Ксения Еленец – Тень и её человек (страница 6)
Изнанка любила приходить ей во снах. Неправильно – не позволяя проваливаться на ту сторону. Только смотреть. Вспоминать ползущие по серым небесам изумрудные всполохи, тосковать по пьянящему чувству свободы. Изнанка дразнила.
Ульяна буквально почуяла границу. Тонкую, ломкую, готовую треснуть от малейшего нажима. Она протянула ладонь, надавила, чувствуя, как невидимый барьер трещит под пальцами.
Кот затарахтел и без предупреждения вогнал когти в незащищённый бок.
– Мать твою, Морену! – взвыла Ульяна, вскакивая на ноги. Дурманящая сонливость слетела и Ульяне стало жутко.
Она едва не провалилась на Изнанку как сопливая малолетка. В чём спала: в шортах и длинной мужской футболке, невесть как осевшей в её шкафу. Обездаревшая, беззащитная, едва ли способная вынырнуть обратно в реальность, она стала бы лёгкой добычей любому мало-мальски зубастому изнаночнику.
Ульяна зябко поёжилась и поплелась на кухню. Досыпать резко расхотелось.
Кот с радостным мявом понёсся следом. Он воинственно топорщил хвост и совсем не осознавал, что спас свою беспутную хозяйку от позорной смерти.
Пальцы сами ткнули кнопку на пульте. Привычка включать телевизор, чтобы тот заполнял тишину пустой квартиры въелась в подкорку. Канал она не выбирала – мультики для малышей и боевики одинаково хорошо справлялись со своей шумонаполнительной задачей.
С включенного экрана бойко затараторил диктор новостной программы.
Ульяна насыпала в кошачью миску малоаппетитных шариков. С пачки от корма скалился довольный мордатый котище, но Кот сухари не оценил. Он ткнулся носом в миску, фыркнул и брезгливо отёр лапой усы. Кот хотел колбасы.
– Это специальная кошачья еда, – возмутилась Ульяна. – Жри, чудище. Оно в гипере по акции, будешь выкаблучиваться, ещё мешок куплю.
Кот угрозой впечатлился. Подцепил сухарь, с хрустом разгрыз и явственно поморщился.
Ульяна сняла с полки кофейную банку. Разводной бурды едва наскреблось на ложку.
Она залила кофейный порошок кипятком, брезгливо побултыхала, глядя как растекаются коричневые щупальца.
Тетрапак с молоком снова оказался на дверке холодильника. Ульяна поскребла в затылке. Она уже месяц отучала себя от дурной привычки, но руки сами ставили пакеты на привычное место.
Ульяна скрутила крышку, сунула к горлышку нос и поморщилась. Молоко безнадёжно скисло. Помедитировав на дверцу холодильника и прикинув, что мусорное ведро набито так, что пакет туда не утрамбуется, Ульяна вернула молоко на прежнее место, пообещав себе вечером испечь оладьи. Смутно припомнилось, что это обещание она давала примерно неделю назад. Возможно, над тем же пакетом молока.
Пришлось сыпать в кислую кофейную бурду остатки рафинада. Кубики растаяли на дне кружки, превратив кисло-горькую гадость в гадость приторную.
Ульяна хлебнула, скривилась, бухнулась на табурет и вперила в телевизор пустой расфокусированный взгляд.
Конечно же, по местному каналу крутили сюжет про вчерашний прорыв.
На тёмных дёрганых кадрах двери метро исторгали из себя перепуганную толпу. Красно-синие всполохи мигалок отбрасывали на перекошенные лица жутковатые тени. Ушлый репортёр словил молоденькую зарёванную девицу и принялся методично пытать вопросами. Девица всхлипывала, утирала рукавом раскрасневшийся нос и не могла связать ни одного осмысленного предложения. Репортёр не унимался. Прервал интервью амбал в серой патрульной форме. Он оттёр девицу в сторону и зыркнул в камеру тяжёлым взглядом. Оператор стушевался и перевёл объектив в сторону сгруженных машин спецслужб.
На фоне диктор бойко тараторил о мерах, принятых для укомплектования штата артефакторов, о льготах для бойцов и ликвидаторов, о рекордном количестве бюджетных мест в Академии для одарённых.
Ульяна тоскливо поболтала остатки переслащённого кофе в кружке и залпом допила.
От приторности дикторский речей сводило челюсть.
Она бросила кружку в раковину, в гору другой посуды и пнула под зад застывшего над миской Кота. Кот обиженно взвыл, но к корму так и не притронулся.
– Ну и сиди голодным, – проворчала Ульяна.
Когда она вернулась за стол, по телеку крутили видеозапись очевидца. Она были тёмной, дёрганной и от этого ещё более жуткой. Вчерашний страх подкатил к горлу волной желчи.
На экране творился хаос. Телефон прыгал в дрожащих руках, выхватывал перекошенные в крике лица. Кадр застыл, позволяя лучше разглядеть складчатую склизкую морду свистуна. На заторможенном, осветлённом и подретушированном кадре изнаночник смотрелся неопасным. Нелепое чудище с маленькой головой, мелкими частыми зубками и красными бусинами глаз.
Свистун щерил пасть, словно улыбаясь в камеру. Ульяна зажала ладонью рот, удерживая внутри кофе.
