Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерала дракона (страница 19)
– Подожди, я открою дверь.
Яр резко дёрнул меня.
– Обмануть меня вздумала? У тебя дома кто-то есть.
– Да никого там нет! Слушай, а Яр – это значит Ярослав? – Я выпаливала первое, что приходило в голову.
– Яр – значит Яр. Так меня называют все… враги.
– А друзья?
– Друзей у меня не осталось.
Мне всё же удалось отвлечь его разговором. Когда я пыталась нащупать ключом замок, Яр не сопротивлялся и не спрашивал ничего о родителях. Впрочем, ему не стоило об этом беспокоиться. Они слишком много работали, чтобы находиться дома днём.
Стоило мне переступить порог, как с плеч будто груз свалился. Хотя бы здесь я чувствовала себя почти в безопасности. Знала, где что стоит, куда можно бежать и чем ударить. Мне поэтому пришла подсказка от вселенной, чтобы я завела в дом незнакомца? Чтоб я его тут прибила по-тихому? А куда потом девать труп, в шкафу прятать?
Яр фыркнул.
– Ты чего? – Я скинула обувь, даже не наклоняясь. Руку спрятала за спину – ворон не получит мой омен! Хотя теперь ему точно ничего не мешает.
– Терпеть не могу этот запах, – признался Яр.
Я принюхалась. Ничего необычного.
– Ты о чём?
– Запах болезни. Если в доме есть больной человек, я почувствую это даже с закрытыми глазами. Пусть он не пользуется лекарствами, не ставит капельницы. Я не чувствую лекарств. Только болезнь. Этот запах преследует меня, особенно… Хотя какая тебе разница?
Я отступила на шаг. На микроскопический шаг, который должен быть незаметен со стороны. Лишь бы оказаться хотя бы на сантиметр дальше от него. Хотя бы на одну тысячную минуты повысить шансы сохранить омен. Но Яр не двигался с порога, даже не заходил. Из подъезда веяло запахом сигарет, но ворон не спешил закрывать дверь.
– Если ты такой чувствительный, не надо было заходить в гости к слепой девчонке!
– Я и не собирался. Ты меня заставила.
– Я просто… не хотела отдавать омен.
– Зачем он тебе? – Яр усмехнулся. – Чтобы быть ближе к шайке обманщиков? Эгоистов? Вершителей судеб?
– Ты о ком?
– О прорицателях. Лицемеры, действующие по чужой указке. Если омен нужен тебе, чтобы быть среди них…
– Нет. – Я нащупала рукой шкаф. Вечно открытый шкаф-купе, внутри которого висят зимние куртки. За ними должна быть швабра. Если успею достать – ударю на звук голоса. Ворон точно не ожидает, что я способна на такое.
– Тогда зачем?
Впрочем, он стоял слишком далеко. От шкафа до двери три длинных шага. За три шага даже полный тормоз успеет увернуться. Но если ударю внезапно, может сработать!
– Эти часы позволяют мне видеть кое-что. Хоть немного расширяют границы моего маленького мирка. Ты можешь представить человека, который не выходит из дома год? Два? Всю жизнь? Это то, что предстоит мне. Я обречена жить с родителями. Сидеть у них на шее, дёргая ножками. Мешать удерживать мою жизнь на плаву.
Я нащупала деревянную ручку швабры. Великовата. Наверное, не получится выхватить её очень быстро из-под груды одежды. Насколько она длинная? Наверное, метра полтора. Получается, мне нужно сделать всего шаг, замахнуться. А где висит лампа, на потолке или на стене? Не помню. Если разобью люстру, родители меня убьют. Хотя если я прикончу незнакомого парня на пороге квартиры – будет ещё хуже.
– А омен? – Яр будто говорил сквозь зубы.
– С ним я вижу чуть больше. Словно бы мой мир стал чуть шире. На половину шажочка, но шире. Ты не представляешь, как это важно для меня. – Я сжала ручку швабры до боли, зажмурила глаза, отвернувшись. И почему я открывала душу перед человеком, который собирался меня обокрасть?
Нужно было взять себя в руки. Если он подойдёт хотя бы на шаг, я успею ударить. Видел ли он, что я не просто прислонялась к шкафу, но и держала что-то? Старалась думать, что нет.
– Ладно, забирай мой омен. Если так нравится грабить инвалидов – вперёд.
Я протянула правую руку, приготовившись к удару. Один его шаг и…
Бам!
Железная дверь грохнула так сильно, что я подпрыгнула. Я упустила его! Где Яр? Уже рядом? Уже тянет руки к часам? Я рывком вытащила швабру, неуклюже задела шкаф, затем стену. Звон стекла – всё-таки разбила лампу!
