Кристина Скрипникова – Король для дроу (страница 2)

Я резко отпустила его лицо, будто обожглась, и сделала шаг назад, нарушив ту дистанцию, которую сама же установила. А он всё так же смотрел на меня. И эта проклятая усмешка в его глазах теперь казалась знающей.

Быстрым, почти паническим взглядом я окинула своих сородичей. Никто. Никто не заметил моего мгновенного замешательства.

Фух…

От сердца отлегло. Было бы стыдно, подумай они, что я… что я питаю что-то к эльфу. К светлому. А я ведь с пелёнок доказываю, что я не из них.

Я — дроу. Дитя подземелья, тёмная эльфийка. И одна мысль о такой слабости должна вызывать отвращение.

— Добро пожаловать в подземное царство, Ваше Величество, — бросила я через плечо, нарочито брезгливо и холодно, и тут же отвернулась к нему спиной. Только бы не видеть эту самодовольную усмешку и взгляд, который, казалось, прожигал дыру в моей броне.

Ко мне тут же подошёл Нарзог. Огромный дроу, мой верный воин, чья преданность проверена десятками сражений. Он никогда не оспаривал мои планы, лишь безоговорочно воплощал их в жизнь. Его серебряные волосы были стянуты в тугие боевые косы, а на мускулистых руках и груди мерцали рунические татуировки — безмолвное свидетельство тёмной магии, которой он владел.

— Алитра, как всегда, поздравляю с полной победой, — его низкий голос прозвучал рядом. — Я никогда в тебе не сомневался.

Он приблизился и дружески, но с почтительной силой похлопал меня по плечу. Я улыбнулась, на мгновение опустив глаза, неловко смущённая его похвалой, и тут же подняла их обратно.

— Спасибо, Нарзог. За веру и службу. Каковы потери?

— Потери есть, но они минимальны.

— Отлично. Веди всех пленных к повозкам. Мать Вишера будет вне себя от радости, узнав, кого мы поймали.

Я через плечо бросила последний взгляд на эльфийского короля. И что-то странное, тёплое и тяжёлое, как ком, встало у меня в груди. Грусть? Где же ликование, которое было минуту назад? Ну, снесут ему голову с плеч… И что? Почему эта мысль не греет душу, а лишь оставляет пустоту?

Чёрт! Алитра, соберись! Ты гналась за ним месяцами, строила ловушки, рисковала воинами! А теперь тебе его жаль? Значит, ты просто идиотка. Размазня. Слюнтяйка.

Мысленно отругав себя, я твёрдым шагом направилась к своей повозке, полностью доверившись воинам в том, что пленных погрузят как должно. Но тяжесть внутри так и не ушла.

Глава 2.Элантар.

Дроу отвернулась от меня, чтобы не встречаться взглядом.

Наивная.

Пусть отворачивается сколько угодно — я-то чувствую, как мой взгляд прожигает ей спину.

Сколько бы она ни старалась казаться холодной и победившей, я вижу напряжение в её плечах, скованность в позе. Она чего-то боится. В этом нет сомнений. А эта глупая женщина ещё и верит, что одержала верх.

Хм. Посмотрим, кто в чью ловушку попал.

Жаль, конечно, что пришлось подставить своих воинов.

Хотя… я отбирал самых слабых — тех, кто уже не годился для будущих битв.

Жестоко? Несомненно. Но что поделать. Порой нужны жертвы, чтобы заманить в капкан более крупного зверя. Чтобы победить врага, я решил действовать так, как поступил бы он сам — без сантиментов.

Стоя на коленях в грязи и лужах чужой крови, я скользнул взглядом по пленённым эльфам.

Кто-то рыдал, как ребёнок, кто-то дёргался в предсмертных конвульсиях от ран и ядовитого удушья этих чёртовых щупалец.

Мои собственные руки были скованы их тёмной магией — вязкой, холодной и… хрупкой. Эти путы можно сбросить в любой момент, одним усилием воли, чтобы навсегда стереть самодовольную усмешку с лица этой воительницы.

Но не сейчас.

Сейчас нужно, чтобы меня доставили в самое сердце их города.

Прямо к их королеве.

— Эй, неженка! Поднимай свою королевскую жопу, — прорычал надо мной серый громила, тот самый, что секунду назад лебезил перед своей воительницей.

Он грубо дёрнул меня за связанные руки, вывернув их так, что суставы хрустнули от протеста. Мне пришлось резко встать на ноги, и я не сдержал шипящего выдоха — смеси боли и чистой, концентрированной ярости. Взгляд, который я бросил на него, должен был бы испепелить.

— Не шипи, — цыкнул дроу, но в его голосе уже прозвучала первая нота неуверенности. — Это ещё цветочки по сравнению с тем, что с тобой будет.

Однако, когда я наконец выпрямился во весь свой рост и оказался с ним лицом к лицу, его уверенность дала трещину. Он отступил на полшага, глаза чуть расширились.

Он всё ещё держал меня за руки, но теперь в его хватке чувствовалось не столько презрение, сколько попытка удержать то, что может в любой момент вырваться.

С опаской смотрит на меня этот дроу. В его взгляде уже нет прежней наглой самоуверенности, только натянутая бдительность.