Сюжет кончился вспышкой, ослепившей и камеру, и её владельца. Диктор сухо сообщил о нескольких погибших и куче пострадавших в давке. Оказалось, Ульянин вагон обошёлся самой малой кровью. Не Ульяниной, конечно, заслугой.
Стая им попалась не очень крупная и не самая опытная. Изнаночники рассредоточились по краям состава. Прицепленный в центре, вагон Ульяны атаковали твари, которым не хватило места на более хлебных точках.
В конце сюжета диктор делал аккуратный, но однозначный вывод о необходимости повальной регистрации одарённых и принудительных работах на благо города начиная с младшего школьного возраста.
Дальше была красиво втиснута социальная реклама про принудительные отработки. С экрана улыбчивые мордастые ребята вещали о том, как здорово им работается в отделе магического правопорядка и как они задумываются уйти со своих скучных мест работы, чтобы спасать город от изнаночников. То, что спасители города конченые бездари Ульяна даже не сомневалась. Ни один приличный одарённый не станет мараться о рекламу социального рабства.
"Одарённые" тем временем сообщили, что получили от начальства ОМП не оговоренную, но приятную премию и застыли с дебиловатыми слащавыми улыбочками.
Ульяна хмыкнула, не зная, раздражаться, или восхищаться и поймала себя на мысли, что думает как одарённая. Выгоревшая, с неоконченным неоконченным магическим образованием, она продолжала цепляться за былое, хоть мир одарённых давно вычеркнул её из списка "своих". Даже Артём, знакомый большую часть жизни, застывший её не искалеченной, забывал о том, что Ульяна не совсем бездарь. Опекал, защищал и словно не помнил о годах муштры в Академии и совместных походах на Изнанку.
Во рту стало горько. Ульяна вытащила с посудной полке последнюю чистую кружку, поскребла ногтем черный налёт. Тот не отстал и Ульяна, пожав плечами, залила в кружку кипятка. Кофе не осталось, поэтому следом за тремя кубиками рафинада в кружку отправился чайный пакетик.
Начавшийся после рекламной отбивки сюжет заставил Ульяну поперхнуться только что сделанным глотком чая.
Щекастый белобрысый мальчишка лет шести от роду, радостно улыбающийся с плаката "Помогите найти ребёнка" был ей отлично знаком. Илюшкин Виталик – сын вчерашней дёрганной клиентки – ночью пропал из собственной постели. В коротком видеообращении хлюпающая покрасневшим носом Светлана утверждала, что утром квартира была заперта изнутри, а вся верхняя одежда Виталика осталась в шкафу. В руках Светлана беспокойно крутила выданный Ульяной амулет. Волосы на затылке зашевелились. Плетения заклинаний уникальны, как отпечатки пальцев. Вряд ли кто-то из силовиков догадается сканировать бросовую безделушку, но ситуация складывалась пренеприятная.
Ульяна тряхнула головой, выкидывая из неё нехорошую догадку, что окончательно съехавшая с рельсов маменька сама придушила "подменыша" подушкой. Если тело Виталика не найдут у неё под кроватью, к делу подключится охрана магического правопорядка. А значит, силовики начнут рыть землю и выйдут на Ульянину рабочую квартиру.
Как всё-таки хорошо, что она перестраховалась и заморочилась с маскировкой. Конечно, при должном упорстве отследить её смогут. Только пусть попробуют доказать, что огромная одышливая цыганка и исключенная из магической академии по причине полного выгорания дара Бестужева Ульяна – это одно лицо. В приложении к приказу об Ульянином отчислении чёрным по белому значилось, что она не способна даже на слабый светлячок, не то что преобразование внешности или маскировочные чары. А плетение на амулетах… Покажите студента, который не подрабатывает, клепая бросовые магические игрушки. Мало ли их со времён Ульяниного студенчества по городу бродит.
Слегка успокоившись, она допила кофе, шикнула на Кота, который так и крутился возле миски, полной ненавистных сухариков по акции и страдальчески нудел.
– Не устраивает то, чем я тебя кормлю, добывай сам, – буркнула Ульяна, когда Кот завалился на бок, имитируя мгновенную голодную смерть.
Кот, раздосадованный черствостью хозяйки, воскрес и посеменил в коридор. Сядет сейчас под дверью и будет орать, пока не выпустят. А там у подъезда сердобольные бабушки, которые покормят несчастного голодающего котика.
– Ой, да вали на все четыре стороны, – фыркнула Ульяна, выпуская Кота на свободу.
Утро только началось, а настроение уже пробило дно. На сегодня было назначено целых два клиента, но идти на рабочую квартиру становилось попросту опасно. Пришлось писать и переносить обоих. Для верности Ульяна перенесла и тех, кто был записался на следующие два дня. Конечно, она надеялась, что ребёнок найдётся в ближайшие несколько часов и начавшаяся буча утихнет сама собой, но инстинкты твердили, что чудес в Ульяниной жизни не бывает. Оставалось надеяться, что Светлана не успела ляпнуть, где провела вчерашний вечер. Если охрана магического правопорядка успела заинтересоваться нелегальной колдуньей, даже возвращение мальчика не собьёт силовиков со следа.