Ксен Крас – Испорченные сказания. Том IV. Пробуждение знамен. Книга 2 (страница 7)

– Да стой же! Эй, лордРедгласс, я ж как лучше хочу. Иди сюда, я тебе ее покажу. Да не дрожи ты, нестану я тебе ее в руки давать, не бойся. А то еще убьешь мелочь. Вот, посмотри– никаких полос и отметин, пасть маленькая. Таких змей пугаться не стоит, ониничего тебе не сделают.

– Хорошо-хорошо, язапомнил. Бледные – хорошие, яркие – плохие. Здесь. Потому, что так сказалидикари. Я все понял, теперь можешь ее выбросить?

– А убивать их нельзя,потому, что они полезные – всяких мерзких жаб едят, – пояснил, как маленькому,командующий, – А еще они съедобные и когда у нас еда закончится, ты поймешь,что они еще и вкусные.

Убивать чудовище, пусть ине ядовитое, Харг не желал, раз Боги зачем-то создали их, значит те были нужны.Есть же неизвестно что лорд опасался, о чем громко заявил Тейву и остальным.

В конце концов история сползучим гадом закончилась, опасного гостя и правда отпустили подальше отлагеря, лорд просидел весь завтрак, как на сухой соломе, а после постояннооборачивался, смотрел под ноги и пугался каждой палки. Лишь к вечеру, когдаТейв снова скомандовал делать привал и разбивать лагерь, он немного успокоился.До этого и после змей более не попадалось и со временем Харг вновь поверил вдоброту Богов. Он надеялся, что это была последняя встреча с обитателями леса ивпереди его ждет лишь легкий путь. Как бы не так!

В походном шатре кромелорда спали двое воинов и верный слуга из Миррорхолла – только один из пятиотправился с наследником в чащу, на поиски приключений, которых, к слову, Харгсовсем не хотел и о которых не просил. Подумать только, в замке Редгласса приводилив порядок, одевали, мыли кормили и помогали выживать не меньше четырех десятковслуг, и два десятка придворных мужей, а теперь, да еще и в столь суровыхусловиях, ему пришлось довольствовать всего одним! Одним человеком, который идома-то не сумел бы справиться. Харг бы с удовольствием посмотрел, как отецобходится без полчища помощников. А еще лучше – как тот спит в шатре, безперины, теплого камина, горячей еды и с постоянно жужжащими насекомыми.

Во время поездки наПраздник Зимы или Лета, Редгласс не тащил с собой весь Миррорхолл, однако емупомогали придворные и выделенные в помощь подданные вассалов или принимающихгостей лордов, а на постоялых дворах Харга всякий раз обсуживали как короля. В НовыхЗемлях пока строился только один маленький постоялый двор – между землямиВайткроу и замком Холдбистов, который, по слухам, скорее напоминал небольшуюкрепость с забором и охраной. Может быть, через сотню лет, трактиры появятсяповсюду, но так долго ждать Редгласс не желал.

После четвертого утражелание вернуться домой лишь усилилось. Кто-то из шутников повесил над входом вшатер Харга тело белки и проколол его так, что кровь постепенно стекала вниз.Перепуганный лорд, выбравшийся на свежий воздух, поскользнулся на луже у шатра,а затем ему на голову прилетело несколько склизких тяжелых капель. Редглассзавизжал громче, чем при виде змеи, так как не сразу сообразил, что произошло.После, когда пришло осознание, он не почувствовал себя лучше, хотя уже смогсоображать. В тот раз волну смеха снова прервал командующий. Он накричал наненавидящих знатного мужчину людей и разогнал всех заниматься делами. Тейв жесрезал веревку и выбросил тельце.

– Не представляю, как мневыразить вам свою искреннюю благодарность, – сказал ему тогда Редгласс, – Вывсегда на моей стороне, поддерживаете и не позволяете этим хамам надо мнойиздеваться. Без вас они бы меня раздавили! Не понимаю, почему они на меня взъелись,но мне очень повезло, что хотя бы вы меня поддерживаете…

– Они не плохие люди, внашем лагере таких почти нет, поверь мне, я живу там уж больше десятка лет.Никто из моих ребят не взъелся на тебя, в нашей скучной жизни нет особоразвлечений. Ты смешно реагируешь на пустяки, это забавляет их, и только. Онине хотят тебе зла, только посмеяться.

– Они считают меняслабаком и ничтожеством, я слышу, как они постоянно гогочут, словно я заменяюим шута. Я часто слышал подобное и в лагере, и в Миррорхолле. Меня это непугает и не расстраивает, пусть смеются, сколько хотят. Мне бы не хотелось,чтобы они начали мне… По-настоящему вредить.

– Никто не станет тебя ипальцем трогать. Тебя не считают ничтожеством, милорд, когда ты рассказываешьистории, люди не могут отойти, чтобы справить нужду – не хотят ничегопропустить. Грэн перестает жевать – а такого никто больше добиться не сумел!Никакого слабака или бездарного увальня никто бы не слушал, открыв рот. Но тыпозволяешь над собой смеяться и этим пользуются. Ты не даешь им отпора. Если нехочешь, чтобы это продолжалось, то учись держать себя в руках, а лучше покажи,что ты сильнее, чем кажешься. Разбей с десяток морд, сломай пару носов илипальцев, и со временем тебя оставят в покое.

