Ксен Крас – Звериное начало. Том 1 (страница 66)

Перевертыш почти что выбросила лекаря в окно, выпрыгнула за ним и оттащила его подальше, к самому забору.

– Ал, прошу тебя… Алорэ! Да приди же в себя!

Мужчина не прекращал тянуть руки в сторону окна, но постепенно на его лице начал проступать прежний разум. Ждать, пока он сможет соображать, учитывая, что на это могло уйти слишком много времени, было нельзя и полукровка помчалась обратно. Она легко забралась в трактир, вновь не встретила никакого сопротивления, подхватила Наэма, который сидел ближе и выволокла его к Алорэ. Лекарь уже удивленно смотрел по сторонам, не понимая, где он и почему оказался именно там; он пытался подняться на ноги, упираясь в плохо приделанные доски, и морщился – скорее всего у него болел живот. Еще бы – сколько сожрать за один присест! Ему должно хватить этого запаса на неделю, а то и дней на десять.

Когда перевертыш в третий раз залезла в окно, люди уже беспечно не восседали на своих местах. Они поднялись и встали вокруг последнего свэта полукругом, закрывая ученика Эйэ от сестры. На улице перед единственным доступным сейчас выходом из помещения встали верзилы, те самые, всего пару часов назад нагло обманувшие гостей и выманившие у отряда монеты за вход в проклятый постоялый двор.

– Прочь! Уйдите с дороги! – прорычала женщина. Она сделала выпад вперед, туда, где стоял тот самый мальчишка-разносчик. До этого ребенок выглядел трусом, постоянно убегал, избегал смотреть в глаза и дергался от прикрикиваний. Рэ была уверена, что он отскочит и в этот раз. Помощник хозяина трактира вместо этого вытащил из-за пояса два кухонных ножа и направил их острием в сторону полукровки.

Послышался скрежет металла и лязг – его товарищи, из тех, кто до этого мирно кормился и поился, даже не обращая внимания на то, что творилось вокруг, достали свое оружие. У кого-то это был посредственный меч, у кого-то – топор, еще у одного – два длинных кинжала. Игроки в кости вынули из ножен довольно приличные и остро заточенные полуторные мечи и столпились вокруг Фэйэна. Хуже всего оказалось то, что все лезвия, все клинки, все топорища, короткий тесак в руке трактирщика и даже кастет выпивохи были сделаны из серебра. Запах металла, приносящего перевертышам страдания и смерть, Рэйара никогда бы не перепутала ни с одним другим.

– Что вам надо? Что вы хотите от нас? От… От Фэ? Отпустите моего брата! – Рэйара не испугалась бы и сотни обычных ножей, тем более в руках ребенка, но серебряные страшили ее не меньше, чем огонь в руках охотников за чудовищами. Она отпрянула и вновь попыталась достучаться до заклинателя – его помощь в данный момент была ей необходима, – Фэ! Фэйэн! Фэ, братец, я прошу тебя, прислушайся к себе! Услышь меня, брат, ты мне нужен!

Волшебник по-прежнему не отвечал, теперь он в одиночку продолжал уничтожать блюда. Он осушил свою чашу с элем, а обнаружив на полу еще две, оставшиеся от братьев, перелил их содержимое себе и с удовольствием отхлебнул.

Первым в бой неожиданно бросился мальчик.

Рэйара не успела сменить облик, не ожидая подобной прыти и ярости от обычного человеческого отпрыска. Женщина едва увернулась. Слишком медленно проскользнула под лезвиями, так близко к ним, что почувствовала, как один из ножей, разрезая воздух, задел ее рукав. Перевертыш поспешно отскочила на шаг. Ее лицо успело немного вытянуться, рот превратился в подобие пасти с острыми зубами. Рэ сплюнула на пол человеческие зубы, которые неизменно выпадали при каждом превращении. Шея полукровки стала массивнее, на загривке пробилась шерсть, а конечности укрупнились.

Ребенок снова махнул ножами, наступая, и Рэйара, рыкнув, снова отпрянула. Она ударила по воздуху, целясь в лицо обидчика, но тот слишком хорошо увернулся, попытавшись выставить перед собой нож, и перевертышу пришлось изменить направление удара. Еще почти человеческая рука задела лишь одежду. Ее ногти еще не успели полностью преобразоваться в когти, а шерсть проступила только небольшими клочками, словно у плешивого пса.

Несмотря на трансформацию тела, в женщине еще отчетливо проглядывалась фигура. Одежда же ее уже переместилась, благодаря подарку и заботе братьев, в браслет. Рэйара, яростно размахивая хвостом, зарычала и, улучив момент, когда мальчишка, отсоединившийся от остальной компании, сделал неудачный выпад в ее сторону, прыгнула на разносчика. В одну руку со смертоносным ножом она вцепилась начавшими отрастать когтями, так крепко, что, когда потянула, отчетливо услышала звук ломающихся костей, рвущихся связок и кожи. Вторую руку, которую ребенок, как будто не чувствуя боли, занес для удара, перевертыш остановила зубами – вцепилась повыше и подальше от смертоносного оружия, сжала и замотала головой.