— Иди вперёд, — буркнул он, толкая меня в спину. — И только попробуй что-нибудь выкинуть. Мои воины тебе тут же башку с плеч снесут.

Я лишь хмыкнул в ответ и зашагал, переступая через груды тел. Мои павшие воины, смешанные с мёртвыми дроу…

Картина, которую я сам и спланировал, но от которой теперь горько свело желудок. Запах ночного леса — обычно чистый и свежий — был отравлен гарью, кровью и этой странной, едкой магией тьмы.

Дроу сновали с факелами, подбирая эльфийские клинки, словно нищие. И с каждым их движением вонь становилась всё гуще, едкой, невыносимой. Глаза начали слезиться. Пришлось приоткрыть рот, чтобы дышать, но и воздух на вкус был отравлен.

Надеюсь, в их подземном городе не так смердит, — мелькнула мысль, — а то я сдохну от удушья, даже не добравшись до их королевы.

Серый великан-дроу открыл передо мной дверцу клетки на колёсах и тупо уставился, ожидая. Я же просто смотрел в ответ, изучая его лицо. Он не выдержал и резко выдохнул, полный раздражения.

— Тебе что, особое приглашение надо? Полезай в клетку, — рыкнул он, и его голос прозвучал глухо в ночном воздухе.

— Было бы неплохо, — съязвил я, не двигаясь с места ещё пару секунд, чтобы подчеркнуть своё пренебрежение. Затем, развернувшись боком, протиснулся в узкий проём. Мои плечи с трудом прошли, задев грубые прутья.

Внутри я опустился на постеленную солому.

Хоть на этом спасибо — не отобью себе всё, что дорого, пока это «чудо передвижения» будет трястись по дороге.

Дверца с грохотом захлопнулась. Я не отрывал взгляда от дроу, пока тот прикладывал ладонь к замку и шептал короткое, шипящее заклинание. Магия щёлкнула, запирая меня наглухо.

— А как насчёт соседей? — спросил я, когда он закончил. — Одному здесь будет скучно.

Он снова зыркнул на меня и оскалился, обнажая ряд острых, как иглы, зубов.

— Прикажу вести так, чтобы тебя тут помяло по всей клетке, — прошипел он. — Чтоб не скучно было.

Дроу окинул меня последним презрительным взглядом, сощурившись, и медленно развернулся ко мне спиной. Он зашагал своей грубой, тяжёлой походкой, взглядом выискивая кого-то в толпе. И, кажется, я догадываюсь, кого именно.

Он направился прямо к той самой воительнице. Её серебристые волосы были распущены, лишь на затылке стянуты в пучок мелких, тугих косичек. Поняв, что громила намерен говорить с ней, я навострил уши, цепляясь за каждый звук.

— Алитра, не нравится мне он, — услышал я низкий, недовольный голос Нарзога. — Да и вообще всё это как-то странно. Ты видела, каких он размеров? И победа досталась нам… слишком легко.

— Нарзог, ты сомневаешься в моих умственных способностях и военной стратегии?! — её голос прозвучал резко, как удар хлыста.

— Нет, конечно. Я в тебе никогда не сомневался и не сомневаюсь, — поспешно ответил он, и в его тоне послышалась привычная, почти механическая покорность. — Но по слухам… этого короля никто не мог пленить. Никто.

— Откуда ты знаешь? Это просто слухи, — отмахнулась она, но в её голосе уже не было прежней уверенности. — Расслабься, Нарзог. Мы победили. Этот «ушастый» в наших руках, а значит, его королевские земли могут стать нашими.

Я услышал, как Нарзог нервно, с усилием вдохнул и выдохнул. В нём не было страха перед ней — скорее, глубокая, почти болезненная озабоченность. Как у влюблённого, что боится не за себя, а за предмет своего обожания.

Но от неё… от неё я не ощущал ничего подобного. Ни тепла, ни привязанности. Только сжатый, холодный комок тревоги, тщательно спрятанный под маской победительницы. Чего же ты боишься, Тельперинкве (серебряная птичка)? — мысленно спросил я, глядя на её напряжённую спину.

Неожиданно клетка качнулась, и я дёрнулся всем телом, разрывая нить подслушивания. Руки, скованные за спиной, не дали удержать равновесие — я чуть не грохнулся лицом в солому, но в последний момент успел упереться в прутья решётки плечом и удержался.

Чёрт. Очень неудобно. Совсем не привык к таким условиям.

А когда-то я начинал воевать ещё юнцом, спал на голой земле под дождём и не был таким… капризным.

Мысль застряла, как заноза. Слова того дроу, Нарзога, оказались правдивее, чем я готов был признать. Неженка. Превратился в неженку за долгие годы, восседая на троне в золочёных залах. Мягкие подушки, тёплые вина, почтительные поклоны — всё это размягчило не только тело, но и дух. И теперь каждая неудобная поза, каждый толчок этой проклятой повозки кажутся личным оскорблением.

Я выпрямился, стараясь занять хоть какое-то достойное положение, и усмехнулся сам себе в темноте клетки.

Что ж, Элантар.

Пора вспомнить, кем ты был.