реклама
Бургер менюБургер меню

Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерала дракона (страница 18)

18

Я начала съезжать головой вниз – ещё секунда, и разобью лоб!

Похититель перехватил меня и поставил на ноги. Схватил за голову, грубо наклонив вперёд. Я запнулась и тут же сообразила: меня сажают в машину!

– Аня! – заорала я, мгновенно срывая голос. Закашлялась. Руками вцепилась в край дверцы и попятилась назад, но похититель стукнул по пальцам. Я потеряла равновесие и свалилась на сиденье.

Дверца захлопнулась, щёлкнули замки. Открылась и закрылась передняя дверца, и мы тронулись.

Я попыталась дёрнуть ручку – выпрыгну на ходу! Но дверца оказалась заперта. Чёртовы иномарки блокируются водителем!

– Да успокойся ты. Я уже похитил тебя.

– Отпусти, или я тебя придушу! – Я дотронулась до переднего сиденья, руками дотянулась до водителя, нащупала пальцами напряжённые мышцы.

– Если ты не заметила, мы уже едем. Придушишь – разобьёмся. Расслабься наконец. Я довезу тебя до дома, заберу омен, и на этом закончим знакомство.

Он говорил спокойно, будто о чём-то скучном, повседневном.

Я опустила руки. Разбиваться в машине с незнакомцем пока не хотелось – папа плохо обо мне подумает, если найдёт труп дочурки в машине парня.

– Ты ворон, верно? – Я постаралась сказать это так же спокойно, как и похититель. Пусть видит, что я не боюсь! Пусть потеряет бдительность, а я пока нащупаю, как открыть дверцу. У папы в машине можно было поднять вверх стержни возле окошка, тогда дверца разблокируется. Здесь так же?

– Ага, он самый. Давай сделаем всё по-тихому, хорошо? Не знаю, с чего прорицатели решили доверить омен слепой девчонке. К тому же такой сильный – я чувствую его пульсацию! Договоримся сразу: я не желаю тебе зла. Следил за вами только ради омена, ничего личного. Я довезу тебя до дома, в квартиру провожу, а ты за эту услугу отдашь мне часы. Обойдёмся без эфира, окей?

Мы остановились на светофоре. Самое время выпрыгнуть из машины! Нащупала место, где должен быть стержень-замок. Пусто! Только дыра в обшивке.

Ворон дёрнулся.

– Ищешь, как разблокировать? Бесполезно, батя спилил блокираторы, когда таксистом работал, чтоб никто не сбегал без оплаты.

Вот теперь я запаниковала по-настоящему!

Глава 10

Ворон молчал, пока я металась по салону между дверями. Обе заперты. Может, разбить стекло? Руками не смогу, наверное. Я наклонилась, пытаясь нащупать на полу что-нибудь тяжёлое. У папы в машине всегда валяются гаечные ключи или ещё какая-нибудь ерунда.

– Ты чего там, упала? – Ворон вёл автомобиль аккуратно, будто бы и не торопился вовсе. Действительно, куда спешить, когда в машине заложница?

– Ищу, чем проломить тебе голову.

Мысль, что придётся отдать ему часы, парализовывала, мешала ощупывать пол. Если верить Ане, без часов я больше не смогу слышать подсказки, больше не буду нужна прорицателям. Секундная стрелка билась быстро, как птица, попавшая в стеклянную клетку. Я положила руку на омен, успокаивая: тише, выберемся! Сейчас придумаю, как прибить ворона, и выберемся.

– Вот так всегда. Только хочешь подвезти девушку до дома, а она тебя убить пытается.

– Попробуй не похищать девушек, умник.

– Как иначе с ними познакомиться? – усмехнулся ворон.

– Например, сказать: «Привет, давай познакомимся», – предположила я и выпрямилась. На полу не было ничего, чем получилось бы разбить стекло.

– Давай познакомимся, – послушно повторил ворон. – Меня зовут Яр. А тебя?

– Выпусти меня!

– Странное имя для девушки. У твоих родителей хорошее чувство юмора, Выпустименя.

– Я Аврора, – назвалась, чтобы не отзываться на дурацкое прозвище.

– Мы почти приехали, Аврора. Снимай часы.

Скорость уменьшилась, мы свернули. Похоже, добрались до двора. Сейчас я точно могла бы выскочить из автомобиля и закричать! А что, если не отдавать ему часы, пока не окажусь на улице? Там меня наверняка услышат, помогут. Во дворе каждый знал меня, слепую девчонку.

Машина остановилась.

– Мы у подъезда. Отдавай омен. – Голос Яра уже не был таким уж весёлым.

– Открой дверь, отдам на улице.

Яр громко хмыкнул.