– Если они только радисмеха, то пусть, мне не жаль порадовать людей, – отмахнулся Харг. Он понимал,что недостаточно храбр в привычном понимании этого слова. А еще лорд знал – длятого, чтобы доказать что-то кому-то, приходится быть грубым, и, чаще всего,причинять боль и неудобства окружающим до того, как они успели сделать этопервыми. Бить лица для него и вовсе было чем-то за гранью.

От предложения научитьсясражаться и, что куда важнее, бить весельчаков побольнее, не нанося при этомран, которые могли бы существенно сказаться на здоровье, наследник Экрога такжеаккуратно и вежливо отказался. Тейву отказ пришелся не по душе, он еще в лагеренеоднократно напоминал знатному гостю, что тому пора самому за себя отвечать,твердил о необходимости становиться сильнее и хитрее.

– Тебя, лорд Редгласс, втвоем замке совсем изнежили, – авторитетно заявлял командующий раз за разом, –Слуг тебе суют, каждый из них постоянно одевает и раздевает тебя, горшки ночныевыносит, в рот еду складывает, зад подтирает, не удивлюсь, если еще и жует затебя. А может и еще чего делает! Пылинки с тебя отец сдувал, и превратил тебявот в это. У тебя ж сил-то может быть ого-го! Ты на себя посмотри – не дохлый,не карлик никакой, крепкий, осталось то всего ничего – нормального мужика изтебя сделать, чтоб не только перед дамами красовался, но и защитить их мог. Илисилой брал, если невмоготу. А то сейчас она тебе грязный чулок покажет, иликрысу дохлую, а ты бряк, и чувств лишился. Что это? Не дело таким быть, да,совсем не дело… Ничего, у нас хлебнешь жизни настоящей, нигде в своем замке тыее в глаза не видел, но тут увидишь. Что б меня зверье, духами посланное, накуски разорвало, увидишь!

Прозвучали обещания какугроза. Харг понимал, что Тейв хотел как лучше, и потому не отказывалкомандующему слишком категорично в желании обучить лорда, но постоянно находилсебе занятие и изящно уклонялся от предложения. На один денек, после еще напару, а затем еще и еще. Теперь приходилось изворачиваться столь же вежливо, ноболее изощренно. Редгласс опасался, что обидит командующего зазря, ведь тототносился к сыну Экрога со всей душой, настолько, насколько вообще был способенвояка.

Утро пятого дня началосьне с очередного визга перепуганного Харга, а с радости охотников. Мало того,что они отловили довольно жирных птиц, у которых крылья торчали из тушки скореедля красоты, чем для пользы – взлететь и оторвать от земли тела они попросту быне сумели, – и одного отделившегося от семейства кабаненка, но и в их ловушкипопались небольшие пушные зверьки. Они напоминали вытянутых зайцев, но снебольшими ушами и более острой мордой. На лапах животных просматривалиськогти, слишком мелкие, чтобы кого-то ранить, они выглядели не острыми, а скорееширокими. Большие синие глаза, серые усы и бурая в белые пятна шкуркапонравились Харгу и он тоже решил посмотреть, что же это такое.

– На шкуры пустим, этискийцы не особо вкусные, больно жилистые, но мех у них что надо, – сказал одинохотник другому.

– Они большими группамиживут, надо еще ловушки поставить, подождать, может приманки побольшеразложить, пусть идут. А то с одного шкуры всего ничего, надо б десяток, –заметил второй. А третий, низкорослый, очень жилистый и подвижный юноша, развечто на год старше Хэга, указал в сторону Харга:

– Смотрите, скийцыприглянулись лорду. Эй, лорд, хочешь подержать одного? Он тоже пугливый, выявно поладите.

– Они выглядят лучше, чемзмеи, поэтому я совсем не против, – вежливо улыбнулся Редгласс. У жителейлагеря была привычка называть лордов, как и остальных, на ты, и они не видели вней никакой проблемы.

Со временем, говорилТейв, и Харг должен привыкнуть. В этом нет ничего плохого, ведь все – изнатные, и бедняки, здесь, в Новых Землях, борются за выживание и зачастуюделают это на равных. Титулы и хвастовство ими остаются далеко за морем, изаканчиваются обычно вместе с тем, как люди поднимаются на корабль. По мнениюкомандующего отрядом, Харгу повезло, что он попал в укрепленный лагерь, с ужеимеющимся каменным строением, со стенами, в том числе и частично каменными,обжитый, тот, из окрестностей которого уже прогнали дикарей и жители которогоконтролировали территории вокруг. Другим знатным могло повезти куда меньше. Впример чаще всего мужчина приводил Ренрога Холдбиста и его племянника-бастардас простым именем, которое Редгласс, к своему стыду, позабыл.