Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерала дракона (страница 17)
– Будем исходить из того, что сила кольца пока не использована, – начала Аня. – Воспользоваться им мог бы каждый. Вероятно, кольцо ещё не попадало в руки людям. Скорее всего, оно спрятано.
– Так оно может быть где угодно? – спросила я. – Хоть посреди океана, хоть в египетских пирамидах, хоть у меня под подушкой?
– Предлагаю сократить круг поисков и сразу глянуть у тебя под подушкой, – хмыкнул Рэм.
– Я каждое утро проверяю, нету там никаких колец. Где же нам искать? И как? Я не умею, как бы это сказать… Вызывать свою способность.
– Не знаю, Аврора, – ответила Аня. – Это все кажется авантюрой, но каждый прорицатель слепо верит в судьбу. Ой, прости…
Я даже не сразу поняла, за что она извиняется. Потом всё-таки дошло. За слово «слепо». Надо же, другие люди реагировали на это сильнее, чем я сама.
– Я хотела сказать, раз уж ты услышала о кольце, значит, есть возможность до него добраться. Почему-то это знание пришло именно к тебе. Знаешь, как мы ищем омены? Кто-то из прорицателей просто узнает, где он находится. Он не ищет омен специально, нужное знание само приходит. Это как высший уровень интуиции.
– И что мне делать? Просто сидеть и ждать?
– Надеюсь, что недолго. Рэм, мы должны забрать ловец снов. Сможешь?
Тот ухмыльнулся.
– Я помню того парня. Второй этаж, вечно открытое окно, чтобы кот мог гулять по подоконнику. Находка для вора. Забраться к нему можно через балкон рядом. Элементарно.
Аня вздохнула.
– Никогда не понимала, как можно замечать подобные вещи. Нужно забрать ловец как можно скорее. Аврора, ты…
– Я пойду с вами!
Выпалила это, прежде чем поняла. Они не откажут – это невежливо, хотя все в этой комнате понимали, какой обузой я буду.
– Пойдёшь с нами, будешь гадалкой, – подозрительно быстро согласился Рэм. – Этот парень живёт в двадцати минутах отсюда. Хотя, если идти в вашем темпе, то в получасе. Ты разве не ждёшь учителей?
Чёрт! Действительно, в два часа ко мне придёт англичанка. Она из тех педагогов, кто не требовал от меня совершенно ничего и просто приходил «отмотать срок» – так она однажды обмолвилась. Забавно, что сложнейшие математику и геометрию мне действительно пытались объяснить, а разговорный урок английского проходил как отбывание наказания для учительницы. Вот они, разные подходы.
Я достала телефон и нажала кнопку.
– Двенадцать часов, пять минут, – сообщил голос из мобильника.
– Только сейчас подумал, как странно выглядят наручные часы на слепом человеке. Совершенно бесполезно. – Рэм замолчал, видимо, раздумывая, не обидел ли меня таким замечанием. – Так что, успеваем?
– Да. – Я кивнула. – Пойдём! Только сначала позвоню родителям, а то они меня больше никуда не пустят.
Мама ответила почти сразу, будто телефон всё время был у неё в руках. Пыталась расспросить, что мы делали, куда ходили. Я заранее продумала, что говорить: мы гуляли, а больше мне и сказать нечего. Услышав невнятные ответы, мама перестала расспрашивать.
– Они ещё придут? – взволнованно уточнила она напоследок.
Да уж. Если бы я позвонила папе, он бы наверняка говорил иначе. «Надеюсь, эти двое больше не придут?» – спросил бы грозно. С мамой всё было проще.
Аня вручила мне трость и тёмные очки и подхватила под руку, Рэм перемыл кружки и отыскал ключ от квартиры. Уже через пару минут мы вновь куда-то шли. За половину дня я уже второй раз выходила на улицу. Это в два раза чаще, чем обычно!
Мы неслись быстро. Аня едва успевала притормаживать перед бордюрами или ступенями, чтобы я поднимала ноги. Рэм же вообще мчался где-то впереди, изредка останавливаясь, чтобы подождать нас. Оба они спешили, таща меня за собой как бесполезный балласт, и, наверное, сами не понимали, зачем я им нужна. Хотели задобрить? Все для того, чтобы я отыскала кольцо желаний? Если бы я знала как!
Мы остановились в тихом дворе, куда даже звуки автомобилей не доносились.
– На месте, – отчитался Рэм. – Вон то окно. Ха! Я же говорил, будет открыто. Добраться до него проще простого.
