Ксения Еленец – Тень и её человек (страница 7)

К концу недели Ульяна совершит осторожную вылазку в какой-нибудь левой личине, прощупает почву и будет думать, как жить дальше. В крайнем случае, скоро подходит время очередной оплаты аренды, можно будет попросту не проплачивать эту квартиру и снять новую.

Внутри шевельнулась жадность, но Ульяна волевым усилием запихала её назад. Лучше раскошелиться на новый кабинет, чем угодить в ОМП на правах социальной рабыни.

Среди передвинутых заказов нашлась парочка, для которых не требовалось помещение. Чистка кладбища возле дачного кооператива и проверка жилого дома на наличие мелких изаночных вредителей. Обзвонив обоих заказчиков, Ульяна договорилась о переносе кладбища на сегодняшний вечер, а проверку дома переписала на завтра.

Все дела были переделаны и можно было заняться чем-нибудь интересным. Например, пообщаться с картелем подъездных бабушек.

***

Ценной информацией разжиться не удалось. Свежих новостей сороки на хвосте не принесли, кости местных жителей были перемыты такое количество раз, что уже блестели. Правда, глава подъездной картели сообщила, что Игнат припёрся домой под утро. Злой, как голодный умрун, и такой же грязный. Новость слегка согрела душу. А потом Ульяне был вручен здоровенный кусмень давешнего пирога, который являлся ей во снах всю прошлую ночь. Пирог грел желудок, пока она стояла на пороге своего подъезда и ждала Василису, по своему обыкновению безнадёжно опаздывавшую.

Несколько лет назад Ульяна отучилась на права и даже с горем пополам могла наскрести на собственную машину, но за руль не хотелось до зубовного скрежета. Машина лишала ощущения твердой почвы под ногами. Когда Ульяна впервые заикнулась об этом при Ваське, та полезла с предложениями ментальной коррекции. Но Ульяне не хотелось ни коррекций, ни консультаций квалифицированных менталистов. Она сама знала, в чём причина этой странной фобии – Изнанка, переставшая пускать на свою сторону. Первые пару лет Ульяне казалось, что вместе с запретом посещения Изнанки ей ампутировали какую-то жизненно важную часть тела. Больше она не собиралась терять контроль даже над такой мелочью, как возможность касаться твёрдой земли подошвами ботинок. Наверное, Ульяне действительно требовалась психокоррекция, но Василисе она не призналась бы в этом даже под угрозой расстрела.

Сегодняшний вечер, на контрасте с прошлым, был сухим и тёплым. Ульяна, прислонясь к стене, смотрела как Кот гоняет в пожухлой траве мелкую полудохлую светлянку. Изнаночница тихо пищала, пыталась защитить всеми восемью тонкими ножками фосфоресцирующее брюшко. Кот издевался. Убирал лапу, давая тварюшке надежду на спасение, но как только светлянка переворачивалась на брюхо и вставала на ноги, готовая дать дëру, чёрная когтистая лапа неумолимо прижимала её к земле и переворачивала.

– Лучше бы сожрал, – хмыкнула Ульяна. – Меньше б мучилась.

Кот поднял голову и смерил хозяйку скептическим взглядом. Мол, не умеешь охотиться, не давай советы. Что взять с бестолковой человечки, за свою жизнь не поймавшей ни одной, даже самой дохлой светлянки?

– Тоже мне нашёлся охотник, – фыркнула Ульяна. – Я, между прочим, по Изнанке ходила. Нормально, а не провалившись в разлом как распоследний идиот.

Кот замер с занесённый лапой, словно поражённый хозяйским бессовестным враньём. Светлянка, улучив момент, встала на крыло и рванула в темнеющее небо. Кот обвил хвостом лапы и укоризненно склонил голову. Мол, не стыдно? Ульяне стыдно не было.

– Совсем с головой поссорилась? – выползший на крыльцо Игнат выглядел паршиво. Бледный с прозеленью, с ввалившимися глазницами и сухими, потрескавшиеся губами, сейчас растянутыми в гадкую ухмылку. – С кошаками разговариваешь.

– Тебя Тёмыч поколачивает что-ли? – Ульяна проигнорировала подколки и пристально уставилась на среднего Смольного.

Игнат вытащил пачку сигарет, выщелкнул одну из пачки и щёлкнул пальцами, видимо, собираясь эффектно сотворить огненный шар. С пальцев сорвался ворох мелких искр. Игнат защипал, потирая обожженное запястье и полез за нормальной зажигалкой.

Ульяна нахмурилась. Средний Смольный выглядел как катастрофически – почти до донышка – потратившийся человек.

Ульяна видела такое во время студенческих рейдов, когда очередной сопляк начинал играть в великих ликвидаторов. Человеческое тело – штука хрупкая. Пропустишь через себя чуть больше положенного – привет больница и долгое восстановление.

Игнат пробовал задираться, но Ульяна не воевала с инвалидами. Она терпеливо дождалась пока болезный сосед докурит свою отраву, бросит на пол, затопчет каблуком и уйдёт в подъезд, злой как стая голодных свистунов.

