Ксен Крас – Бремя раздора (страница 67)

– Но они могут проиграть.

– Они могут и победить.

– Против них выступают Флеймы, что известны своей неспособностью принимать поражение. Их род сражается до конца.

– Вихт, у тебя обо всем слишком возвышенное представление. Флеймы мстительны, взбалмошны и не желают примиряться с поражением, но они трусливы и предпочтут сбежать, чтобы после найти союзников и нанести удар исподтишка.

– Но Бладсворды – союзники Флеймов. И они известны как лучшие воины и рыцари, и даже леди этой Династии способны постоять за себя.

– Одна ошибка, любая случайность может изменить весь исход войны. И если армии явятся к стенам Фиендхолла, я не желаю, чтобы здесь был ты. Ты сделал уже достаточно. А север и без того не идет тебе на пользу – ты мерзнешь, болеешь, теперь еще и колено. Боги, тебе выдали самую смердящую из мазей?

– Я спросил, из чего она сделана, но теперь уверен, что хочу это забыть и уж точно не стану произносить во всеуслышание. Что же до отправления домой… Рирз, мой род не славится воинскими подвигами, подобно Бладсвордам, отвагой, подобно Старскаям, безрассудством, подобно Флеймам, или неудержимостью, подобно твоей Династии. Однако я знаю, что благородно и достойно поступка человека, что зовется другом, а что – нет.

– Упрямец.

Захватчик Фиендхолла наконец сел за стол и подпер кулаком лоб – он часто так делал, когда не знал, как переубедить Вихта. Даже южанин, что не был ранее внимательным, теперь старался запоминать подобные вещи. Часто, пожалуй даже слишком, мнение Рирза так или иначе начинал разделять и Вайткроу. Но если Вихт вбивал себе в голову что-либо, придерживался мысли и считал какой-либо поступок необходимым, то сын Рогора мог делать что угодно, но переубедить Вайткроу он был не волен.

– Но если армии…

– Не уверен, что повторение одного и того же изменит мое мнение. Но, Рирз, ты ведь говорил, что твоего брата казнят!

– Да, говорил. Регент не бросал слов на ветер до сих пор, но в случае с единственным наследником лорда он может пойти на попятную и изменить свой указ.

– Но мы можем решить все по закону.

– О чем ты?

– Я напишу письмо Его Высочеству, в котором поведаю нашу историю. Если он узнает, что лорд Рогор Холдбист имеет еще одного сына…

– Бастарда. И он обо мне осведомлен.

– Сына, – с нажимом повторил Вихт, – и моего друга, друга его любимой племянницы, того, кто спас ее от разбойников…

– …и убил ее мужа…

– Рирз! Ты раскис? Ты сам учил меня, что можно обходиться полуправдой или привирать, если это никому не вредит, а теперь бубнишь и воротишь нос от хорошего решения!

– Полагаю, меня лишает ума эта мазь. – Бастард вынул из рукава платок и приложил его к носу. – Продолжай.

– Ты уверен, что это единственное? – Получив кивок, Вихт продолжил: – О чем я? Ох да. Спас его любимую племянницу и, в отличие от других, менее здравомыслящих лордов, тех, что ослушались прямого указа, желает жить по законам и содействовать регенту и королю, насколько это возможно. Клейс Форест выберет тебя, а не Робсона.

– Используешь родство с Его Высочеством? Умно, не ожидал от тебя подобного.

– Ты лучше знаешь, как выживать, а я всегда прилежно учился.

– Тогда порадуй регента еще и новостями о вашем первенце.

Вихт согласился, что это лишь добавит письму значимости, и вместе с другом и двумя писарями начал составлять текст. Это заняло неполных два дня. Обороты, которые использовал лорд Вайткроу, утомили сына Рогора, и тот, придумав благовидный предлог, поспешно сбежал всего через четверть часа.

Его Высочеству Клейсу Форесту Вихт отправил очень длинное послание, в котором рассказал о радостной вести и скором появлении наследника Вайткроу. Он расписал встречу с бастардом лорда Рогора Холдбиста и путешествие домой, рассказал о спасении Фейг, разумеется, избежав упоминания убийства Ротра Рирзом – со слов Вихта, наследник Холдбист погиб от руки разбойников, а его незаконнорожденный брат смог спасти Фейг и сдерживал натиск недостойных людей до появления отряда Вихта.

Кроме того, Вайткроу поделился мнением о недостойном поведении Робсона; поведал, что он вместе с Рирзом занял Фиендхолл, и не забыл по совету друга упомянуть, что ворота для них открыли и потому удалось обойтись малым количеством жертв.

К посланию регенту южанин также приложил прошение о присвоении Рирзу титула и бумаги, подтверждавшие передачу Рирзу подарка в виде замка на территории Вайткроу. Сын Рогора говорил, что он не желает ничего принимать в дар, и просил не надоедать просьбами о титуле, однако это было давно, и теперь Вихт хотел воспользоваться всеми методами для достижения цели. Так или иначе, Клейс Форест был обязан узнать, что основания даровать титул Рирзу были и до завоевания Фиендхолла.

