Ксения Васильева – Кодекс офисной детоксикации. Чтобы работа не отравляла вам жизнь (страница 12)

О чем может свидетельствовать подобная токсичность собеседования? В чем конкретно скорее всего заключается токсичность этого офиса?

Проблема этого офиса скорее всего в том, что в нем процветает буквально армейская дедовщина. Помните, что такое дедовщина в воинской части? Это, как говорят нам словари разговорных слов, «оскорбительно-деспотичное обращение старослужащих солдат („дедов“) с молодыми бойцами, новичками срочной службы – как разновидность неуставных отношений».

Вот и в нашем офисе, скорее всего, тоже имеет место быть оскорбительно-деспотичное отношение тех, кто работает в компании давно (и при этом, упаси Господи, еще и официально наделен руководящими полномочиями), к «новеньким». Подобные проверки новичкам устраивают не только в армии, а и например в детском доме или школе-интернате. Что объединяет все эти организации? Явление, называемое иерархическим мышлением (авторство термина принадлежит американскому психотерапевту Элинор Гринберг).

Об иерархическом мышлении писал мой наставник, психиатр-психотерапевт Николай Николаевич Нарицын. Под этим социальным явлением он понимал специфическое восприятие мира, при котором человеку чрезвычайно дискомфортно находиться в социумах, не имеющих выраженных лидеров, иерархических лестниц и прочих вещей, которые четко отражают основную максиму: «Ты начальник – я дурак, я начальник – ты дурак». Иными словами, иерархически мыслящие люди не могут воспринять своего оппонента как равного себе: им непременно требуется поставить его в системе координат либо выше, либо ниже себя. И если оппонент вдруг не соглашается с местом, отведенным ему иерархически мыслящим человеком – непременно быть конфликту, порой достаточно громкому.

Более подробно об иерархическом мышлении мы поговорим в следующей главе.

Выводы, сделанные иерархически мыслящим человеком об оппоненте, изобилуют когнитивными искажениями, то есть логическими ошибками мышления. Вот давайте попробуем понять эту так называемую «логику», почему «старослужащие» в компании ставят кандидата на вакансию на более низкое иерархическое место, нежели их собственная (как им видится) позиция?

Первое и основное: иерархически настроенные менеджеры считают, что если человек ищет работу – он встает в заведомо зависимое положение. У менеджеров-то работа есть, а вот у кандидата на вакансию пока нет. Значит, как кажется менеджерам, кандидат пойдет на многое, на попрание собственных личных границ и унижение, только бы получить работу. Чтобы, извините за выражение, с голоду не помереть. И невдомек менеджерам, что у кандидата может быть и «финансовая подушка» на время вынужденной безработицы, и вообще он может посещать собеседование, еще будучи работником другой организации.

Далее, менеджеры могут искренне полагать, что с хорошей работы не уходят. И если кандидат ищет работу в их компании, значит, у него нет перспектив на прежнем месте: ни карьерного, ни зарплатного роста. Вот они и считают возможным относиться к кандидату, как к неудачнику. Опять же, чаще всего совершенно безо всяких логических оснований.

Кстати, на понятии личных границ здесь следует остановиться подробнее. Как вы поняли, токсичное собеседование часто представляет собой именно грубое нарушение личных границ. Иными словами, как мы сказали в самом начале этой главы, проводящие собеседование менеджеры ведут себя по-хамски.

Что такое личные границы? Это субъективное ощущение, выраженное в понимании человеком своих отличий от других людей (своей индивидуальности), а также в признании и уважении права других людей на собственную индивидуальность. Принято выделять следующие виды личных границ:

– физические (телесные);

– сексуализированные (интимные);

– психические;

– эмоциональные;

– временные;

– пространственные;

– имущественные (в том числе финансовые).

К огромному сожалению, имеются примеры, как на собеседовании нарушались все перечисленные виды границ.

Менеджер назначает собеседование на условленный день и час – и опаздывает, в то время как кандидат пришел в назначенный срок. У кандидата дела на день не ограничиваются собеседованием – как мы сказали, его может ждать и другая работа, с которой он пока не уволился, и семья, и друзья, и прочие личные дела. Но менеджер ведет себя так, как будто у кандидата на вакансию нет никаких иных занятий, кроме прохождения этого собеседования. Менеджер нарушает временные границы кандидата.

На собеседовании менеджер задает кандидату личный вопрос, почему тот предпочитает ту или иную гамму цветов в одежде. И вообще, кандидат что, не знает, что галстуки такого оттенка давно вышли из моды и сейчас такие не носят? Тем самым нарушаются имущественные границы кандидата.

