Ксен Крас – Испорченные сказания. Том IV. Пробуждение знамен. Книга 1 (страница 13)

– Любому лорду в твоем возрасте было бы сложно в столице, – как обычно поддержал наследника Тормера Ниллс, – А ты вынужден быть при этом один. Обычно отцы или старшие братья показывают своим примером, что делать, и дают советы. Нет ничего постыдного в твоих опасениях и недоверии к окружающим. У тебя достаточно причин перестать верить словам и относиться с подозрением к любому. Ты смог найти общий язык с Его Величеством или кем-то из прибывших лордов?

Рорри в ответ только помотал головой.

– Зря. Рорри, Аурон Старскай производит хорошее впечатление, и тебе в будущем пригодилась бы дружба с королем, да и с другими лордами тоже. Сейчас ты мало думаешь об этом, но вскоре тебе придется вернуться домой и править. Ты будешь главой западных земель и должен будешь делать все то же, что делает любой другой лорд. Понимаешь?

Рорри не любил нравоучений. Он насупился, но не стал высказывать недовольство вслух.

– Хорошо, что понимаешь. Тебе не следует тратить драгоценное время, чтобы сидеть в тюрьме, я повторю еще раз – это не подходящее место для юноши, тем более, будущего правителя. Ты должен учиться, создавать прочные дружеские связи. У тебя есть прекрасная возможность стать другом Старская, своим в Санфелле. Ты можешь стать приближенным Его Величества, это поможет тебе в будущем, возвысит над остальными. Понимаешь? Прекращай только кивать и мотать головой, твой язык все еще при тебе.

Сын Тормера, по-прежнему огорченный, что вместо того, чтобы пожалеть его и подбодрить, Ниллсу вздумалось учить лорда, хотел было в очередной раз кивнуть, однако, слова воина оказались быстрее. Рорри дернул ногой, пиная перед собой воздух.

Бывший слуга лорда Редгласса хорошо понимал обязанности Дримленса и его потребности, не даром он помогал Экрогу много лет и ему доверили даже довезти Рорри до Миррорхолла. Ниллс умел разговаривать и с простолюдинами, и со знатью, мог постоять за себя не только делом, но и словом, и при этом не стремился к власти. Его совсем не интересовало могущество, наследник запада был уверен, что мужчина помогает ему только потому, что хочет помочь, а не ради какой-то вероятной награды. С тех пор, как воин пришел к Его Высочеству, он готовился к смерти, к казни за совершенные деяния. Наверное, он боялся умирать – любой человек этого боится, каким бы храбрым в другие моменты он ни был. Дримленса удивляло, как воин воспринимал собственную скорую гибель – как очередной этап, неизбежный и закономерный, а не как трагедию.

Похожим человеком был и Уоррк, правда, старик, которому насчитывалось куда больше лет, все равно не протянул бы много. Ниллс напоминал погибшего от его рук советника – тот тоже храбро смотрел в лицо смерти и не бежал от нее. Уоррк, как думалось Дримленсу, не стремился покончить с жизнью и с удовольствием прожил бы еще один, два, три, а может и пять десятков лет, если бы такое было возможно. Не исключено, что друг отца испытывал страх, когда Ниллс заносил меч, но не отступил.

Неведомые Рорри, но очень схожие обеты, свои нормы поведения, отклоняться от которых мужчины не желали, что бы ни происходило, их вера и преданность превращали и слугу Редгласса, и Уоррка в решительных, бесстрашных в нужный момент, сильных людей. Способных помогать лордам-правителям, тех, кому можно доверять и не оглядываться, когда они встают за спиной, тех, кто не стремится предать, пробираясь повыше, чтобы затем вновь предавать и идти по головам.

Ниллс был бы превосходным советником – именно эта мысль постоянно крутилась в голове Рорри, не давая покоя, и он, наконец, сумел ее сформулировать. Советником, намного моложе Уоррка, а еще превосходящим его по уму, силе и способности налаживать связи и добиваться своего. Обычный воин никогда бы не забрался в Миррорхолле так высоко, он бы не стал доверенным лицом и помощником Редгласса. Неприметный человек не пришелся бы по вкусу регенту, так и не казнившему повинного в множестве смертей. Да, западный лорд просил пощады, но Его Высочество не всегда слушал просьбы, и редко выполнял их – мальчик уже успел прослышать об этом. А еще Ниллс, в отличие от старика, верил Дримленсу и слушал его, когда это требовалось.

Получалось, что идеальный советник для будущего правителя все время находился рядом, а Рорри не обращал внимания!

– Я понимаю, – тихо произнес мальчик. От его обиды и негодования не осталось и следа и он, переполненный радостью и воодушевленный, поднялся на ноги. Воин, терпеливо ожидающий, пока Рорри соизволит хоть что-то ответить, с интересом взглянул на изменившееся лицо собеседника.

– Надеюсь, ты молчал это время потому что обдумывал, как обаять Его Величество и стать ему добрым другом?