Лорд попросил благосклонности для друга и указал, что тот станет лучшим правителем, не станет нарушать законы и с удовольствием окажет всяческую поддержку родственнику друга, что в борьбе с Культом Первых, что с любой иной проблемой.

Писари сделали четыре копии послания, Вихт заверил их своей печатью и отправил гонцов вместе с вооруженными отрядами. Южане, кои были единственными, кому захватчики могли доверять, должны были отправиться в Санфелл, и им предоставлялся шанс хоть немного отдохнуть от холодов. В благодарность своему правителю они даже устроили небольшую потасовку, выясняя, кто из них наиболее достоин этой чести.

Но стоило распрощаться с более чем доброй сотней воинов, как новая беда обрушилась на головы друзей. Дозорные сообщили о приближении армии со знаменами, на которых красовались три сидящих белых волка на сером полотне – любой, кто хотя бы немного разбирался в геральдике и слушал учителей, мог сразу узнать Грейвулов, вассалов Бладсвордов.

В замке поднялся переполох – так рано армию не ждал никто. Корабли продолжали привозить людей, войско пополнялось каждый цикл. Однако пока этого не хватало для противостояния вассалам лучших воителей Ферстленда.

Как ни странно, вместо нападения враги предпочли переговорить. Что именно вынудило превосходящих числом более чем в два раза воинов пойти на это, неизвестно, однако упускать такую возможность Рирз посчитал недопустимым.

Предводитель войска, лорд Грейвул, вместе с советником и отрядом из десяти бойцов встретился с южанином и сыном Рогора, коих охраняло такое же количество человек, за внешними стенами Фиендтауна. Вдалеке дожидалась команды явившаяся армия.

– Милорд Грейвул. – Вихт склонил голову в знак вежливости.

– Южный говор, – отметил Утто. – Не вы ли наследник земель Вайткроу, милорд?

– Я Вихт Вайткроу. Это мой друг Рирз. С кем мы имеем честь говорить?

– Утто Грейвул, милорды. То-то я не мог поверить своим глазам, когда на штандарте увидел птиц! Никогда прежде южане не желали заполучить северную столицу. Зачем вы здесь?

– Изъявили желание забрать то, что принадлежит нам. – Рирз держался, казалось, достойнее самого Вихта. Рогор Холдбист в свое время сделал ставку не на того сына.

– Прошу прощения, я не услышал, к какому из родов вы принадлежите.

– К Холдбистам, но лишь наполовину, милорд Грейвул. Я бастард, сын Рогора Холдбиста.

Лицо Утто исказила гримаса злости.

Вихта хорошо обучали, и он помнил, что Утто был моряком до тех пор, пока леди Грейвул не подарила ему замок, а после попросила короля о титуле для возлюбленного. Или сначала они поженились?

– И с каких это пор южане помогают северным бастардам защищать Фиендхолл?

– С тех пор как изгнанные из дома бастарды знакомятся с южанами в Новых Землях, – в той же крайне невежливой манере ответил Рирз на ехидный вопрос моряка. Похоже, с подобными Утто грубиянами друг легко находил общий язык. – И что же привело уважаемого милорда, чей правитель в данный момент сражается у границ Флеймов и Глейгримов, на север, да еще и в столицу, покинутую всеми лордами Холдбист?

– Жажда справедливости. Чужая война меня не интересует. Так вас изгнал собственный отец? Рогор Холдбист и до того не был для меня примером для подражания, но теперь…

– Вы имели проблемы с моим отцом?

– Не совсем я, бастард, скорее моя дочь.

– Уж не вы ли поспособствовали его столь продолжительному отсутствию на севере?

– Удивительно, но у меня был тот же вопрос к вам. Позвольте поинтересоваться: вы захватили Фиендхолл у последнего сына Рогора Холдбиста или для него?

– Робсон – не единственный оставшийся в живых сын.

– Я бы хотел получить ответ на свой вопрос, бастард.

Вихт чувствовал напряжение. Быть может, им удастся разрешить все мирно. Жаль, что понять, чего именно хочет Утто Грейвул, было пока невозможно.

– У Робсона. – Рирз ответил без промедления, и южанин замер в ожидании разрешения ситуации. – Быть может, я смогу помочь вам, милорд. Какого рода справедливости вы желали?

Вассал Бладсвордов улыбнулся и одобрительно кивнул:

– Полагаю, свою жажду отмщения в некоторой мере я утолил. Меня утомляет светская беседа, коей предпочитают наслаждаться потомственные лорды юга. К чему нам долгие фразы, завуалированные и лживые, со множеством знаков уважения? Ты бастард, Рирз, а я – бывший моряк. Единственный, кто способен оскорбиться, – лорд Вихт Вайткроу, но раз вы вместе добирались из Новых Земель до Ферстленда и, насколько я успел разглядеть лица закутанных донельзя стражников на стенах, южане выступают за вас, смею предположить, что смутить милорда мне будет сложно.