Ксения Петрова – Ошибка глупой ученицы (страница 4)
Аккуратно сняла платье, сложила его на кровати с особой бережностью, будто это был не просто наряд, а талисман грядущего события. Бросила взгляд на часы: 10:00. До встречи ещё уйма времени — целых десять часов! Решив, что свежий воздух мне не помешает, я переоделась в привычные вещи: свободное худи с капюшоном, шорты до колена, нацепила чёрную кепку, обула кеды, вставила наушники и включила любимую песню — бодрый индирок, который всегда поднимал настроение. С лёгкой улыбкой я вышла из квартиры.
Улыбка, впрочем, погасла в тот же миг, как только я ступила из подъезда на улицу. Небо нависло тяжёлыми свинцовыми тучами, они клубились и давили своей массой, предвещая не просто дождь, а настоящий ливень в ближайшие минуты. Воздух стал густым и влажным, будто перед грозой. Вдалеке глухо прокатился гром, и первые редкие капли упали на асфальт, оставляя тёмные точки.
Не желая возвращаться, я всётаки решила хоть ненадолго заглянуть в ближайший магазин — купить еды и воды. До него я дошла буквально за 10 минут. По пути, у самого входа, заметила уютную кофейню с большими окнами. Не удержавшись, взяла ароматный латте с корицей — его тёплый запах немного успокоил и вернул ощущение контроля над ситуацией. Пока бариста готовил напиток, я разглядывала своё отражение в зеркальной стене: бледная, с растрёпанными волосами, в кепке, надвинутой на глаза, — полная противоположность той элегантной леди из зеркала полчаса назад.
Быстро закупилась всем необходимым и, уже выходя из магазина, замерла на пороге.
На улице стеной стоял ливень. Он обрушился внезапно, яростно, словно небо решило выплеснуть на город всю накопившуюся влагу разом. Капли били по асфальту с такой силой, что вокруг поднимался лёгкий туман. Видимость упала почти до нуля — можно было разглядеть лишь размытые очертания соседних домов и деревьев. Зонтов у прохожих почти не было: ктото бежал, прикрываясь сумкой, ктото замер под козырьками подъездов, а ктото, как и я, обречённо брёл вперёд, смирившись с неизбежным.
Выругавшись вполголоса, я всётаки ступила в этот мокрый хаос. Было ужасно холодно, сыро, ботинки хлюпали от сырости, вода стекала по шее за воротник, волосы прилипли к лицу и рукам, мешая смотреть. Я ругала себя за то, что не вернулась домой сразу, как только увидела тучи. Но, если быть честной, я просто не ожидала такого внезапного и мощного удара стихии. Всётаки надеялась, что успею вернуться до начала дождя.
Однако сегодня день, видимо, был абсолютно не моим. Когда я подошла к пешеходному переходу, какойто водитель промчался мимо на огромной скорости. Огромная лужа, скопившаяся у обочины, взорвалась фонтаном брызг — и вся эта ледяная масса обрушилась прямо на меня. Мокрая насквозь, я чертыхнулась, отряхнулась, насколько это было возможно, и поспешила перейти дорогу.
Но на этом мои беды не закончились. Как только я оказалась на другой стороне, пакет, который я держала в руках, предательски порвался по шву. Всё содержимое — хлеб, фрукты, бутылка воды, упаковка сыра — вывалилось прямо на мокрую землю, мгновенно покрывшись брызгами и грязью.
Вздохнув, я принялась спасать то, что ещё можно было спасти. Половину испорченных продуктов пришлось распихивать по карманам худи — ткань тут же потемнела от влаги. Остальное, что ещё выглядело болееменее прилично, пришлось брать в руки, стараясь не уронить снова. Рядом булькала и бурлила дождевая вода, стекая в ливневые решётки.
Шлёпая по лужам, я брела домой, проклиная погоду, невнимательных водителей и собственную самоуверенность. Капли стекали по лицу, смешиваясь с каплями пота, ветер пронизывал насквозь. Но гдето глубоко внутри, сквозь раздражение и холод, всё ещё теплилось то самое предвкушение вечера.
Уже подходя к дому, я заметила, что дождь начал стихать. Тучи медленно расползались, открывая клочок голубого неба. Первые лучи солнца пробились сквозь облака, заиграли бликами на мокрых тротуарах. Я остановилась, подняла лицо к небу и глубоко вдохнула — воздух был свежим, чистым, наполненным запахом озона. И вдруг улыбнулась понастоящему, искренне. Может, это был знак? Может, после бури всегда наступает затишье — а за ним и чтото прекрасное? А после я поняла как я ошиблась.
Глава 4
Встреча
Я не заметила, как время подошло к назначенному часу. Когда я услышала стук в дверь, я уже была при полном параде. Единственное, чего я не успела, — поесть. Ну что ж, надеюсь, на этой встрече найдётся чтото питательное. Может, даже фуршет с канапе и шампанским — а то мой желудок уже начал подавать сигналы бедствия азбукой Морзе.