– Я придумал лучше! – Рорри сиял, улыбаясь так широко, как только мог. Ниллс только напряженно втянул воздух, он еще не знал, какие радостные вести его ждут. Лорд не выдержал испытания молчанием ради большего эффекта, – Ты станешь моим советником!

– Рорри, я не…

– Нет-нет, погоди! Я знаю, что ты не можешь больше доверять лордам и боишься после… После лорда Редгласса, – мальчик никак не мог отвыкнуть звать Экрога по имени и называть дядюшкой, привязанность не исчезала так быстро, как хотелось бы, – Но мне-то ты можешь доверять! Ты же успел меня хорошо узнать, и мы вместе долго путешествовали. Я думаю, из тебя получился бы отличный советник – ты умный, много знаешь, всюду бывал, все время был с дядюшкой Экрогом, и помогал Хельге, Харгу и Хэгу, когда это было нужно. Ты всякое слышал и видел. Ты сумеешь говорить вместо меня и подсказывать мне, что делать. А еще ты сумеешь меня защитить от других похищений потому, что ты умеешь сражаться! Ты сильнее всех других советников, они все старые, скучные, брюзжат постоянно… А ты будешь меня защищать и научишь меня как постоять за себя.

– Для этого у тебя будет множество Серых Братьев, так много, сколько решит Его Высочество. Тебя обучают и защищают здесь и, скорее всего, те, с кем ты сможешь наладить отношения и к кому привыкнешь, отправятся с тобой в Профисайфелл, когда это потребуется. Советники в Санфелле и в твоем доме будут помогать тебе. Они понимают в управлении куда больше, чем я. Их всю жизнь обучали этому, а я гожусь только для грязной работы.

– Ты наговариваешь на себя, – воскликнул Дримленс. Его голос претерпевал изменения, порой он звучал, как и положено взрослому юноше, а порой напоминал детский, – Эти советники бесполезны. Они чего-то там начитались и наслушались, но мне они не помогут.

– Мудрецов обучаются помогать любому лорду, они изучают особенности каждых владений, и…

– Но они не верят в меня, в мои сны! – перебил Ниллса Рорри, – Никто, ни один из них и не попытался мне поверить. Они не слушали меня. А ведь я многим говорил! Лорды не хотят мне верить, но я думал, что мудрецы, они же мудрые и обучаются всякому, они должны понимать, но нет. Почти никто не считает меня честным лордом, все смеются надо мной, кроме Верда Флейма и Раяла Глейгрима. Да и они, скорее всего, поверили потому, что сами пришли с кучей обезображенных и вонючих мертвецов, которые питаются любопытными детьми из трущоб. И еще поверит леди Шау Лоудбелл, она всегда была на стороне моей семьи.

Ниллс улыбнулся в ответ на последнее замечание Рорри. Лорд не понимал, чем же он заслужил снисходительный взгляд и испытывал недовольство высшей степени. В такие моменты воин смотрел на него как на глупого ребенка – а ведь они относились к разным слоям общества и подобное было недопустимо!

– Тебе снова снился тот сон? – участливо поинтересовался воин и из-за его тона Дримленсу стало еще обиднее.

– Да, – буркнул мальчик, – Я вижу разрушения и смерти. Каждый раз я вижу, как по земле расползаются яркие нити, они неровные, более всего походят на… На вены, наверное, и даже цвет у них голубоватый. А после чудовища сражающиеся с мертвецами, всюду появляются горящие замки и поля, армии из зверья и птиц, нечеловеческие существа… Королевство разрушается на моих глазах! И самое страшное, что каждый раз я вижу эти вены в земле все более крепкими и четкими, они растут. Иногда мне кажется, что они отмеряют время до того, как произойдет что-то ужасное. Их надо остановить, помешать им расползаться. Я не знаю как, но понимаю, что надо, или все станет намного хуже. Станет слишком поздно.

Рорри забрался в кресло с ногами, он находился не в Санфелле, где на него постоянно смотрели и осуждали всякий шаг, здесь он мог позволить себе неподобающее лорду поведение, тюрьма подходила для этого, как нельзя лучше.

– В такое ужасное время ты мне нужен. Мне страшно, я знаю, что мой сон скоро сбудется и тогда всем лордам нужна будет защита. Я предупреждал всех, еще во время суда, на каждом из них, но ты был там – ты видел, что никто не послушал меня. Два лорда, которые поверили, мне ничем не помогут, мне нужен рядом человек, который будет на моей стороне.

Ниллс не проявил никакого рвения защищать Дримленса. Мужчина выглядел задумчивым, и тогда Рорри понял, что пора применять еще один, самый главный свой аргумент, против которого устоять будет невозможно.

– А еще это спасет тебя от расправы регента – он не сможет казнить моего помощника и советника. Я ему запрещу!

Бывший слуга Экрога снова ничего не ответил. Он не выглядел счастливым от того, что сможет получить помилование и тогда Дримленс решил надавить еще больше.