Ксения Вавилова – Мериамос 3. Серебряная Соколица (страница 14)

– Я ведь говорил. Быстро и чисто, – произнёс последний, копаясь в сумке Тишины. – Сейчас передадим её, получим деньги и поминай как звали. Быстро и чисто.

Шанса спастись не наблюдалось. Ощупав веревку, попыталась высвободить руки из пут, но только сильнее затянула узел. Ощупала стену за спиной, но ни удобных выступов, ни завалившихся в тень острых предметов не нашлось. Здоровяк, хмурясь, наблюдал за Тишиной, и приняв трагический вид, она опустила голову.

Явился третий. Торопливо сбежал по лестнице, едва не рухнул на последних ступенях, запнувшись.

– Всё, я договорился, – запыхавшись, произнёс он.

– Скорее бы уже. Если нас тут застукают… – засуетился мелкий.

– Хватит, – оборвал его великан. – Делаем дело и умываем руки.

Поднявшись, он вытащил из-за пояса мешок и встряхнул его так, что все закашлялись от пыли. Вздохнув, Тишина жалобно посмотрела на похитителей, но растрогать их не смогла. В мешке было душно, пыльно и нечем дышать. Зато выгнувшись, она дотянулась до ботинка и, стянув его, вытащила из ложбинки под стелькой короткий нож.

Эти ботинки подарил Зэван, ещё во время её прошлого пленения. Должно быть, знал, что Лисара и банда ищут её и найдут. Знал, что она выберется. Знал, что случись оказия – и её вновь поймают.

В мешке было тесно, ругаясь на её копошения, великан встряхивал его, но лучше немного тесноты в мешке, чем новая лаборатория. Разрезав путы, Тишина натянула ботинок и прислушалась. Они шли по улице, пространство полнилось голосами, и момент лучше едва ли представится.

Распоров мешок, Тишина вывалилась на землю, больно приложившись о брусчатку. Люди рядом, удивлённо вскликнув, отхлынули. Похититель с лицом хорька бросился к девушке, а она – в сторону, под ноги прохожих. Цепкие пальцы ухватились за куртку, но сбросив её, девушка побежала в толпу.

Похитители закричали что-то, люди, которым секунду назад не было дела, стали оборачиваться, и некоторые даже попытались поймать девушку.

– Вор! Вор! – летело ей в спину.

Тишина бежала, не разбирая дороги, ныряя в незнакомые подворотни. В спину летела трель свистка, заставляя её бежать быстрее. В Кондоме свистками пользовались городовые, и там она без раздумий побежала бы к ним, ища спасения. Но здесь она неслась по незнакомым улицам перепуганным зайцем, пока кто-то не бросил ей под ноги палку, и Тишина рухнула на землю, больно ударившись о камни.

Человек в форме вздёрнул её на ноги и что-то грозно спросил.

– Помогите, меня похитили! – начала она было, но тут же получила удар в живот и, задохнувшись, согнулась от боли. Если бы не крепкая рука человека в форме, рухнула бы обратно на дорогу.

Над головой случился спор, и едва она смогла сделать вдох и поднять голову, как встретилась взглядом со знакомыми жёлтыми глазами. Заклеймённый что-то доказывал человеку в форме, а тот смотрел недоверчиво и, отодвигая Тишину, пытался заслонить её собой.

– Ох, к Каресту всё это, – послышалось сбоку, и неясная тень метнулась к ним из толпы.

Охнув, мужчина в форме схватился за бок, выпуская Тишину. Она успела заметить, как служитель порядка, не смотря на расползающееся по форме пятно крови, пытается задержать Заклеймённых, а дальше рассматривать было некогда. Нужно бежать.

В подворотню, оттуда в большое скопление людей. Через рынок, на небольшую улочку и в проулок. Делая большой круг, она поворачивала всегда в одну и ту же сторону, кружа по центру города.

Юркнув в узкий проулок, Тишина выглянула убедиться, что нет погони. Ноги дрожали от напряжения, приходилось хвататься за стену, чтобы не упасть. Лёгкие горели, бок перестал болеть ещё во время бегства, но всё равно крутило живот. Уперевшись руками в колени, она попыталась отдышаться, когда боковым зрением заметила движение в конце подворотни.

Резко выпрямившись, выставила перед собой нож, оглядываясь, проверяя нет ли второго Заклеймённого за спиной, и попятилась назад на оживлённую улицу.

– Беги, беги, мышонок, – беззлобно улыбнулся Заклеймённый. – У наших ищеек отличный нюх, а у тебя примечательный запах.

«Кааар!» – раздалось над головой.

На водостоке, нахохлившись, сидел огромный, чёрный ворон, разглядывая суетливых людишек в грязной подворотне. Заклеймённый повёл плечами.

«Должно быть, почуял Талант, – подумала Тишина. – Значит, это птица Зара».

Ворон спрыгнул вниз, взмахнул огромными крыльями и вылетел на улицу, а Тишина рванулась за ним. Через поток людей, через площадь, мимо телег, рискуя попасть под колёса. Возницы ругались, когда она перебежала дорогу, и один из них дотянулся до неё бичом. Зашипев от боли, Тишина пригнулась, закрывая голову руками, но шага не сбавила, старалась не выпускать птицу из виду.