Собеседование проводится в тесном и душном помещении, при этом разговор затягивается таким образом, что кандидату – извините! – и в места общего пользования не сбегать. Это можно назвать нарушением пространственных границ.

Кандидату на вакансию задают вопросы глубоко личного характера, почему, например, тот разведен. «Вы не умеете уживаться с людьми в близких отношениях?» – ехидно интересуется кадровик, хотя стаж брака у кандидата составлял приличный срок и расстались они с женой по причине того, что брак себя банально исчерпал (увы, так бывает). Менеджер по персоналу нарушил психические границы кандидата на вакансию. В качестве аналогичных примеров в Сети работники приводят указания на орфографические ошибки в резюме (которые могут быть просто опечатками!), насмешливое отношение к объему профессиональных знаний («Из текстовых редакторов знаете только Ворд? Не густо, не густо!»), вопросы о том, как кандидат поведет себя, если не понравится лично генеральному директору и даже удивление, почему родители назвали ребенка таким сложно выговариваемым именем – Варвара Валерьевна Владимирова (имя вымышлено), не страдали ли родители кандидатки психическими проблемами, раз так «удружили» дочери. Все это – нарушение психических границ.

А вот кандидат употребил в речи словосочетание «до слез» – в значении именно слез грусти и огорчения. Кадровик же цепляется за это: «А вы часто плачете? Что же вы, не можете сдержаться, как маленький ребенок?». Это нарушение эмоциональных границ.

Я уже не говорю о том форменном безобразии, когда менеджер по персоналу начинает хлопать кандидата по плечу, как будто это его старый друг. И с другом-то подобное поведение можно расценить как нарушение физических границ, а с незнакомым человеком и подавно. А набившие оскомину разговоры с кандидатами-женщинами о нежелательной беременности – или напротив, о том, почему кандидатка незамужем, со скабрезно-сексуализированными комментариями? К нарушению интимных границ относится не только приставание-харассмент, но и разговоры на интимные темы.

Если уже на собеседовании ваши личные границы грубо нарушаются, тысячу раз подумайте, стоит ли трудоустраиваться в такую компанию, даже если собеседование прошло для вас успешно в плане того, что с вами готовы заключить трудовой договор. Вероятно, вы попадете в самую настоящую змеиную яму и основная «жесть» начнется как раз после того, как вы приступите к работе.

Должна вас предупредить: порой кадровики нарочно ведут себя на собеседованиях подобным образом. Как токсичный партнер в личных отношениях, представитель токсичного офиса может таким образом проверять крепость ваших личных границ, определяя, как с вами «можно», а как «нельзя». Поэтому работу над личными границами стоит вести каждому человеку: вы должны оказаться способны их установить и при необходимости защитить – в том числе на работе.

Однажды собеседование закончилось для кадровика неудачно – кандидат встал и ушел, сказав, что предлагаемые кабальные условия труда его не устраивают. «Я имею чувство собственного достоинства!» – сказал на прощание кандидат. Кадровик хмыкнул: «Ну, знаете ли… В наши непростые дни человек или с достоинством, или с работой». Он очень удивился, когда кандидат без тени сомнения ответил: «Конечно же, я выбираю достоинство».

Какие еще аспекты проведения собеседования стоит признать настораживающими в плане потенциальной токсичности офиса? Практика в сфере управления персоналом показывает следующее.

– Само объявление о вакансии содержит слова: «многозадачность», «динамично меняющаяся компания» и, конечно же, «стрессоустойчивость». Думаю, после сказанного выше какой-либо комментарий здесь излишен. Разве что то, что в такой компании вы можете стать в прямом смысле рабочей лошадью, которая пашет без перерыва, пока ее не загонят.

– Менеджер по персоналу прямо говорит, что в компании коллектив – как одна семья. В семье, увы, присутствуют родители – так не относятся ли к работнику как к несмышленому ребенку, который должен во всем слушаться папу и маму?

– Менеджер по персоналу говорит о том, что в коллективе приветствуется энтузиазм и поглощенность общим делом. Привет, переработки и работа в выходные дни.

– Ни объявление о вакансии, ни ваш разговор с кадровиком не содержат упоминания конкретных цифр заработной платы. Не скажут ли вам работать буквально «за спасибо», потом прикрываясь тем, что вы «так и договаривались»?

– Кадровик задает вам странные вопросы, в том числе в виде псевдовикторины, и не может ответить на вопросы «почему?», «зачем?» и «с какой целью?», когда вы поинтересовались этой особенностью.