Васька приехала через полчаса. Ульяна успела замёрзнуть, поругаться с вылезшим на крыльцо алкашом, запустить нагулявшегося Кота домой, выпить очередную чашку чая, вернуться на крыльцо, снова замёрзнуть и готова была отправиться к заказчику на метро, когда серебристая машина подруги наконец вынырнула из-за угла дома.

– Я тебя ненавижу, – с чувством произнесла Ульяна, падая на переднее сиденье и щелкая пряжкой ремня безопасности.

– И тебе привет, – рассеянно улыбнулась Василиса, сверяясь с навигатором.

В качестве пассажира находиться в машине было почти терпимо. Ульяна уставилась в окно, старательно очищая голову от панических мыслей. Читать её без прямого позволения Васька, разумеется, не станет, но менталисты народ нежный. Резонируют на любые резкие эмоции. Распсихуется, опять расплюются. И окажется Ульяна посреди проезжей части с пожеланием провалиться на нижний уровень Изнанки со всеми своими неприкосновенными тараканами.

В попытках успокоиться, Ульяна забегала взглядом по салону. Обновку она заметила сразу – за водительским сидением громоздилось детское кресло. Судя по всему, Васька дожала Артёма на разрешение самостоятельно возить Егорку в музыкальную школу. Представив мелкого Смольного на детском сидении, Ульяна не удержалась от короткого смешка. Василиса уверенными шагами двигалась к званию самой неподходящей кандидатки в мачехи. Конечно, по закону Егору ещё года два полагались усиленные меры автомобильной безопасности, но избалованный Тёмой, на законы он плевал с крыши многоэтажки.

Ульяна попыталась спросить у Василисы, как прошла перевозка бунтующего пассажира, но подруга лишь хмурилась, огрызалась и крепче стискивала пальцами руль. Пришлось отстать и снова уставиться в окно.

Дачи находились в городской черте. Предоплату Ульяне уже перевели, вторую часть заказчик обещал закинуть сразу, как она отзвонится и доложит о выполненной работе.

Заказ в целом был странноват. Ульяна бы отлично поняла, попроси заказчик проверить свой участок, но кладбище… Зачем тратить личные деньги на общественные нужды? Особенно учитывая, что проблемы с изнаночниками сейчас в приоритете у всех городских служб. Один звонок в ЕДДС и отдел магического правопорядка выделит патруль, который всё проверит и по необходимости вызовет ликвидатора для зачистки.

Навигатор провёл их вокруг дачного кооператива и завёл в густой лесок. Ведущая сквозь него дорога была совершенно разбитой и размокла от вчерашнего дождя, поэтому Васька остановила машину и сказала:

– Всё, приехали. Дальше на своих двоих. Отпишешь, как закончишь, я заберу тебя отсюда же.

– Дай угадаю, тебя опять придётся ждать целую вечность, – Ульяна скептически изогнула бровь, не спеша выбираться из тёплого салона. На улице было грязно и темно, а бесить Василису весело.

– Придётся, – покладисто согласилась подруга, – но ты сама виновата. Согласилась бы на коррекцию и не пришлось бы больше использовать меня как бесплатное такси.

Настроение Ульяны, слегка приподнятое созерцанием детского кресла, снова поползло вниз.

– Если опять заставишь меня торчать тут половину ночи, я тебя прокляну, – упрямо буркнула она, отстёгивая ремень безопасности и выбираясь из машины. Слушать Васькины заверения о том, что ей очень страшно, она не стала.

Машина развернулась, едва не увязнув в жидкой грязи, но Василиса сумела вырулить. Свет фар скрылся, оставив Ульяну в кромешной тьме посреди размокшей, ведущей к кладбищу дороги. Она вздохнула, включила на телефоне фонарь и двинулась к конечной точке своего маршрута. Заказ есть заказ, пусть и странный. Но, пока ОМП не слезет с её хвоста, перебирать не приходилось. Других заказов всё равно не предвиделось.

Кладбище было крохотным. Несколько рядов простеньких надгробий и хлипкий деревянный забор по периметру. Ульяна скинула с плеча портфель и принялась в нём рыться в поисках очков.

Футляр обнаружился не сразу. Сердце пропустило удар. Без очков Ульяна могла смело ехать обратно. В нынешнем состоянии путь на Изнанку был для неё закрыт.

Водрузив тяжёлую оправу на нос, Ульяна окинула кладбище беглым взглядом и присвистнула. Становилось понятно, почему заказчик не вызвал силовиков.

Верхний уровень Изнанки буквально кишел тварями разной степени паскудности. Такое количество изнаночников могло концентрироваться только в месте человеческой смерти. Причём смерти жестокой и недавней.

Заказчик прикопал в чьей-то могиле свеженький труп и вызвал ведьму, чтобы уничтожить улики. В принципе рассчитал он здраво: нелегальная колдунья не станет заявлять на клиента. Приедет, нырнёт на Изнанку, увидит толпы тварей и прогонит. Или помрёт, пытаясь это сделать. Но заказчик не учел одного: ему досталась бракованная ведьма, не способная ходить на Изнанку. Зато способная смотреть на неё через артефакты.