Кристина Юраш – Выброшенная жена для генерал дракона (страница 7)

Я кивнула. И впервые за эту ночь почувствовала: даже если мир не видит тебя – ты можешь сделать так, чтобы он обязательно увидел. Просто нужно шагнуть за угол. И поставить стрелку. Только почему не сработало?

Глава 10

Я откровенно не понимала, в чём дело. Откуда-то появились силы. Не извне – изнутри. Как будто моё тело наконец вспомнило: ты – фармацевт. Ты знаешь, как лечить. Даже если мир вокруг лечит молитвами и примочками из лягушачьих лапок.

Трудоголизм, оказывается, укрепляет организм. Или, может, просто не даёт думать о том, как сильно болит душа.

Я уже вымыла полы, протёрла полки, разложила травы по ящикам с этикетками («полынь – 1 унция», «мята – свежая, не сушеная!»). И тут – динь-дон!

Звон колокольчика у двери.

В аптеку ввалился мужик – высокий, в поношенной куртке, с лицом, будто его только что вытащили из бочки с квасом. Осмотрелся, почесал затылок, будто не знал, зачем пришёл.

– Это у вас тут аптека что ли? – спросил он, оглядывая банки с подозрительными жидкостями.

Я уже открыла рот, чтобы вежливо ответить: «Да, чем могу помочь?», – но меня опередила Марта.

– Нет, милок, – бросила она, не отрываясь от пересчёта монет, – это салон гаданий «Угадаю, что болит!».

– У меня проблема, – начал мужик, нервничая, словно на экзамене, прокашлялся он в руку, словно намекая, что не очень хочет объявлять о проблеме вслух. – Я… я не могу о ней сказать… Вы понимаете…

– О! Это по нашей части! – закивала Марта, усмехнувшись. – Оммм… Сейчас духи мне скажут, что у тебя болит, погоди… Сейчас войду в транс! О, духи его предков! Скажите мне… Когда вы ждете его у себя? Скоро или нет?

Она действительно вела себя как гадалка на сеансе.

– Тс… Духи отвечают, – загадочным шёпотом произнесла Марта. – Я слышу их слабые голоса, которые прорываются из мира мёртвых. Они говорят, что они уже приготовились тебя встречать… Если ты не скажешь, что у тебя болит нормальным языком! И совсем другим голосом добавила: – Итак, что принёс? Где подцепил?

Мужчина замялся, будто пытался собрать мысли в кучу.

– Мне… – начал он, оборвав попытку на полуслове.

Но тут колокольчик звякнул снова.

В дверях стояла целая семья: отец в чистом, но простом сюртуке, мать с красивой старой шалью на плечах и двое детей – мальчик лет пяти и девочка помладше, оба с красными щеками и влажными глазами. Семья оглядывалась с любопытством, будто впервые видела аптеку.

– У меня… – снова начал мужик, уже тише, склоняясь к нам за прилавком. – В одном месте… Скажем так – кровоточит. И болит. И сидеть – дискомфортно. Вы давали мне в прошлый раз лекарство… Оно помогло…

Марта кивнула, как будто хранила величайший секрет королевства.

– Так, лекарство от шишек в попе у нас на третьей полке! – объявила она на всю аптеку. – Эгла! Неси! Два флакона! Там один уже не справляется, видимо!

Я чуть не поперхнулась. Мужик покраснел так, что, казалось, сейчас вспыхнет. Он превратился в микроба, готового провалиться сквозь пол. А семья? Семья с интересом уставилась на него. Отец даже кивнул с уважением: «Молодец, держишься!».

– Нет, – подумала я, – это определённо надо пресекать.

Мужик сунул деньги на прилавок и выскочил на улицу, будто за ним гнался сам дьявол с предложением об операции.

Семья подошла ближе к прилавку.

– У нас сын кашляет, – тихо сказала мать, с тревогой глядя на ребенка. – Уже неделю. Ночами не спит.

Я посмотрела на мальчика и протянула зелье от кашля. Бледный. Глаза блестят. Лёгкий хрип при дыхании. Не просто кашель. Возможно, начинающаяся пневмония. Или, хуже того – коклюш.

Девочка, которую мать держала за руку, чихнула.

В моей голове мелькнуло слово “витамины”! Вряд ли кто-то додумался делать витамины для детей и взрослых! Но они недорогие, их можно сделать как конфеты! Или зелье… Так, теперь главное – не забыть! Для детей. Из шиповника, мёда, лимона – если найду. Или хотя бы из местных трав с высоким содержанием… чего-то полезного. В этом мире, наверное, ещё не знают про аскорбинку, но это не значит, что её нельзя сделать.

