Кристина Соль – Злодейка идёт первой (страница 7)

Несколько шагов колонна двигалась без нас. Брант оглянулся, Кайр жестом велел продолжать.

— Арен рассчитывал распределение силы между крепостями, — произнёс он. — Орвен руководил Цепью, вы создавали защитные печати. Втроём вы знали о ней больше, чем все имперские артефакторы вместе.

— Где был Орвен во время взрыва лаборатории?

— На третьей крепости. Его алиби проверили.

Ответ прозвучал слишком быстро. Этот вопрос Кайру задавали много раз, и он выучил решение суда почти дословно.

— А вы?

Его пальцы сжали поводья.

— На северной заставе.

— Поэтому вы уверены в моей виновности со слов других.

— Я видел лабораторию после пожара. Видел людей у восточного выхода. И письмо, которым вы вызвали Арена туда ночью.

— Что было в письме?

— Просьба прийти одному. Вы обещали показать открытие, способное изменить Цепь.

Теперь я поняла, откуда в его ненависти такая точность. Кайр отсутствовал, когда младший брат получил письмо и отправился на встречу с невестой. Вернувшись, он нашёл развалины. Возможно, годами прокручивал один вопрос: что случилось бы, окажись он рядом?

— Арен говорил вам, зачем идёт?

— Он просил поехать с ним.

Кайр ответил после короткой паузы. Под спокойствием на секунду проступило другое — усталость человека, который слишком часто возвращается к одному решению.

— Я отказался.

— Почему?

— Потому что верил вам обоим.

Он посмотрел на меня через прутья.

— Больше этой ошибки я не совершу.

Кайр направил коня вперёд.

Угроза прозвучала убедительно. Однако в городе он остановил камень, летевший в мою голову, и никому не позволил закончить казнь вопреки приказу. Для него правила имели вес, даже когда защищали женщину, которую он ненавидел.

Это делало его опаснее. И предсказуемее.

К середине дня дождь закончился. Императорский тракт тянулся между низкими холмами, мощённый широкими серыми плитами. На западе темнела полоса леса. Над ней висело серебристое зарево — след энергии, уходящей от разрушенных узлов.

Колонна остановилась у дорожной станции. Лошадей напоили, людям раздали хлеб и сушёные яблоки. Дверцу моей повозки не открыли.

Брант просунул между прутьями флягу и кусок хлеба.

— Император приказал довезти вас живой, — сказал он. — Про удобства в приказе ничего нет.

— Спасибо, что уточнили.

Он ушёл.

Я выпила немного воды и понюхала хлеб. Обычный, ржаной. Голод убеждал рискнуть, но история Серис советовала осторожность. Я отломила маленький кусок, подождала и съела. Вкус оказался кислым, без посторонней горечи.

— Если вас захотят отравить, выберут средство без вкуса.

Дарен стоял с другой стороны повозки. Он протянул через решётку красное яблоко.

— Утешили.

— Я стараюсь.

— Откуда яблоко?

— Украл у командора.

— Тогда верните. Я предпочитаю не начинать поход с соучастия.

— Разумно.

Дарен надкусил яблоко сам.

— Можете считать проверенным.

— Могу считать, что вы устойчивы к тому, чем его обработали.

— Вот теперь я узнаю королевскую артефакторку.

Он передал яблоко снова. Я приняла. После тюремного хлеба оно было роскошью.

— Почему вы согласились вести отряд? — спросила я.

— Империя платит. Бездна плохо влияет на торговые пути. И мне любопытно, какая Серис доедет до первой крепости.

— Их несколько?

— Сегодня — как минимум две.

Дарен кивнул на меня и на чёрный браслет.

За его спиной появился Кайр.

Проводник вздохнул и отступил от решётки сам, не дожидаясь приказа.

Командор посмотрел на надкусанное яблоко в моей руке, затем на Дарена.

— Через пять минут выступаем.

— Я как раз собирался проверить развилку, — сообщил тот.

— Теперь до неё час пути.

— Время летит рядом с приятной собеседницей.

Кайр промолчал. Дарен рассмеялся и ушёл к лошади.

— Он действительно украл яблоко у вас? — спросила я.

— Нет.

— Жаль. Это улучшило бы его историю.

Кайр подошёл к дверце и проверил замок.

— Старый мост повреждён. Пойдём по заброшенному императорскому тракту. Ваша повозка будет первой.

— Наконец выполняете обещания.

— Вы ещё пожалеете.

Старый тракт оказался уже и темнее нового. Деревья подступали к обочинам, корни приподняли каменные плиты. Колёса то и дело попадали в выбоины, клетку трясло. После очередного удара я решила, что палач действовал бы гуманнее.