Я открыла дверь и сначала даже не поняла, кто стоит передо мной. Мужчина выглядел невероятно солидно: чёрный костюм, который сидел на нём просто восхитительно, идеально белая рубашка, чёрный галстук, аккуратно зачёсанные и уложенные гелем волосы. На руке блестели дорогие часы.
Он, конечно, всегда выглядел хорошо, но сейчас... В голове мелькнуло: «Словно мужчина со страниц глянцевого журнала сбежал и теперь стоит у меня на пороге. Или это новый рекламный ролик люксового бренда, и я случайно попала в кадр?» Я застыла, разглядывая его почти минуту. Он, в свою очередь, не отставал — с явным интересом и даже удовольствием пробежался взглядом по моей фигуре. Причём так профессионально, будто проводил аудит — «оценка внешнего вида: 9,8 из 10, минус 0,2 за отсутствие завтрака».
Опомнившись, я заговорила:
— Зайдёшь? Или сразу поедем?
— Да, сначала подпишем договор — в удобных для тебя условиях, — ответил он.
Без лишних церемоний он вошёл в квартиру — и даже не разулся! Это мгновенно привело меня в чувство, и я рассердилась. Понимаю, он, видимо, привык разгуливать в обуви по своим особнякам, но моя семья с детства учила нас другому: в доме — только босиком. Даже если чтото забыли и вернулись, обязательно разуваемся — даже если очень спешим. Иначе мама достанет ремень — даже отец её побаивался.
Поэтому, увидев, как он нагло ступает по моему ковру в обуви, я чуть не вскрикнула. Но вовремя вспомнила: передо мной — мой учитель, а с сегодняшнего дня, бр-р-р, как ужасно это звучит, — мой «жених».
— Обувь, — твёрдо, но без раздражения сказала я.
— Что?
— Обувь снимите, пожалуйста, — повторила я.
— Зачем?
— Затем, что вы пачкаете мой ковёр, — уже с ноткой нетерпения ответила я. — Или вы думаете, что у меня здесь фабрика по производству ковров? Один испортили — другой достали?
Он окинул взглядом свои туфли, потом — ковёр, потом — меня. Нет, грязи не было: обувь явно новая, чистая. Но моя воспитанность и педантичность не давали покоя. В своё оправдание скажу: мои новые туфли после примерки тоже отправились к порогу и терпеливо ждали меня там.
Мужчина недовольно взглянул мне в глаза, но всё же выполнил просьбу: снял дерби и аккуратно поставил рядом с моими туфлями.
— Ты первая женщина, которая хочет снять с меня не штаны, а обувь, — усмехнулся он.
— Ваши штаны меня не интересуют, — ответила я, но вопреки словам невольно скользнула взглядом ниже его торса.
Он это заметил и усмехнулся ещё шире.
— Присаживайтесь сюда, пожалуйста, — я указала на розовый диванчик с зелёными подушками рядом с круглым столиком. — Это наш семейный центр принятия стратегических решений. Здесь обсуждались все важные вопросы — от выбора нового чайника до планов на лето.
Я быстро опустилась на стул напротив него. Он молча протянул мне бумаги. Я открыла их и бегло пробежалась глазами по пунктам: всё соответствовало тому, что он отправлял ранее. Никому не говорить о сделке; при нарушении — вернуть выплаченную сумму в двойном размере; играть роль любящей невесты, не давая поводов усомниться в этом.
Но один пункт заставил меня напрячься — я его сначала пропустила, а потом не сразу поняла, что не так:
> «Обязуюсь в течение месяца после подписания договора, при необходимости, появляться на совместных семейных мероприятиях и также играть роль невесты».
— Это ещё что такое? — чуть нервно спросила я. — Мы с вами договаривались только на один день! Откуда появился месяц? Вы что, решили продлить испытательный срок?
— Видишь ли, после того как я тебя представлю, возможно, семья захочет снова с тобой встретиться, — спокойно объяснил он.
— А я тут при чём? Мы обсуждали только один день!
— А если я заплачу и за другие дни, если они понадобятся, конечно? — предложил он.
Я задумалась, и тут во мне вспыхнула злость: а если бы я не заметила этот пункт, он бы мне не заплатил?
— Ха, а вы когда добавили этот пункт в договор, на что рассчитывали? — спросила я. — На мою юридическую неграмотность? Или думали, что я так обрадуюсь роли невесты, что даже не посмотрю в текст?
— Что ты не заметишь, — прямо ответил он.
— Нет, я больше не буду в этом участвовать, — отрезала я. — Обмануть меня пытались? Нет, с таким человеком я не хочу иметь никаких дел. Кто знает, где ещё вы попытаетесь меня провести. Вот так и не заметишь, как останешься должна вам деньги, квартиру и, чего доброго, ещё и трусы в придачу. Не-е-ет.
Как говорила моя бабушка: «Не имей ничего общего с аферистами». Собственно, я ему так и сказала:
— Аферист вы, товарищ профессор. Собственную учительницу хотели обмануть. Нельзя же так! Не по-человечески.
— Как учитель, я преподал тебе урок: даже знакомым учителям нельзя верить, — улыбнулся он и достал из-за пазухи пиджака ещё один договор. — Но вот этот вариант — без подводных камней. Честное джентльменское.