А ещё… Я огляделась. Теперь мне понятен был робкий взгляд женщины. Я посмотрела на ее чистое платье, а потом на грязную старую аптеку.

Они ушли. А из подсобки вышла Марта. И вид у нее был ужасно недовольный! Она смотрела на меня так, словно я сделала что-то ужасное!

Глава 11

– Ну и чего ты им дала? «Зелье от кашля»? Оно ж слабое!

И тут же, не глядя на меня, достала из ящика маленький пузырёк:

– Вот. «Сироп из шиповника». В следующий раз, когда они придут, дай им. Скажи – бесплатно. Пусть девчонка не чихает, как кузнечный мех.

– Но у нас же денег… – начала я.

– У них ещё меньше! – оборвала Марта. – И не вздумай говорить, что это от меня. Скажи – от аптеки. А то ещё подумают, что я смягчилась!

Я снова обвела взглядом аптеку. Полки в пыли. На окнах – жирные пятна. А фартук Марты… Боже, он выглядел так, будто в нём прятали труп, варили яд и мыли полы после чумы.

– Марта, – сказала я шёпотом, когда дверь за клиентами закрылась, – а что, если… выкрасить аптеку в белый?

– В белый? – переспросила она, будто я предложила украсить потолок золотом. – Зачем? Чтобы видно было, как быстро грязь налипает?

– Белый – символ чистоты, – ответила я. – Люди доверяют чистоте. Если мы хотим работать с аристократами, то мы должны показать, что у нас тут почти стерильно! – Ага! Только убирать будешь сама! – хмыкнула Марта. – У меня спина не сгибается!

– Буду! – усмехнулась я, глядя на неё с вызовом. – А если мы сделаем два фартука – один для лаборатории, другой для общения с клиентами – это будет… профессионально. Чтобы видели, что у нас тут чисто! В вопросах здоровья чистота очень важна!

– У нас денег на это нет! – пробурчала Марта.

– А если я заработаю? – спросила я, глядя на вредную старушку.

– А ты попробуй, – с вызовом произнесла она. Она не злилась. Скорее, противилась инновациям просто из вредности. Я смотрела в её глаза, понимая, что менять привычный уклад очень сложно.

– Тогда я сегодня за прилавком, – улыбнулась я. – Я просто попробую.

Марта долго смотрела на меня. Потом махнула рукой.

– Ладно. Попробуй поговорить с клиентами сама. Только знай: если кто-то начнёт орать, плевать или предлагать тебе «помочь в другом деле» – я не вмешаюсь. Я буду в задней комнате. Считать, сколько у нас осталось монет на твои похороны.

– Договорились, – кивнула я, хотя слово «похороны» мне не понравилось.

Через десять минут колокольчик звякнул в третий раз.

Вошёл мужик – грубый, с бородой, в которой застряли крошки хлеба. Не поздоровался. Просто сплюнул на пол.

Плюх.

«Убила бы…» – рычало что-то внутри меня.

Я глубоко вдохнула. Вспомнила, как в аптеке учили: «Клиент всегда прав. Даже когда он неправ. Особенно когда он неправ».

– Здравствуйте, – сказала я чётко, хорошо поставленным, почти театральным голосом. – К вашим услугам. Чем могу помочь?

Мужик оглядел меня с ног до головы, оскалился.

– А, какая девка! Помочь ты можешь! – и, понизив голос, начал озвучивать схематично, но очень конкретно свой «план на ночь со мной». С нецензурными деталями. При этом периодически шмыгая носом.

Я улыбнулась. Не как человек. А как кукла – с застывшими уголками губ и пустыми глазами.

– О, это было бы интересно, – сказала я. – Но у вас явно сопли! Разве вам подойдёт поза снизу? Да и какая девушка согласится, чтобы на неё капало? К тому же, вам тяжело будет дышать. А это испортит впечатление от процесса. Что я могу вам посоветовать…

Я шагнула к полке, взяла флакон с прозрачной жидкостью и поставила его на прилавок.

– Поэтому для начала купите лекарство от насморка. Три капли утром, три – вечером. Через два дня будете дышать, как лошадь на скачках. И мы продолжим знакомство!

Мужик сначала замер. Потом фыркнул. А потом… усмехнулся и положил на прилавок две монеты.

– Умная, – бросил он и вышел.

– Всего хорошего! Не болейте! – произнесла я, чувствуя себя в своей стихии. «Болейте! Болейте и побольше! Нам очень деньги нужны!» – мысленно добавил пустой кошелёк.

Я выдохнула. Впервые за день почувствовала: я могу это. Я не просто выжила. Я работаю. У меня получается. Я – не лишний рот. Я – помощь, двигатель прогресса. У меня появился смысл. И я держалась за него всеми душевными силами.