Ксения Богда – Ребенок от предателя (страница 37)

– Давай только недолго, а то нам тете Кире ещё ужин готовить. Договорились?

– Мамочка, как только ты скажешь, мы поедем домой. Хорошо?

И такой серьезный в этот момент. Ещё сильнее напоминает мне Лешу. Он когда задумывался над очередным заказом, взгляд становился темным и скулы заострялись. Вот и сын перенял такие черты. Взгляд тяжелеет уже в его возрасте.

Стискиваю маленькую ладошку крепче. Вот зачем я напомнила себе о Леше? Нормально же существовала без мыслей о нем несколько дней. И удавалось не сталкиваться с ним в районе, где мы теперь живем с Кириллом.

А тут, стоило всмотреться в личико Кирюшки, и сразу мысли утекли не в то русло.

Сын резко вырывает руку из моей и срывается с места.

– Жужа! – раздается на весь двор его вопль, а я от неожиданности подпрыгиваю. – Мам, это же Жужа!

А у меня внутри все обмирает, когда я вижу Лешу во дворе возле сада. Он дергает уголком губ.

– Привет, – Кир тормозит возле Леши и запрокидывает голову, – Леша, а ты ко мне приехал, да?

Бывший еле заметно дергает бровью и садится на корточки напротив ребенка. Нашего ребенка.

Бо-о-о-о-о-оже. Неужели он не видит их сходства?

– Ага, мимо проезжал и вспомнил, что ты тут должен быть, – улыбается глазами.

Кир довольно хлопает в ладоши.

– Ма, ты слышала? – вертит головой сын в поисках меня.

Я неторопливо подхожу к ним. Сердце ускоряется, когда Леша поднимает на меня глаза. Чудом дохожу, не споткнувшись. Но ноги не слушаются… так и норовят подогнуться.

– Привет, Леш, – сжимаю ручки сумки и прикусываю губу.

Меня топит в смущении и радости, что я вижу его сейчас. Как бы я ни убегала от мыслей, что мне не все равно, где мой бывший и что он делает, – это обман. Стоит его только увидеть, как внутри разливается радость от встречи.

– Привет, Ник. Как вы?

Осматривает меня таким взглядом, от которого меня моментально бросает в жар.

– Нормально, хорошо, да. А ты? Как тут? – от волнения начинаю запинаться после каждого слова, и это режет слух.

– Леш, а можно я с ней погуляю? – мой ребенок складывает руки на груди и хлопает глазками с таким видом, что ему невозможно отказать.

Леша бросает на меня вопросительный взгляд.

– Твоя собака – тебе решать, – усмехаюсь и поднимаю руки.

– Ты не против? Жужа вроде не агрессивная и ещё не такая большая, как моя прошлая собака, – смеется бывший.

– Я не против. Кирюш, только давай так, чтобы я тебя видела.

– Хорошо, – забирает поводок у Леши и несется в палисадник.

– Как ты с ним справляешься? – тихий смех Леши перетягивает на себя все мое внимание.

Улыбаюсь и пожимаю плечами.

– Очень даже. Сейчас он может выразить свои желания словами, а вот когда они не умеют разговаривать, то весьма проблематично понять, что нужно.

Леша потирает бровь, о чем-то словно бы задумываясь.

– Да уж…

– Тебе тоже предстоит через это пройти, – проговариваю с улыбкой, но тут же прикусываю язык, когда взгляд Леши темнеет.

Черт… не туда меня понесло.

– Посмотрим. Ник, – ловит меня за руку, и мне приходится затормозить, – бред такой.

Ухмыляется. Смотрит в сторону.

– В чем бред, Леш? – пытаюсь поймать его задумчивый взгляд.

– Ты мне снишься. Часто снишься, – понижает голос, голубые глаза пронзают насквозь, а у меня кожа покрывается мурашками. – Я понять ни черта не могу. Что со мной происходит? Пора к психиатру, видимо. Моя крыша как-то активно едет не туда.

И его голос настолько обреченно звучит. А у меня внутри все в узел закручивается. Рот уже открывается, чтобы сказать, кто я такая и кто такой Кирюшка. Пальцы дрожат, когда заправляю прядь за ухо. Боюсь на него смотреть. Вдруг не выдержу… вдруг скажу, проговорюсь.

И что потом с этим делать? Как разгребать?

– Я от жены хочу съехать, – зачем-то говорит мне.

Вздергиваю брови.

– Почему?

Вопрос вылетает прежде, чем я успеваю затормозить себя и заткнуться. Леша дергает плечом.

– Не могу рядом с ней находиться, когда голова другой девушкой забита.

Прикрываю глаза. В груди – буря… цунами, которое все сносит со своего пути. Голова наполняется вакуумом, а мысли образуют водоворот. И я не могу выцепить из этого водоворота ни одной, чтобы сказать Леше, что так нельзя. Не стоит так поступать с женой.

– Почему ты просто не разведешься?

Леша качает головой, и я слышу его рваный выдох.

– Если бы я мог. Сейчас это невозможно. Если ребенок мой, то она мне его не отдаст, если мы разведемся.

Стоп…

– Если твой? – повторяю эхом и не могу поверить ушам.

Он действительно это сказал? Его кивок подтверждает то, что мне не послышалось.

Ненадолго отвлекаюсь, чтобы найти Кирюшку, и убеждаюсь в его безопасности. Он носится с Жужей, не переставая хохотать. Щенок рядом довольно скачет и пытается достать до сына лапой.

– Был в нашей жизни момент, после которого у меня возникли сомнения по поводу своего отцовства.

Фраза Леши перехватывает мое внимание. Дергаюсь словно от удара и округляю глаза. Неужели ему изменила жена?

– Почему ты мне это сейчас все рассказываешь? – разлепляю пересохшие губы.

Леша перехватывает мое запястье и переплетает пальцы, а меня словно током пронзает. Такая знакомая рука. Теплая, слегка шершавая, и от неё словно импульсы исходят, протекая по всему телу.

Сглатываю. Не решаюсь пошевелиться.

– Сам не знаю, Ник, – опускает голову, и его лицо теперь в опасной близости.

Я могу рассмотреть каждую щетинку на его щеке. И я разглядываю.

Вместо того чтобы бежать от него, отдалиться на безопасное расстояние, я во все глаза разглядываю его щеку и губы. Вспоминаю его поцелуи. Как он любил пробегаться пальцами по моей руке.

Как сейчас…

Леша медленно проводит по моей обнаженной руке кончиками пальцев, и волоски встают дыбом, а он усмехается.

– Наверное, потому что меня к тебе тянет.

Испуганно моргаю и мотаю головой.

– Не надо, Леш, – настолько тихо, что сама себя не слышу.