Ксения Замотаева – Провидица. Сквозь призму снов (страница 8)

– Не знаю. Таким родился, и, поверь, насмешек мне и в детстве хватило. – Его голос зазвучал твердо. Нолан поморщился. – Я от своей стаи сильно отличаюсь. Но ты не дослушала. Черные волки – вилтаки – самые мирные. Мы никогда не нападали на людей.

– Может быть, только твоя стая не нападала? Несколько дней назад мы убили пятерых черных волков. Они были готовы нас разорвать. – Сделав паузу, она заключила: – Так что что-то не вяжется в твоих описаниях.

– Ты серьезно? – Он остановился и уставился на нее. – Можешь рассказать?

– Нет. Не хочу, – ответила она. – Все-таки это ты начал этот разговор, так что продолжай.

Одри пошла дальше. Нолан догнал ее и продолжил:

– Ладно, разберусь с этим позже. В общем, семья Блиммов вела охоту только на черных волков. Они методично истребляли самый мирный вид. Кстати, лариенит – наша находка. Всего таких камней три. Вот этот, – он достал белый камень на ленте, – самый маленький, и он хранился только в нашей стае. И события, о которых ты читала – это все произошло с моей семьей. Твой Кэннот убил их всех. Остался только я.

Он замолчал. Одри вдруг прониклась сочувствием к этому одинокому пареньку. Она понимала его как никто другой.

Дальше путь продолжился в молчании, им не хотелось прерывать это временное перемирие. Одри заговорила первая:

– Почему твоя семья не сказала ему? Раз у них был камень, они могли объяснить все.

– Они пытались. Но вспомни, как ты сама отреагировала на мою речь. – Он усмехнулся и тряхнул головой. – Ведь всех пугает что-то неизведанное. Может, он подумал, что у него галлюцинации и разозлился еще сильнее?

Он покачал головой, цокнул языком и, чуть помолчав, предпринял новую попытку получить взамен интересующую его информацию:

– Расскажи мне о черных волках, которые на вас напали. Мне надо знать.

Он спросил твердо, но Одри не хотела говорить. Не привыкла она делиться своими сражениями, но, чувствуя себя обязанной, все же описала последний случай.

День начинал клониться к закату, они почти пришли к месту, где Одри оставила машину.

– Что ты будешь делать с этой информацией? – спросила девушка поникшего Нолана.

– Пока не знаю. Мстить точно не буду, но хочу проверить пару догадок. Я останусь тут и дам совет тебе на прощанье: будь осторожнее, твоя новая компания принесет тебе немало бед. Не доверяй никому, будь умнее, чем твоя родня. – Он посмотрел на нее своими карими глазами, в которых на мгновение мелькнул огненно рыжий отблеск. – Я уверен, что мы еще встретимся.

Одри так устала от свалившейся на нее информации, что не смогла произнести ни единого слова. Новый знакомец развернулся и пошел в обратном направлении, а девушка стояла и задумчиво смотрела ему вслед.

Глава 5

После того, как ушла Одри, на душе стало пусто, а в комнате – неуютно. Почему я так привязалась к ней, ведь мы знакомы всего пару дней? Да, я обязана ей жизнью, как и Крейгу, но тяготит не это. Может быть, дело в том, что я никак не могу ее разгадать? Но ведь каждый человек – это тайна для другого! Но Крейг же не вызывает у меня таких чувств: только благодарность и сочувствие. Уважение тоже.

Я ощущаю что-то особенное в ней, что проникает глубже, чем зрение или слух; это что-то, доходящее до самой души. Может, именно одиночество, которое читается в ее взгляде? Даже в окружении друзей. Нет, это не жалость. Это нечто большее. А если задуматься, разве я сама не одна? У меня есть родители, пусть и на другом конце страны, но они есть. Одри же может рассчитывать только на Крейга и Тома.

Возможно, двойственность ее натуры? Она так хладнокровно расправляется с врагами, ловко использует свое оружие, а при этом остается доброй и заботливой – настоящей подругой. Что же еще скрыто в ней? Почему я вообще об этом думаю?

Я дернула головой в попытке освободиться от слишком глубоких размышлений. В руках я держала карандаш и блокнот, выводила среди грифельных завихрений профиль моей новой знакомой.

Глядя на рисунок, я ловила дежавю: проносились обрывки воспоминаний нашего знакомства при не самых радужных обстоятельствах. Да, именно такой я ее увидела первый раз там, в свете луны: робко прячущейся за высокими соснами, окружающими мой двор.

Интересная штука, привычки: когда я нервничаю, всегда что-то автоматом рисую. Бесцельно. Просто тире, волнистые линии, спирали и прочее. Но всегда получается какой-то образ из моих переживаний.

Мои размышления прервал громкий звук, как будто железная дверь со всей силы ударилась о металлическую раму косяка. Спрятав блокнот под подушку, словно это было самое безопасное место, я выскочила из своей комнаты в общий зал.

– Одри вернулась? – адресуя свой вопрос Крейгу, я оглядывалась, чтобы убедиться в достоверности своей догадки.

