк будет просто лежать – без попытки убить или драться!
Она осторожно опустила варху, но пристально следила за каждым движением волка, и, решив играть по его правилам, медленно уселась на пол. Их разделяла буквально пара метров, и несколько минут они просто сидели, уставившись друг на друга. Волк смотрел спокойно, иногда прикрывал глаза, давая понять, что не намерен бросаться на девушку. Одри смотрела настороженно и не понимала ровным счетом ничего. За всю жизнь она не встречала ничего подобного, чтобы охотник и жертва сидели рядом во временном интуитивном перемирии.
– Ты… ты чего? – как будто бы издалека услышав свой голос, Одри вздрогнула от глупости ситуации.
Волк развернул уши по направлению к ней. Прикрыл глаза, открыл снова и перевел взгляд куда-то рядом с ней. Снова глянул на нее и медленно поднял голову. Девушка крепче сжала в руках оружие, давая понять, что она наготове. Он снова положил голову на лапы и прижал уши.
– Ты хочешь поговорить? – зачем-то спросила Одри, прекрасно понимая, что волки не умеют разговаривать.
Огромный зверь вяло моргнул, как будто глазами произнес “Да”. Одри бесшумно выдохнула. Просто отлично. О чем, и, главное, как с ним разговаривать?!
– Ладно, давай попробуем. Зачем ты здесь?
Зверь в ответ сделал два взмаха хвостом из стороны в сторону. По всему выходило, что таким образом он выразил дружелюбие, как собака.
– Ты не собираешься на меня нападать?
В ответ он перевел взгляд в сторону и снова вернулся к Одри. Это значило “Нет”, догадалась она.
– Ты выпустишь меня отсюда?
В ответ волк поднял голову и кивнул на открытую дверь. Затем снова повернулся к ней и положил голову. Этого жеста Одри не поняла. Что вообще тут происходит?! Эти звери – истребители ее рода, разрушители жизней Крейга и Тома и угроза вообще всему человечеству, – а она пытается “услышать” одного из них?!
Будто считав ее мысли, зверь встал, потянулся и попытался сделать шаг, но Одри вскочила быстрее и приняла стойку палача. Волк замер, еще раз изобразил поклон, прижал уши и, не сводя с нее взгляда, медленно начал красться по длинной дуге. Он остановился у полки с книгами и взглядом показал на одну из них.
Помедлив, Одри крепче сжала меч и осторожно подошла. Она проследила за направлением взгляда волка и взяла с полки дневник в оранжевой обложке. Ее “гость” с нетерпением переминался с ноги на ногу. Запись на форзаце гласила “Кэннот Блимм. 1938 г. Варшель”.
– Зачем тебе этот дневник?
Волк смотрел на нее не мигая, показал лапой на дневник пару раз, как будто просил его отдать ему. Девушка осторожно положила дневник перед ним, открыла на первой странице и отошла на пару шагов назад. Черный зверь приблизился, обнюхал страницу, чихнул и начал носом переворачивать страницы. Словно найдя нужную, он потянул за ленту, которая служила закладкой книги, и вырвал ее. На конце ленты сверкнул белый камень. Держа в зубах ленту, положил лапу на камень и вздохнул:
– Думал уже, что не смогу его найти, – подняв голову на Одри, прохрипел он. Его голос напоминал курильщика со стажем. – Спасибо.
Девушка стояла открыв рот и не мигая смотрела на своего “гостя”. Волк говорит!
– Не пугайся, милая. Если тебе будет легче, мы может подождать до утра. Дам время тебе прийти в себя. Только помоги мне надеть на шею эту ленту.
Одри не двигалась. Ей казалось, что еще немного, и она упадет в обморок, мысли в голову отказывались приходить, а тело не слушалось. Может быть, она при падении сильно приложилась головой, и теперь у нее галлюцинации? А может, волк на нее все же прыгнул, и она теперь видит посмертный бред? Нет. ЭТО ВСЕ бред. Волки не говорят, а она не умирает.
Она попятилась, выставляя перед собой варху. Волк носом подтолкнул к ней открытый дневник, но больше не говорил ни слова. Только смотрел огромными черным глазами, в которых отражался свет зажженного факела, висевшего на стене позади Одри. Потом лег на пол, скрестил лапы и положил на них голову. Глаза прикрыл, всем видом показывая, что он не опасен.
Как же, не опасен! Огромный черный волк, высотой в холке почти метр, с длинной шерстью, которая делала его еще больше, вызывал не страх, а парализующий ужас. Одри, которая привыкла их убивать, а не рассматривать, чувствовала приближающуюся потерю контроля над собой. Пересилив себя, она взяла дневник и прочитала на открытой странице:
Одри захлопнула дневник и вопросительно посмотрела на огромного зверя. Зверь же носом ткнулся в камень и немного подтолкнул его к ней. Похоже, он знал гораздо больше, чем она. А ей хотелось понять, что происходит. Вопреки здравому рассудку, она спросила:
– Об этом в дневнике говорится? – Она взглядом указала на предмет, лежащий перед ним, и тут же поняла, что задала глупый вопрос. Волк положил лапу на камень и произнес:
– Да. Только тот, кто писал дневник, так и не узнал, что это такое. А очень зря. Мог бы, в конце концов, остаться в живых. Этот камень – лариенит. Лунный камень волков. Оборотни, как вы нас называете, в волчьей шкуре не могут говорить. Но смена облика не влияет на наше сознание. Мы знаем, кто мы, и помним нашу цель, как бы мы ни выглядели. Этот камень набирает силу так же в полную луну. И я чувствую ее. Поэтому и пришел. Мне нужно было его найти. Он дает возможность говорить в зверином обличье, но только если к нему прикоснуться. Поэтому и прошу тебя надеть его мне на шею. Я тебе не враг. Я хочу помочь.
– Помочь? С чем помочь? – Она упрямо тряхнула головой. – Как-то без твоей помощи я жила до этого!
– Ну, скажем, у тебя появилась опасная компания. Но сейчас не об этом. Я рад, что ты вернулась к истокам. Тебе надо прочитать вот эти дневники, тогда у тебя многое встанет на свои места. – Он мотнул головой на полки позади себя. – Это история рода Блиммов. Темные личности с огромной силой, но глупые, чтобы ею пользоваться. Женщины по их линии наследовали колдовскую природу, а мужчины – физическую удаль и долголетие. Но ни одна девочка не стала полноценной ведьмой, а мужчины продолжали ваше общее семейное дело – истребляли оборотней и не задавали вопросов. Они могли распознать настоящего оборотня даже в человеке.
Одри никогда этого не знала. Ей говорили, что их род особенный, но чем именно – никто не рассказывал. Было интересно прикоснуться к своей истории, но немного жутковато, что этот рассказ исходил из уст злейшего врага фамилии.
– А теперь читай. – Волк поднялся, зубами взял камень за ленту и отошел к двери. – Времени у тебя еще много.
Одри, косясь на чудовище, прошла к полке и взяла книгу сверху.
– Каро Блимм. 1650 г. Лаклейд, – произнесла она вслух.
– Это основатель их фамилии. Родной брат основателя рода Варланов. Они первые стали записывать свою историю на бумаге. Блимм сменил родную фамилию, чтобы скрыться от праведного гнева своего отца, который был не рад женитьбе сына на неугодной ему колдовке. Но с братом общаться не перестал. Поэтому его история тоже находится в этом зале.