Противник не издал ни звука. Он попытался перехватить клинок, пока ему отрывали руку, успел царапнуть серебром по щеке женщины. Рэ замычала от боли и рванула конечность.

Лишившийся оружия и рук, чтобы держать его, человек, истекая кровью, не оставил свои попытки напасть на женщину, вращал в воздухе обрубками, окропляя стоящих вокруг, и намеривался укусить перевертыша, но он был уже не страшен. Его ножи теперь лежали на полу. Полукровка с яростью пнула их подальше от себя при помощи стула, чтобы не касаться серебра босыми ногами.

Следующими против перевертыша выступили двое любителей игры в кости. Их полуторные мечи переливались, и они синхронно расступились и попытались напасть на полукровку с разных сторон. У Рэйары не было сил и времени расправляться с каждым из них и ждать следующей атаки. Она успела пройти еще полступени трансформации, после которой ее ноги стали массивнее, руки крепче и смертоноснее, лицо больше походило на морду с человеческим лбом и глазами, а клыки знатно удлинились. Теперь ее прыжки были длиннее и точнее, укусы – опаснее, а передние конечности могли проделать приличную дыру в противнике, а, может, и разорвать его.

Чувствуя прилив сил, Рэйара прыгнула вперед, на одного из двух игроков.

Тот двигался медленнее, меч не спас его и уперся в пол тогда, когда полукровка оказалась уже за спиной воина. Ей не нравилось вести себя подобным образом – братья отучали ее и требовали, чтобы она полностью переходила на лук, для своей же безопасности, однако, клыки и когти по-прежнему оставались для нее самым удобным оружием. Женщина видела, как напарник стоящего к ней спиной человека подается вперед, чтобы защитить друга, напрыгнула на спину своей жертве, толкнув одного человека на второго. Повернутый к ней лицом игрок успел отставить оружие, чтобы не повредить союзника.

Почти одновременно с этим Рэйара перегрызла застигнутому врасплох горло. Второй, которого толкнуло на пол и придавило тело напарника, лихорадочно замахнулся оружием. Клинок дважды плашмя ударил полукровку, а в третий раз немного резанул. Всего лишь порез, чуть глубже простой царапины, и, не будь оружие серебреным, Рэ бы даже этого не заметила. Противник отвел руку, чтобы сделать очередной замах. Женщина нагнулась, прижала конечность к полу и впилась в нее когтями.

Игрок второй рукой схватил ее за волосы, переходящие в шкуру и с силой дернул. На глазах выступили слезы. Рэйара наотмашь ударила когтями по руке, затем еще раз, но человек не отпускал ее. Лишь когда она впилась обеими лапами ему в лицо и раскроила шею, хватка начала ослабевать.

Перевертыш еще не успела выпутаться, как взвыла от боли. Трактирщик, воспользовавшийся моментом, подкрался и ударил полукровку в бок. Каким-то чудом Рэ успела заметить краем глаза смазанное движение и потому начала сползать с тел. Скорее всего, хозяин заведения метил в голову, но полукровка двигалась быстрее, чем он. Мужчина попал не туда, куда целился, но Рэйара не успела этому порадоваться.

С трудом выносимая жгучая боль пронзила ее – серебро вошло в тело как нож в растопленное масло, обожгло, и рана вмиг закровоточила. Она уж и забыла, когда в последний раз испытывала подобное. Оружия опасней для перевертышей не существовало.

– Фэ! – в отчаянии крикнула женщина, вскакивая на ноги. Издав еще один стон, призывающий брата помочь, она бросилась на посмевшего ее ранить обидчика.

Трактирщик ожидал этого. Он снова махнул оружием, разрезая воздух перед лицом Рэ и заставляя ее отступить. Подкравшийся сзади до сих пор живой мальчишка-разносчик решился на отчаянный шаг – впился зубами в ногу оборотня, немногим ниже колена. Охнув скорее от неожиданности, чем от боли, Рэ, отвлекаясь, глянула на ребенка. Она дернула конечностью, стряхивая глупца, а затем дважды ударила его задней лапой в лицо. Тот так и не соизволил издать ни звука, но снова разинул рот, в котором уже не доставало зубов, и получил еще один удар. Все это происходило столь быстро, что женщина не успевала думать.

Трактирщик, воспользовавшийся очередным отвлечением и тем, что про него забыли, вновь напал на полукровку. Женщина повернулась вовремя для того, чтобы выставить вперед лапу, но недостаточно, чтобы успеть уйти от удара. Лезвие прорезало ее руку. Рэ рыкнула и изо всех сил ударила по руке хозяина заведения. Трактирщик даже не пискнул. Его клинок звонко упал на пол, мужчина поспешно присел, чтобы поднять его здоровой рукой, но полукровка оказалась быстрее и в этот раз. Она подалась вперед, сбивая с ног мужчину и впилась ему в горло. Его рука с тесаком занеслась, и Рэйара с силой сомкнула челюсти и рванула, что было мощи, в сторону. Конечность дрогнула, двинулась в сторону женщины, оружие выпало из ослабевших пальцев. Когда рука безжизненно упала на пол, перевертыш уже стояла на ногах, озираясь и скалясь.