– Нет, она еще не вернулась. Она пропала с радара, – ответил Крейг голосом, в котором сквозило едва сдерживаемое дрожание. – А это значит, что ее обувь повреждена. И, надеюсь, что пострадали только ее сапоги.

Дверь в спальню Тома отворилась. Видно было, что он приложил немало усилий, чтобы ее открыть. Том показался в проеме с виноватым выражением лица, но когда заметил меня, сразу стал надменным.

– Слушай, в последний раз она мелькала в районе вокзала. Поехали поищем, если ты так за нее переживаешь, – сказал он с вызовом. – Я же ей объяснял, как это работает. Да и мало ли? Решила поспать не в убежище, а где-нибудь в другом месте или просто босиком погулять. Не знаешь ее, что ли? Кто там разберет, что у нее в голове?

– Вот именно, что она слишком хорошо все знает, и в голове у нее все в порядке, – сквозь стиснутые зубы прошипел Крейг. – И если бы она решила прогуляться босиком, то сигнал бы не исчез!

– Так давайте ее найдем! Ее трудно не заметить в толпе! – Я тоже начинала нервничать.

– Ты же провидица, закрой глазки и посмотри, где она, – съязвил Том. Он стоял, оперевшись на дверной косяк, скрестив руки на груди.

– Я так не могу… Я это не контролирую! – Во мне закипала ярость, и зерна сомнения вновь начали прорастать у меня в мыслях. – Как я поняла, это твоя работа – заботиться о безопасности! Так иди, сделай все возможное и верни Одри!

– Вот возьму и найду!

Том метнулся в полумрак своей комнаты и тут же вышел, сжимая в руках куртку. На секунду он скользнул взглядом по Крейгу, как будто ища одобрения, но, встретив холодное выражение, быстрыми шагами пошел по коридору.

Крейг злился и явно хотел проучить парня. Мне показалось, что Том перегнул палку, и мне было обидно за Крейга: нельзя общаться подобным образом с теми, кто тебя спас! Добр к тебе, несмотря на твой несносный характер, протянул руку помощи и по-прежнему не оставляет в беде!

Крейг ходил по общей комнате, как загнанный тигр в клетке.

Раздался тяжелый лязг и скрип железа, известивший, что Том покинул убежище. Следом мы услышали грохот цилиндров и механизмов: дверь снова была заперта.

– Его нельзя отпускать одного, он не готов к встрече с опасностью один на один, – немного успокоившись, пробормотал Крейг. – Пойдем, поможем ему найти Одри. Должны успеть его догнать.

– А почему вы вообще за нее так переживаете? Насколько я поняла, она всю жизнь сражается. Оружие всегда при ней. Да и сейчас еще только вечер, ночь не скоро, – направляясь к выходу за Крейгом, спросила я.

– Потому что она обещала, что вернется сегодня к ночи, – тихим твердым голосом ответил он. – Она всегда держит обещания.

Он подошел к двери и взялся за круглый большой поворотный механизм, который запирал подвал, нежно названный Томом “убежище”. Повернув его с усилием два раза по часовой стрелке и на половину оборота в обратную сторону, мы открыли замок. Петли, скрипнув, начали двигать дверь от нас. Зазор был примерно сантиметров десять, но, вместо того, чтобы выйти, Крейг остался неподвижным. Оглянулся на меня.

– Том не выходил через дверь. Она была закрыта изнутри. Когда мы закрываем дверь снаружи, эта ручка на колесе встает в вертикальное положение. Но она была в горизонтальном…

– Но мы же слышали звук открывания и закрывания. Слышали ведь? Мне не послышалось? – спросила я неуверенно.

– Слышали. Да, – сухо ответил Крейг и перевел взгляд на замок и обратно: пытался найти следы на лестнице, чтобы понять, что же было на самом деле и как ушел Том. Но его попытки были безуспешны.

– Значит, он не выходил? Надо найти его и не дать уйти в одиночку, – с сомнением предположила я. И надеялась, что это неудачный розыгрыш Тома.

Я развернулась и начала спускаться, придерживаясь рукой за стену. Когда до конца лестницы оставалось несколько ступеней, я услышала рычание. На этот раз за углом стены, где начинался длинный коридор. Я резко остановилась и замерла, боясь привлечь внимание. Даже дышать не решилась. За спиной раздался глухой слабый удар и быстрые шаги Крейга, которые тут же прекратились. Где-то совсем рядом – слева – послышался цокот когтей по бетонному полу. Кто-то приближался.

Из-за угла показался черный нос, который втягивал воздух и раздувал ноздри. Следом появилась оскаленная морда и два горящих голубых глаза.

Я не могла отвести от него взгляд. В его глазах пылал холодный огонь, готовый спалить меня до костей. Обнаженные клыки на фоне черной шкуры казались ослепительно белыми – от вида их размера кровь стыла в жилах. Широкие когтистые лапы медленно двигались в мою сторону. Я для него всего лишь беззащитная жертва, с которой он расправится в одно мгновение.