– Спасибо тебе, Рэм. Теперь у меня новая фобия – никогда не буду оставлять открытые окна. Узнать бы ещё, есть ли кто дома. А вдруг он переехал? Больше месяца прошло. – Аня начала паниковать, я определила это по голосу и по руке, которая вновь сжала моё запястье. Такая у неё привычка – вцепляться, будто тонущий человек, ищущий спасения. Но я не та, кто способен помочь. Возможно, Рэм мог бы, если бы замечал чуть больше, чем слепая девчонка.
Кавардак мыслей упорядочился, как только я услышала стрекот часов. Сразу за этим – приближающиеся шаги. Неровные, сбивающиеся, будто человек специально делил шаги на длинные и короткие: как точка и тире в азбуке Морзе.
Аня настойчиво отвела меня в сторону от странного прохожего. Рэм встал перед нами, ограждая.
– Что там? – спросила я.
– Просто пьяница идёт, шатается, – с неприязнью пояснила Аня.
– Этого парня нет дома. – Я сказала это и усмехнулась от собственной уверенности. Услышать послание в пьяной походке! Нет, об этом точно никто не должен узнать. Какой же дурацкий дар. А если бы я не знала морзянку – что бы было? Неужели я бы не слышала посланий, которыми наполнен мир?
– Ты уверена? – засомневалась Аня.
– Я это услышала.
– Хорошо. Рэм, заберёшься?
– Окей. Только вам лучше отойти. Двор тихий, но если кто-то из прохожих увидит, что я лезу по балкону, мне не поздоровится. Вам лучше не впутываться.
Аня неуверенно повела меня прочь. Я чувствовала, что она то и дело дёргалась, оборачиваясь.
– Волнуешься за него? – спросила я, чтобы не оставаться опять в тишине.
– Очень.
– Почему ты так хочешь найти это кольцо? Что случится, если Рэма больше не будет среди прорицателей? Разве это так страшно? У него ведь всё равно нет дара.
– Он забудет всё. Воспоминания подменятся другими, ненастоящими. Рэм забудет про прорицателей, про омены, про меня… – Она резко замолчала, будто сболтнула лишнего. Ха! Можно подумать, я и до этого не догадалась.
– Он тебе нравится.
– Нет! – Аня от неожиданности выпустила мою руку, и мы остановились. – Блин. Почему это видят все, кроме него?
– Прости, я не хотела лезть тебе в душу. Мы далеко ушли?
– За дом, – отозвалась Аня.
Мы провели в молчании несколько минут. Говорят, иногда незнакомцам легче довериться, чем самым близким людям. Получается, секреты обычно узнают те, кому на них плевать.
Аня нервно перешагивала с ноги на ногу, явно борясь с желанием вернуться. Наконец она не выдержала:
– Он там уже долго. Пойду проверю!
– Я с тобой!
– Нет, жди тут. Ты около подъезда, машины тут не ездят. Не волнуйся, я быстро!
Аня убежала, оставив меня в пустоте. Я вцепилась в трость, стукнула несколько раз по земле. Ненавижу такие моменты! А если их схватит полиция, кто заберёт меня? Я даже на помощь позвать не смогу. Не вижу, есть ли рядом люди.
Она сказала, что я возле подъезда. Поводила тростью вокруг – в зоне досягаемости стены нет. Отлично. Даже если здание в двух метрах от меня, в моём мире его не существовало. Захотелось домой, в знакомую кроватку, где невозможно потеряться…
Аня подошла почти беззвучно и подхватила меня под руку.
– Уже всё? Мы куда?
Пришлось сделать пару шагов, прежде чем я поняла: это не Аня. На ходу ощупала руку, которая меня держала – мужская, крепкая, с короткими волосками. Я дёрнула за один.
– Эй! – раздался грубый голос. Это не Рэм.
– Отпусти меня! – Я остановилась, мечтая вцепиться в асфальт ногами. Закричала: – Помогите! Аня, Рэм!
Рот закрыли чем-то жёстким. Я укусила – вновь возглас боли. Что-то упёрлось в живот, я взлетела в воздух и оказалась на плече похитителя. Трость упала, за ней слетели и очки.
– Помогите! Я его не знаю, спасите! – Я кричала, но никто не спасал меня. Были ли люди вокруг?
– Заткнись и перестань пинаться, – скомандовал голос.
– Отпусти, иначе…
Он шёл быстро. Подпрыгнул, а я стукнулась животом о его плечо. Дыхание спёрло. Висеть вниз головой было больно. Пытаясь отдышаться, я нащупала конец его майки, подняла её и впилась ногтями в бока похитителю.
– Чёрт! – Он чуть не уронил меня.