– Я стараюсь вести себя вежливо, но я не идиот. Отдай омен, иначе мы уедем из города в лес, и я оставлю тебя там. А когда помрёшь от голода – приеду и сниму часы с твоей охладевшей руки.

– Вот это романтика. – Я отшучивалась, дёргая дверную ручку. В какой-то момент я дёрнула так сильно, что ручка осталась у меня в руках. Яр зарычал, как разозлённый пёс.

– Если ты решила разломать мне салон… Окей, я хотел по-хорошему, но теперь вариант с лесом мне нравится больше.

Машина тронулась. Он ведь шутит, верно? Если я окажусь за пределами города, точно не будет шанса спастись!

– Пока мы доедем, я разнесу тебе в салоне всё, до чего доберусь. Стекла разобью, обшивку зубами раздеру, если понадобится! Твоему отцу вряд ли понравится.

Машина вновь остановилась, в отличие от моего бешено колотящегося сердца.

– Почему ты такая упрямая? – устало спросил Яр. Сзади послышались автомобильные гудки. Ворон возмутился: – Блин, ну видишь же, что я тут стою, неужели нельзя подождать? Дурацкие тесные дворы. Не смей прикасаться к обшивке, Аврора, я просто пропускаю авто.

Мы начали движение, а водитель сзади всё не успокаивался, сигналил, как заведённый…

Боже, неужели никто не замечал, что это сигналы морзянки? Неужели во всём нашем дворе не жил ни один пожилой радист, который половину жизни расшифровывал послания? Как такое вообще могло быть совпадением?

Яр открыл дверь и закричал:

– Да заткнись ты, я уже отъехал!

Сигналы прекратились, мимо прожужжал автомобиль. Яру что-то крикнули в ответ. Знакомые интонации: за рулём даже мой хладнокровный папа начинал злиться на каждого прохожего.

Яр захлопнул дверь.

– Ну? – Его голос стал чуть громче – ворон развернулся ко мне.

– Я поняла. От тебя не избавиться. Не хочу в лес, не хочу умирать. Но не бросай меня посреди двора, прошу! Это то же самое, что увезти меня за город и бросить на трассе. Я ничего не вижу, даже до подъезда добраться не смогу. К тому же я потеряла трость! – На это признание Яр ничего не ответил, но я почувствовала: он мне верит. Может, не так уж бесполезно давить на жалость? – Мне всё равно от тебя не убежать. Доведи меня до дома и забирай часы. У меня нет выбора!

Несколько секунд молчания. Ладно, он же не такой дурак, чтобы соглашаться? Сейчас поймает меня в эфир. Странно, что до сих пор этого не сделал.

Водительская дверца открылась и тут же хлопнула. Потом распахнулась и моя, впустив в салон запах из выхлопной трубы. Я закашлялась.

– Пошли, – скомандовал Яр.

Я нащупала край двери и выбралась из салона. Ворон захлопнул дверцу, ключ в замке машины с щелчком прокрутился. Сейчас я должна была закричать, позвать на помощь, но… судя по подсказке в виде морзянки, этого делать не стоило. Если верить сигналу, нужно было покорно вести ворона, похитителя, почти убийцу ко мне домой!

Нашла его руку и взялась за локоть. Аня говорила, что прорицатели слепо верят в судьбу. Знаки, которые я получала, ещё ни разу меня не обманывали. Да и часы на руке притихли, будто бы больше не происходило ничего страшного.

– Какой подъезд? Квартира? – спросил Яр.

– А ты разве не следил за мной?

– У меня плохая память на числа.

– Забавно, у меня как раз наоборот. Левый подъезд. Третья квартира. Там кто-нибудь есть?

– Старуха какая-то. Не вздумай запаниковать, – жёстко бросил Яр и перехватил мою ладонь. Теперь мы шли, держась за руки, как влюблённые. Фу! Я попыталась вырваться, но Яр держал крепко, до боли в пальцах.

– Здравствуй, Аврора! – поздоровался кто-то. Я узнала старушечий голос: наша соседка. Всегда вежливо со мной здоровалась, хотя я даже не знала, как её зовут. Когда я в последний раз её видела, она выглядела лет на сто.

– Здравствуйте! – Я улыбнулась. Сейчас бы всё ей рассказать… что может сделать ворон? Способны ли они на реальную жестокость? Я не знала, и поэтому боялась. Вдруг он и соседке сделает плохо?

Нашарила свободной рукой домофон, приложила ключ. Домофон пропищал три раза, и Яр толкнул меня за дверь.

– Не боишься свидетелей? – спросила я, когда дверь за нами захлопнулась. – Соседка точно тебя запомнила. И как ты меня толкнул, она видела.

– Плевать. Я больше никогда тут не появлюсь. Этаж? А, третья квартира. Вижу. Я довёл тебя. Давай часы.