– Ну, подходи! Боишься? – Руки тряслись, голос дрожал. Я ждала, что ворон вот-вот вырвет швабру у меня из рук, но он молчал.
– Аврора! – От дверей раздался обеспокоенный возглас. Англичанка. Совсем забыла, что она придёт. – Что случилось? Ой, не двигайся, тут же повсюду осколки! Позволь, я уберу.
Она вошла, хлопнув дверью. Я притворилась, будто собиралась заняться уборкой.
Куда же делся ворон?
Глава 11
Аня появилась тем же вечером, готовая получить от моих родителей по шапке. Представить не могу, что творилось у неё в голове, когда она шла сюда. Что бы я сделала на её месте, если бы у меня из-под носа похитили слепую девчонку? Наверное, никогда бы в жизни не пошла к её родителям с чистосердечным признанием.
Когда я услышала её голос в коридоре, выскочила тут же. Не хотела, чтобы она чувствовала себя глупо. От радостного вскрика Аня не удержалась:
– Аврора!
– Чего это ты? Мы же сегодня виделись, – подколола я.
Она пробурчала что-то. Родители пригласили её войти. Забавно, у меня давно не было гостей. Похоже, теперь, когда меня вернули домой в целости и сохранности, мама с папой были рады моим новым друзьям даже больше, чем я. Они тут же начали носиться по дому: мама оккупировала кухню, включила чайник и загремела посудой, стругая бутерброды с котлетками – мясной запах я учуяла даже из коридора. Папу срочно отправили в магазин за сладостями. Аня едва успела разуться, как мама вручила мне поднос.
– Угости подругу!
«Подруга» тут же забрала у меня поднос, а мама продолжила суетиться на кухне.
– Идём. Если мы с тобой не спрячемся в спальне, нас завалят едой. – Касаясь стены, я проводила Аню в комнату и придержала дверь. – Есть куда поставить поднос?
– На столе тетради, – будто извиняясь, сказала она.
Я начала разгребать учебники, ручки и блокноты. Затылком чуяла взгляд, но быстрее не могла. Всё нужно положить на место, каждую мелочь. Если не буду следовать собственному порядку, завтра не смогу ничего найти. Аня терпеливо ждала.
– Я принесла твою трость. Прости, что оставила тебя. Мне казалось, не прошло и минуты, как я вернулась, а тебя уже не было.
– Спасибо, что захватила трость.
– Тебя похитили, верно? – догадалась Аня. – Утащили? Скорее всего, в машину.
– А ты что, Шерлок Холмс?
Она коротко и неискренне засмеялась.
– Нет. Я, кажется, уже упоминала, что могу как будто вселяться в других людей. Для этого мне достаточно проникнуть в их мысли, предугадать, попытаться понять. Когда дохожу до определённой стадии погружения, начинаю видеть следы. Они светятся. Чтобы найти тебя, мне понадобилось пару минут постоять с закрытыми глазами с тростью в руках. Дар помогает мне понимать других людей на особом уровне, не как обычные люди.
– И каково быть слепой девчонкой? – спросила я, отходя от стола. Теперь всё лежало на своём месте.
Поднос тихо звякнул.
– Это страшно, – призналась Аня. – Мне казалось, что я стою среди вечной темноты и никогда не смогу выбраться. Вокруг ничего нет. Из реальности – только трость в руках. Я проверяла ей дорогу перед собой, и трость, будто волшебная палочка, создавала среди пустоты что-то твёрдое. Другие называют это полом. Бр-р-р! В общем, я рада, что рядом со мной был Рэм. Он всегда вытаскивает меня из такого состояния.
Я улыбнулась. Так, как Аня, я уже давно не чувствовала. Наверное, это из-за того, что ослепла я не за один день. Это началось чуть ли не с детства. В первый класс в очках, с каждым годом толщина линз увеличивалась, зрение падало. На седьмом году обучения уже каждый учитель знал о моих проблемах и делал поблажки. В восьмой класс было решено не идти. Впрочем, я бы и не смогла – за лето зрение испортилось настолько, что даже лучшие в мире линзы не помогли бы мне прочитать даже самый крупный шрифт.
Сейчас я тоже не находилась в полной темноте. Аня ошиблась. Судьба милосердно подарила мне возможность различать день и ночь. Вежливый полумрак вокруг – вот и всё, что я теперь видела.
– Так что у тебя случилось? Кто похитил? – Аня вырвала меня из мыслей.
Я вздрогнула. Уже успела забыть, что она в комнате, хоть она и сидела на кровати прямо передо мной.
– Это был ворон. Кажется, его звали Яр.
Аня глубоко вздохнула.
– Опять он.