Заклеймённых видно не было. Едва ли ей удалось улизнуть, но Зар поможет. Он знает, что делать. Он поможет.

Ворон залетел за дом, Тишина зашла за ним и, запнувшись, остановилась. Задний двор какого-то склада, заваленный ящиками и мусором. Зара нигде не было видно, зато четверо Заклеймённых тут как тут. Едва она попятилась, как услышала шаги за спиной. Заклейменный, которого она видела ранее в подворотне, вышел из-за угла, отсекая возможность сбежать.

Ворона полетела дальше по своим делам, а Тишина едва не взвыла от собственной глупости.

Когда Заклеймённые её связывали, девушка пыталась сопротивляться, но силы были неравны. Её быстро скрутили, связали, заткнули рот кляпом и набросили на голову мешок. Не прошло и пяти минут, как она оказалась на дне телеги, скрытая от посторонних глаз мешками с сеном.

Телега тряслась на ухабах, в спину и бока впились неровности телеги, а тугие путы не позволяли сменить позу. Силы покинули Тишину. Лёжа на дне телеги, она не могла ни заплакать, ни закричать.

Лисара не придёт на помощь – она в другой стране, на другом конце материка. Ниоба не придёт на помощь – она даже не знает, где искать Тишину. Даже Зэвана рядом не будет, который всегда защитит и успокоит. Никто не приедет, а виновата в этом сама Тишина.

Всхлипнув, она прикусила кляп и заскулила.

Всё, что ей оставалось, это ждать и слушать.

– Поверить не могу, что кондомовские Заклеймённые её упустили, – фыркнул один из похитителей. – Даже с девчонкой справиться не в состоянии.

– Ей помогали, – огрызнулся другой. – Виновные понесли наказание.

– Если бы такое случилось здесь, Белый олень содрал бы с виновных шкуру, – пауза. – Буквально. Распоясались вы там на Западе. Забыли хозяйскую руку.

Ему не ответили.

– Я слышал, Хозяин уже нашёл человека, который наведёт порядок на Западе, – продолжал он, несмотря на игнорирование коллег. – Всех Заклеймённых разошлёт по учебках в Сорон и сюда в Мандагар. Уж мы-то выбьем из них лишнюю праздность.

– Ты так распаляешься, потому что хочешь отправиться за Эйлирийские горы? – догадался кондомовский Заклеймённый. – Думаешь, там проще?

– Проще?! Пф-ф-ф, – презрительно фыркнул заводила. – Я бы посмотрел, как вы бодаетесь тут с Триединой церковью.

– В Кондоме Магистрат.

Заводила вновь фыркнул:

– И что может твой Магистрат? Детки научились передвигать кубики Талантом и играют в политику. Спорим, я в одиночку…

Что именно он собрался делать в одиночку, Тишина не узнала. До неё долетел звук выстрела, а следом глухой стук, и телега затряслась, наехав на упавшее тело.

– Держи лошадь!

Кони заржали, телега затряслась сильнее, и Тишину стало подкидывать на кочках.

Ещё выстрел. Кто-то упал в телегу, придавив девушку так, что стало нечем дышать. Выстрел, и ржание испуганных лошадей стало удаляться.

Телега неслась, подпрыгивая на ухабах, пока не подскочила на особо неудачной кочке и не перевернулась. Чужое тело послужило подушкой, не позволив Тишине размазаться по полю.

Стало тихо. Лошадей не слышно. Людей тоже.

Лежать под перевёрнутой телегой просторнее, чем на её дне, но нужно выбираться. Тело, на котором она лежала, признаков жизни не подавало. Тишина старалась не думать на кого упала и, скатившись с него на землю, с трудом повернулась к телу спиной и стала ощупывать пространство вокруг. Руки тут же попали во что-то липкое и мокрое, заставив содрогнуться всем телом и отпрянуть.

Но брезгливость свободы не подарит, и она вновь принялась обшаривать тело. В рукаве Заклейменного, обнаружился нож, что никак не желал доставаться. Пришлось бросить его там и ощупать пояс Заклеймённого.

У Зэвана ножей было, как блох у бездомной собаки. К счастью, этот тоже оказался любителем холодного оружия. Едва завладев ножом, Тишина принялась резать верёвки, попискивая от нетерпения.

О причинах, по которым Заклеймённый лежит мёртвым, а телега перевернулась, она не думала. Важнее было освободиться.

Стянув с головы мешок и выплюнув кляп, Тишина осторожно выползла из-под телеги. На улице темно. Ветер воет, качая высокую сухую траву. Прижимаясь к земле, девушка осмотрелась, пытаясь понять, откуда они приехали.

Земля дрогнула, когда зверь приземлился недалеко от телеги. Бежать было некуда и пришлось, пятясь, вновь заползти под телегу.

Всадник спешился. Звёзды высветили серую тень, которая, не доходя до телеги, вскинула ружьё. Полированное дуло поймало блик луны и тут же плюнуло искрами и дымом. Тело в траве вздрогнуло и осталось лежать. Неизвестный обошёл телегу и, найдя второго Заклеймённого, не приближаясь, выстрелил.